Люди Дромоса. Трилогия (СИ) - Бурак Анатолий - Страница 126

Перед вылетом я мельком глянул на карту, и скутер летел, черпая информацию прямо из головы. Но, сами понимаете, всё было довольно таки приблизительно и, добравшись до нужного региона, мы начали поиски, летая по спирали. Я взял за основу площадь диаметром в двадцать километров и кружил, напряжённо "всматриваясь" во все эти кособокие строения и заросли, тут и там возникающие на равнине сельвы. Пытаясь обнаружить любое скопление людей, которое само по себе должно привлечь внимание в этот ранний час.

И не ошибся. Гдето минут через десять перед взором открылась вполне отчётливая картина "народного собрания". ЧЧёрт, опоздал таки. Малышка стоит, прижимаясь к какомуто дереву в окружении враждебной толпы.

Скутер, если помните, летает не бесшумно, и я притянул внимание этих дремучих идиотов. Десятков пять голов повернулись, отвлекаясь от несчастной жертвы, и та, воспользовавшись моментом, кинулась наутёк.

Что ж, молодец девчёнка. Надо отдать ей должное, соображает, ибо не стала улепётывать по улице деревушки а, перепрыгнув через забор, помчалась прочь по некоему подобию огородов, как и во всех нормальных селениях имевшихся даже в Африке.

Поняв, что жертва ускользает, толпа бросилась следом и впереди, как вы понимаете, мчался давешний шаман в дурацкой маске, расписанной яркими красками и украшенной перьями.

Я снизился и прошёл на бреющем полёте над толпой, стараясь держаться как можно ближе к земле. Та, забыв об инстинкте стаи, бросилась врассыпную. Только упрямый колдун продолжал преследовать девушку. Зависнув, выбрался из катера и спрыгнул вниз, приземлившись перед этим чучелом.

Опешивший от моего вида, он стоял как вкопанный, не помышляя ни о нападении ни о бегстве. Как и в ролике, снятом телевизионщиками, на шее у него болталась стекляшка. Протянув руку, я рванул на себя шнурок и, зажав камень в кулаке, одним прыжком настиг убегающую девчёнку. И "ушёл" в коридор, чтобы тут же вколоть ей снотворное.

Нет, конечно, будучи одной из нас, она могла бы спокойно пересидеть, пока я не вернусь в Приют. Но я всё же опасался. Железа у меня здесь навалом и мало ли чего можно натворить в состоянии аффекта. Ведь стресс ею получен будь здоров.

Я снова летел над облаками, и в голове моей крутились невесёлые мысли. А ведь они раньше были вместе. Этот колдун и его несостоявшаяся жертва. Как иначе он смог узнать о "талисмане" и, тем более, завладеть им? Ведь, абы кому она бы не доверилась, я так понимаю. Как видно, чтото между ними произошло, коль пошла такая свистопляска.

Нет, о том, что, когда уходит любовь вянут помидоры я, пусть и теоретически, но всё же знаю. Но во что это может вылиться, вижу в первый раз.

В Приют прибыл аккурат к утру. И снова вынужден был присутствовать на заседании, посвящённом вопросу привлечения в наши славные ряды новых сподвижников. Что ж, одна кандидатура уже есть. Тихо мирно посапывает в моей комнате. Это если спасённая действительно из наших. Ну, а если нет… Что ж, тогда просто отвезу её куда нибудь в НьюЙорк. Снабдив деньгами на первое время и сняв жильё, предоставлю возможность строить жизнь так, как ей вздумается.

Вот уже Профессор привёл свои неопровержимые доводы. И я так же, сперва поупиравшись, соглашаюсь. А, когда Лена, отведя меня в сторону, дала поручение, я с лёгкой душой приложил руку к голове, не украшенной головным убором и отрапортовал:

– Ваше приказание выполнено.

– Ты сделал дубль? Восхитилась Ленка. Ну, молодец! И, схватив меня за руку, потащила в мой номер, спеша скорее познакомиться с гостьей.

30

Девушка лежала, разметав руки по подушке. Белая наволочка оттеняла эбеновую черноту кожи, а мелкие кудряшки волос, выбритые узкими полосками по какойто, неведомой мне африканской моде наводили на мысль о панкующей молодёжи.

– Это она? Спросила Ленка.

Дурацкий вопрос. И я лишь хмыкнул. Моя бессменная напарница, закусив губу, смотрела на несчастное дитя природы, как бы спрашивая саму себя, что нам готовит знакомство с ней. Я же, достав из кармана отобранную у шамана стекляшку, принялся вертеть её в пальцах.

Ленка глянула на камень, и глаза её загорелись хищным блеском. Ей явно не терпелось попробовать, "заряжен" ли он. И она нерешительно протянула руку.

– Можно? В голосе её звучало нечто, сродни благоговению.

– Да ради Бога.

Я отдал, хоть и красивую внешне, но всё же абсолютно бесполезную для меня безделушку и она, зажав камень в кулаке, закрыла глаза. Постояв так гдето с минуту, Ленка глянула на меня и кивнула.

– Да. Я так и думала. Она одна из нас. И, зачемто спросила разрешения. Я попробую?

Как будто я чтото мог запретить взрослой и свободной женщине.

Привычка выпендриваться и тут дала о себе знать, и я открыл рот, чтобы сказать: "Да хоть лбом об стенку", но почемуто решил воздержаться. То ли повзрослел а, может, просто под влиянием момента.

Ленка, пропала, уйдя в Дромос, а я глядел на мирно спящую девчёнку, чудом избежавшую смерти.

По странной для столь искушенного народа непоследовательности, древние греки полагали, что умершие молодыми становятся любимцами богов. Но, я считаю, что это верно в лишь том случае, если признать, что вступление в обманчивый потусторонний мир означает большую радость, наслаждение в наиболее чистой форме, чем наше земное существование.

И во мне поневоле закипала злость. Ну почему? Когда же люди перестанут походить на диких и пугливых животных, боящихся всего маломальски необычного, и упёрто держащихся за свою "нормальность"?

Да кто ее придумал, нормальность эту? Ведь норма это наиболее распространенное явление, а то, что встречается реже, почемуто считается "не нормой". Уроды, блин! Да и кто это сказал, что "не норма" это скверно?

Отчегото принято считать, что красивая женщина обязательно глупа, как пробка. Но вот взять хотя бы Ленку. И умница, и красавица. И разве это плохо?

Ну как, скажите вы мне, можно так думать? Это же все чушь, муть и вообще, мракобесие какоето. Ведущее к таким вот дичайшим последствиям. Ну почему все должны быть похожи? Принято считать, что большинство устроено "правильно", а все, кто от них отличаются какието выродки, и их обязательно нужно уничтожать, как вот эту бедную девчёнку. Или, в крайнем случае, изолировать, чтобы затем переделывать и перевоспитывать? А что, если я начну думать так же? И стану действовать соответственно? В этом случае коекому придётся умыться горькими, если не кровавыми слезами.

Ведь я на полном серьёзе могу решить, что это мы, я и такие как я, являемся венцом творения. А все остальные всего лишь жалкие копии, своего рода генетический мусор. Третий сорт не брак. Как дешёвые китайские часики с лейблом знаменитой фирмы отличаются от эксклюзивного произведения. Боюсь, никому это не понравится.

От этих мыслей у меня на какоето мгновение опустились руки. И все наши суетливые телодвижения вдруг показались до абсурда никчемными. Ну нафига мне эта безраздельная преданность во имя неизвестно чего. Работа, польза которой сомнительна, а тяжесть неописуема. Труд незаметный, утомительный, скучный. Сизифов труд. Когда вдруг кажется, что чтото сделано, и какойто дефект исправлен, он тут же принимает другую форму, и все начинаешь сначала.

Гдето под потолком зажужжала муха, и я невольно поднял взгляд. И, как всегда, пропустил появление Лены. Глаза её сияли, а на лице застыло ужасно довольное выражение. Что ж, нашего полку прибыло. Правда, в свете предстоящих событий я толком не мог разобраться, нравится мне это, или нет. С одной стороны, новый член команды это хорошо. Но вот то, что новенькая была юной и, как мне кажется, совсем ещё "дикой" должно служить скорее помехой, чем подспорьем в предстоящих событиях. Да и, как я понимаю, языка она не знает.

Хотя, что это я запаниковал. Малышкой займутся девчёнки. И, думаю, найдут наиболее лучший, и для всех приемлемый выход.