Истории длиной в день (СИ) - Волков Николай Владимирович "Voltor" - Страница 39

- Хорошо. Ты там один?

- Да.

- Я скоро подъеду, и мы поговорим о том, чем я смогу тебе помочь.

- Хорошо.

Он повесил трубку, а я задумался. С детьми я не работал в принципе, но иногда дело могло

быть таким, что у ребенка возникали вовсе недетские проблемы, которые даже взрослые не

всегда могли решить.

Решив, что съездить все-таки стоит, я принялся собираться.

Когда через полчаса я подошел на место, я увидел одиноко сидящего мальчика. В руках он

держал довольно серьезную модель телефона, причем говоря «держал», я подразумеваю хватку,

которой утопающий хватается за спасательный круг.

- Ты звонил мне – сказал я ему.

Он недоверчиво посмотрел на меня и нажал кнопку вызова. Через пару секунд мой телефон

зазвонил, что я ему успешно и продемонстрировал.

- Вы мне поможете?

- Давай посмотрим. Расскажи мне, что случилось?

Он расплакался.

Никогда раньше я не чувствовал такой смеси эмоций, которая была в нем. По крайней мере,

не чувствовал в ребенке.

Здесь были горечь и отчаяние, одиночество и предательство, щедро подкрепленные болью

и страхом. Эмоции взрослых, прошедших не через одно десятилетие жизни, но никак не ребенка.

Я положил руку ему на плечо, и он мигом вскинулся, но потом его взгляд остыл, и я увидел то,

что заставило меня содрогнуться.

Глаза старика, на детском лице. Старика, повидавшего такое, о чем не расскажешь никому.

- Что случилось, малыш, – тихо спросил я – чем тебе помочь?

- Много плохого – ответил он, размазывая слезы по физиономии.

Я вытащил из кармана носовой платок, и отдал ему.

- Этот телефон тебе дал тот же дядя?

- Да.

Я аккуратно взял у него трубку и набрал первый попавшийся номер из памяти.

- Прошу прощения, я хотел бы вернуть телефон владельцу, но не знаю где его найти.

В ответ мне сказали и то, кому принадлежит телефон, и как с ним связаться. Я поблагодарил,

и набрал названный мне номер.

- Слушаю вас?

- Привет. У меня тут твой телефон. Объясниться не хочешь?

- Я не могу сейчас. Только вечером. Помоги пареньку, я не знал к кому можно еще

обратиться.

- Я не помогаю детям, но в этот раз, похоже, что будет исключение.

- Хорошо. Я наберу тебя вечером, и все объясню.

- Тебе придется сильно постараться.

Я повесил трубку. Человек, с которым я только что общался, довольно давно и плотно

крутился в криминальных кругах, и был моим информатором, за когда-то оказанную ему помощь.

Если он дал мальчику свой телефон, то, как минимум, можно было ожидать связи с чем-то

незаконным, и, как мне подсказывал инстинкт, омерзительным.

- Расскажи мне все – попросил я.

Сказанная в ответ мальчиком фраза была сродни удару в солнечное сплетение.

- Моя мама меня продала.

Я очень долго молчал, пытаясь придти в себя, после чего все-таки спросил:

- И что ты хочешь, чтобы я сделал?

- Найдите моего папу. Он даже не знает, что я родился. Я хочу, чтобы он знал.

Я выдохнул. Это было дело не по моему профилю, и, откровенно говоря, я вообще не знал с

какого конца за это браться, но при взгляде на этого ребенка, при том, что я чувствовал в нем, я не

мог отказать.

- Попробую. Но мне нужно знать все. Все что ты мне сможешь рассказать, и не только о твоем

папе, но и о том, что с тобой было после того, как мама тебя продала.

Я видел, как слезы вновь наворачиваются на его глаза, и поспешил.

- Не плачь. Мне надо знать, что с тобой происходило, чтобы я мог понять, где и что мне

искать. Понимаешь?

- Да.

- А пока я отвезу тебя к хорошим людям, моим знакомым. Они позаботятся о тебе, пока я

буду искать твоего папу. Хорошо?

- Да.

Я почувствовал, как возникает хрупкий мостик доверия между нами. Теперь, он мог

рассказать мне о произошедшем с ним, хоть я и понимал, что мне придется прорываться через

боль от совсем свежих воспоминаний.

Я взял мальчика за руку, и отправился ловить машину.

Примерно через час, который ушел у нас на то, чтобы приехать к моим знакомым, одной

пожилой паре, успевшей вырастить на своем веку не только детей, но и внуков, я сел вместе с ним

в комнате и снова попросил мне рассказать все, что он сможет.

- Мама продала меня, потому, что у нее не было денег на тот порошок, который она грела

на зажигалке. Она очень радовалась тому, сколько за меня ей дали. А потом сказала, что я был

главной ошибкой в ее жизни, и что она просто счастлива, что никогда больше меня не увидит.

- Хорошо, малыш. Кому она тебя продала?

- Дяде.

Он назвал мне имя и отчество.

- Ясно. Сможешь мне рассказать, куда этот дядя отвел тебя? Может помнишь название улицы,

или еще что-нибудь?

- Нет. Помню только то, что там было очень плохо.

- Что там было?

- Туда приходили люди, которые давали ему деньги, а он отдавал им меня.

Мальчишка сжался в комок, и мне стало ясно, в каком смысле было слово «отдавал».

- Этого больше не произойдет, обещаю. Извини, малыш, мне надо позвонить.