Зов Лиры. Зеркало судьбы - Нортон Андрэ - Страница 133

— Дурные сны… — ответила девушка и пересказала Илону, что ей приснилось — столб мертвенного пламени и страшный указующий перст.

— Это предупреждение… — начал было Илон, но тут в комнату вбежала Карла.

— Дочь Луны! Мы нашли то, что искали. Теперь нужно рассказать об этом подземным жителям.

22

В КОМНАТЕ с серебряным деревом Твиллу встретил Оксил, который держал в руке разложенные веером серые листы. Вокруг него толпились остальные.

Лесной лорд посмотрел на Твиллу и Илона. В его глазах от волнения сверкали зеленые искорки.

— Мы узнали, где Харгел заточил их женщин! Теперь можно начинать переговоры с этим Шардом!

— Но сможем ли мы разрушить заклятие Харгела? — спросила Масселина. — Известно ведь, что заклинания второго, а тем более третьего порядка—а это вполне может оказаться именно таким — в силах снять только тот, кто его накладывал. А Харгел сгинул много лет назад — столько, сколько лет этим листам с письменами.

— Однако дочь Луны сумела разрушить заклятие Харгела, которое связывало воинов подземного мира, — напомнил Оксил. — В любом случае мы теперь знаем, куда следует направить наши усилия. — Он слегка взмахнул веером листов в руке, и они тихонько затрепетали.

— Заклятие, охранявшее Сердце леса, разрушено, — заметил Вестел. — И эта змея Лотис сможет теперь сюда проникнуть когда пожелает. Сможем ли мы воспрепятствовать ей? Нельзя, чтобы Лотис сюда попала. Неизвестно, сколько она уже успела похитить и какие еще великие тайны может здесь обнаружить.

Тут вперед вышел Илон. Он безошибочно узнал Оксила по голосу и теперь повернулся лицом к лесному лорду.

— Есть замки, разрушить которые не под силу даже Лотис. — Он снова достал из складок одежды кинжал. — Это послужило ключом, которым мы открыли проход сюда, а теперь пусть кинжал станет замком.

Илон чуть наклонил голову, словно стараясь сориентироваться по слуху или запаху, и Твилла, догадавшись о том, что он задумал, тотчас пришла ему на помощь. Девушка взяла слепого лорда за рукав и подвела к проходу, который был открыт с помощью стального кинжала.

Когда с помощью Твиллы Илон подошел к двери, он опустился на колени и, разведя руки в стороны, измерил ширину прохода. Затем слепой лорд взял кинжал, с силой вогнал лезвие в утоптанный земляной пол и провел линию от одной стенки до другой. Кинжал он оставил в земле.

Лесные люди начали переговариваться между собой. Оксил передал веер из серых листков Вестелу и подошел к Илону, который уже поднялся с колен.

— Ты сообразителен, чужеземец, — сказал лесной лорд. — Да, это сможет противостоять любым заклятиям Лотис. Она не уничтожит нас, пока мы за этой чертой. Но что, если она воспользуется магией чужеземного колдуна? Ему не страшно железо.

— Верно, железа он не боится, — ответил Илон. — Но и жрецы Дандуса тоже кое-чего боятся. Они боятся и ненавидят женщин. Готов поклясться, ему нелегко дается любое сотрудничество с Лотис. Для него она воплощает все то, что жрецы Дандуса больше всего не любят. А потому их союз с самого начала разъедают взаимное недоверие и подозрения. Он наверняка нисколько не доверяет Лотис. Если она попытается воспользоваться магией, которая подвластна жрецу, он непременно постарается сперва выяснить, каким подвохом это может ему грозить.

Я верю тебе, чужеземец. Наверное, ты прав. Но для нас будет лучше, если мы поскорее завершим то, что должны сейчас сделать, — сказал Оксил. — Однако, чужеземец, ты запер нас здесь так же надежно, как запер это место от Лотис. А дверь, через которую нам нужно пройти, находится совсем в другом месте…

— Это легко исправить. — Илон наклонился и, чуть повернув кинжал за рукоятку, вынул его из земляных ножен. — Вот и все — теперь проход свободен. Вы можете выйти, а потом я снова верну замок на место.

Лесные люди по одному вышли из комнаты-дупла, обходя на почтительном расстоянии Илона, который стоял с кинжалом в руке. Когда все оказались снаружи, в коридоре, Илон тоже вышел.

Слепой лорд снова ощупал руками проем в стене, который он открыл с помощью кинжала, а потом, взявшись за рукоятку двумя руками, вогнал кинжал в землю — так, чтобы стальной клинок стоял посредине прохода, освещенный пульсирующим сиянием серебряного дерева.

И снова они пошли по запутанным дворцовым коридорам, но теперь их вел Оксил, который, как видно, прекрасно ориентировался в этом лабиринте и безошибочно указывал верный путь. Вскоре они оказались в комнате, которую Твилла сразу узнала, — сюда они с Илоном вышли после схватки с гигантским червем.

Выбрав один лист из тех, которые они прихватили с собой, Оксил прикоснулся его кончиком к начертанному на двери символу и медленно повел им вдоль узора, слева направо, тщательно повторяя все изгибы линии. В тех местах, где Оксил проводил листом, узор на двери сразу бледнел и угасал.

Когда лесной лорд закончил, на двери не было видно никаких символов. Оксил еще мгновение постоял перед ней. В коридоре было почти совсем темно, все светящиеся туманы куда-то исчезли, от них осталась лишь едва заметная бледная призрачная дымка.

Оксил толкнул дверь рукой. Его рука не прошла сквозь дверь, как раньше у Твиллы и Илона. Нет, на этот раз дверь распахнулась, и за ней стал виден грубо вырубленный в скале пещерный коридор.

Пока все стояли и смотрели на коридор, вокруг них постепенно начал собираться рассеянный, бледный свет. Впервые лесные люди взяли в руки оружие. Вспомнив о черве, Твилла понадеялась, что их серебряные мечи больше, чем клинок Утина, пригодятся в сражении с любой ползучей тварью, которая может встретиться в темной пещере.

Воздух в пещере был напоен густым зловонием разлагающейся плоти. Вонь становилась все сильнее, по мере того как путники приближались к месту схватки с червем. Тело червя было сильно обглодано неведомыми трупоедами, в некоторых местах на каменном полу пещеры лежали только голые кости. Какие твари так поработали над останками чудовища? И не притаились ли они где-нибудь в темноте? Твилла прижалась плечом к Илону и повела его как можно ближе к стене пещеры. Вспомнив о лужах ядовитой слюны, девушка предупредила остальных.

Когда они миновали останки червя, Оксил зашагал быстрее. Было ясно, что ему хочется поскорее закончить начатое дело.

Однако когда люди леса вышли из коридора в подземный мир, они не стали отходить далеко от входа. Они стояли у потайной двери и ждали.

И вот невдалеке показался отряд маленьких воинов. Воины подземного народа выстроились в линию, чтобы окружить с двух сторон людей леса, если те двинутся в глубь их владений. Каждый воин сжимал в руках обнаженный меч. Позади первого отряда шли воины с маленькими луками, держа наготове стрелы с наконечниками из смертоносного железа.

Когда подземные воины приблизились, вперед выступил Шард. Оксил возвышался над ним, однако в невысоком жреце было столько достоинства и уверенности в себе, что столь явная разница в росте не имела уже никакого значения.

Оксил поднял правую руку и начертил какой-то сложный знак. В воздухе вспыхнули ярко-зеленые линии, настолько четкие и ровные, как будто были выложены из настоящей нити. В ответ Шард поставил перед собой золотую секиру с кабаньей головой. Из глаз кабана вырвались тонкие лучики красного света, которые сплелись в столь же сложный узор, который обвивался вокруг зеленого знака, не соприкасаясь с ним. Несколько мгновений в воздухе полыхали два волшебных символа — зеленый и красный, потом оба разом исчезли. Шард убрал свою секиру, Оксил опустил руку.

Подземные воины оттянулись назад, люди леса убрали в ножны свои серебряные мечи. Лучники спрятали стрелы в колчаны. Тогда Шард заговорил:

— Ты начертал знак мира, лорд из леса. Но у нас есть только одна причина привечать вас в своих владениях — если вы исправили зло, содеянное вашими сородичами.

— Харгел давным-давно сгинул — и мы надеялись, что его зло сгинуло вместе с ним. Да, мы сделаем все, что сможем, чтобы исправить то, что он натворил. Но знай, подземный лорд, что снова настало время зла — и нынешнее зло еще страшнее прежнего. Нам угрожают не только пришельцы из верхнего мира. Среди лесных людей снова нашлись такие, кто не чуждается темного чародейства. — Оксил был мрачен, его голос звучал глухо. Твилла подумала: «Скольких же усилий ему стоит признать это перед древними врагами своего народа!»