50 знаменитых прорицателей и ясновидящих - Батий Яна Александровна - Страница 100

Мудрость игумена подтвердило будущее. Его ученики создавали на диких землях, не освоенных еще светской властью, все новые общежительные монастыри, вокруг которых оседали миряне. Так были основаны 70 обителей; их основатели, стремясь оказаться подальше от мирских хлопот, обустраивали для молодого пополнения все новые территории.

Новые идеи не особенно вдохновили братию; строгость устава привела к тому, что иноки начали роптать. А тут еще в монастырь прибыл брат игумена, Стефан. В молодости он не выдержал тягот лесной жизни и ушел в Москву, став духовником многих именитых особ, игуменом Богоявленского монастыря. Но спустя годы Стефан внезапно решил все бросить и вернуться к пустынничеству. Между родственниками «пробежала черная кошка», поскольку гость стремился доказать свое главенство в обители. Сергий спорить с ним не стал и от ответа ушел. В прямом смысле. После службы, не заходя в свою келью, он ради сохранения братской любви просто покинул стены возведенной своими руками обители. Проявивший совершенно непонятное нам с вами отсутствие какого бы то ни было честолюбия, прославленный подвижник не стал искать заступничества митрополита или князя и даже не просил Бога восстановить справедливость. Сергий просто отправился на неосвоенные земли, на реку Киржач и там основал новую обитель в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Тем временем в Троицком монастыре дела стали быстро приходить в упадок. Его обитатели обратились к святителю Алексию с просьбой возвратить святого под Радонеж.

Неизвестно, как отнесся Сергий к распоряжению оставить едва обжитое место, но выполнил его беспрекословно. Игуменом обители на Киржаче он оставил своего ученика, преподобного Романа, а сам отправился в обратный путь. Его первая обитель стараниями своего основателя из нищего, голодного монастыря, практически лишенного вотчинных земель, где книги за неимением пергамента писались на бересте, превратилась в процветающий, занимающийся благотворительностью, активно строящийся комплекс.

Постепенно о Сергии, которого по месту его удаления в пустынь стали называть Радонежским, заговорили как о чудотворце. К нему потянулись больные и калеки как из окрестных сел, так и из весьма удаленных населенных пунктов. Никто не покидал лесной обители, не получив исцеления и совета. А затем произошло настоящее чудо: однажды в монастырь пришел безутешный отец, принеся на руках тело своего умершего сына. Домой родитель и его единственный отпрыск ушли вместе… Естественно, после этого случая игумена стали почитать наравне с великими святыми отцами прошлого. Однако самого подвижника мирская слава как-то не прельщала, и он продолжал демонстрировать редкое смирение, впрягаясь в любую работу. Известен курьезный эпизод, когда крестьянин, приехавший в монастырь издалека, чтобы посоветоваться с Сергием Радонежским, отказывался верить, что оборванный старик, копающийся на грядке, и есть тот самый знаменитый глава обители. На его удивление и недоверие игумен ласково ответил: «Не печалься! Что ищешь и чего желаешь, тотчас даст тебе Бог».

Основатель Троицкого монастыря отличался явной способностью к пророчествам и предвидению. Как-то он очень удивил братию, внезапно прервав трапезу, чтобы прочитать молитву и сказать: «И тебе мир». После чего послал благословение епископу Пермскому. Сев на место, Сергий Радонежский спокойно пояснил: мол, святитель Стефан отправился из своей епархии в Москву и собирался заехать к ним. Но ему пришлось поспешить, и у развилки, в семи верстах от обители, святитель остановился, прочитал молитву и, поклонившись со словами: «Мир тебе, духовный брат», – обещал заехать в монастырь на обратном пути. Несколько учеников, удивленные рассказом, решили потихоньку проверить слова наставника. Они догнали Стефана и убедились: для их игумена расстояние и правда не является помехой для беседы…

А чудеса происходили в монастыре все чаще. Об одном из них иноки молчали до самой смерти Сергия, поскольку тот запретил им рассказывать о том, что однажды во время литургии вместе с ним службу правил Ангел… Сохранились свидетельства также о небесном огне, ходившем по алтарю во время служения старца.

С именем Сергия Радонежского связано также первое явление Богородицы славянскому православному отшельнику. Однажды ночью, когда игумен закончил читать канон перед иконой Божьей Матери, он присел отдохнуть, а затем сказал своему ученику, преподобному Михею, о том, что их сейчас ожидает чудесное посещение. Спустя несколько мгновений в келье явилась Богородица с апостолом Петром и Иоанном Богословом. Видение сопровождалось очень ярким свечением. Сергий Радонежский пал ниц, а чудесная гостья прикоснулась к нему руками, благословила и обещала впредь покровительствовать обители.

Игумен в течение многих лет поддерживал узы духовной дружбы со святителем Алексием. Когда тот, будучи уже в преклонном возрасте, серьезно занемог, то позвал Сергия Радонежского к себе и попросил старца принять сан епископа, а затем заменить его на посту митрополита, взяв под свое руководство Русскую митрополию. Но преподобный отказался от первосвятительства. Когда же Алексий и Дмитрий Донской стали настаивать, старец пригрозил в случае повторения этой просьбы бросить все и уйти в леса, «туда, где никто не сыщет».

Татары тем временем продолжали изрядно досаждать русичам, и князь Дмитрий Иванович Донской, собрав войско, решил попытаться изгнать кочевников, раз и навсегда отбив у них охоту появляться на его землях. Перед сражением князь пришел в Троицкую обитель – просить у Сергия Радонежского благословения. Тот не только благословил посетителя, но и предрек ему победу, которая станет началом освобождения Руси от ордынского ига. В войско Дмитрий Донской вернулся не один, а в сопровождении двух иноков из обители. Перед отъездом своих подопечных игумен предварительно побеседовал с ними наедине. Это были схимонахи Андрей (Родион) и Александр, которые погибли на Куликовом поле и остались в истории под своими мирскими именами Ослябля и Пересвет… Пока шло сражение, состоявшееся 8 сентября 1380 года, в день праздника Рождества Пресвятой Богородицы, Сергий Радонежский и его братия стояли на молитве, прося даровать русичам победу. И святая покровительница обители не подвела…

Вообще, при общении с представителями власти святой вел себя как талантливый политик и мудрый государственный деятель. Соотечественники Сергия Радонежского обязаны ему тем, что число княжеских междоусобиц сократилось: игумен часто мирил враждующих, от чего выигрывали не только сами агрессоры и их подданные, но и Русь в целом. Что там говорить, если даже Дмитрия Донского на сражение с Мамаем святой благословил только после того, как узнал, что для примирения с ордынцем князь сделал все возможное!

Прожив на свете более 70 лет, игумен Троицкого монастыря внезапно собрал иноков и сообщил, что через полгода его не станет. После этого Сергий Радонежский стал спокойно и обстоятельно готовиться к собственной кончине, приводя в порядок свои земные дела и дела монастыря. На игуменство он благословил опытного в послушании и духовной жизни ученика, преподобного Никона. Перед самой смертью святой в последний раз собрал братию, чтобы высказать свое завещание: «Внимайте себе, братие. Прежде имейте страх Божий, чистоту душевную и любовь нелицемерную…» Затем Сергий уединился от всех и 25 сентября 1392 года тихо покинул наш мир. До самого конца этот удивительный человек считал себя худшим из людей…

Жизнь Сергия Радонежского описал Епифаний Премудрый, который лично знал старца. В работе, на завершение которой у книжника ушло почти два десятка лет, он использовал личные воспоминания и свидетельства близких к игумену людей. Примечательно, что о ссоре братьев Епифанию рассказал… сам Стефан, позднее примирившийся с Сергием и умерший в Троицком монастыре.

Вопреки воле покойного (по просьбе братии) его по указанию митрополита Московского Киприана похоронили в церкви Троицкого монастыря. Тело старца пролежало в земле около 30 лет, а потом захоронение вскрыли. Это произошло после того, как одному из монахов во сне явился основатель обители и попросил: «Возвести игумену монастыря моего о том, что напрасно он столько времени оставляет мое тело покрытым землей, в которой вода утесняет его». Так что 5 июля 1422 года гроб с останками Сергия Радонежского подняли из могилы. Мощи уложили в серебряную раку и выставили их в Троицком соборе лавры. Спустя еще 30 лет старца причислили к лику святых; почти 500 лет к месту его последнего упокоения шли люди. В обители старательно вели летопись чудес, произошедших у гроба святого.