Перстень чернокнижника - Грановская Евгения - Страница 37

Та подняла на нее безжизненный взгляд.

— Я… устала, — прошелестела она одними губами.

Очки сползли у Жени с носа и болтались теперь на одной дужке, щеки ее болезненно побелели, а под глазами пролегли синеватые тени.

— Ну и видок, — с болью в голосе проговорила Ксюша. — В гроб краше кладут. — Она схватила подругу за плечи и сильно встряхнула. — Женька, слышишь? Нам надо идти! Вставай!

— Да, — пробормотала Женя. — Ко…нечно.

Опираясь на Ксюшины руки, она с трудом поднялась. Ксюша водрузила подруге на нос очки, пригладила ее растрепавшиеся волосы и выпалила:

— Ты, главное, не падай.

— Не буду, — пообещала Женя.

— Ну, тогда пошли?

— Пошли.

И они пошли.

До шоссе они доковыляли минут через десять. За это время Женя немного пришла в себя. По крайней мере настолько, чтобы заметить, что Ксюша смотрит на нее не только с тревогой, но и с каким-то затаенным страхом.

— Наконец-то цивилизация, — облегченно вздохнула Ксюша. — Сейчас поймаем тачку — и домой! Хорошо, что перед уходом из дома я порылась у папика по карманам.

Ксюша полезла во внутренний карман куртки и достала пачку смятых купюр.

— Ты что, украла их? — спросила Женя.

— Нет, конечно. Просто одолжила. Когда разбогатею — верну. О, смотри, такси с шашечками!

Ксюша замахала рукой. Машина мягко притормозила и остановилась аккурат напротив девушек.

Переднее стекло поползло вниз, и из салона высунулась голова Паштета.

— Женька! — крикнул он весело.

— Паштет! — выдохнула Женя. — Этого не может быть!

Задняя дверца машины открылась, и из салона выскочил Санька. Подбежав к Жене, он вцепился ей в руку и засмеялся.

— Замарашка, я знал, что мы тебя найдем!

Женя, улыбаясь, прижала Саньку к себе и поинтересовалась:

— Почему замарашка?

— Да у тебя же все лицо испачкано! — ответил со смехом мальчик.

Тут подоспел и Паштет. Вдвоем с Санькой они бережно усадили Женю на заднее сиденье такси. Ксюша смотрела на Паштета с удивлением и опаской. Но на его предложение сесть в машину само собой ответила согласием.

— Это кто? — тихо спросила она Женю, когда машина тронулась.

— Мой друг, — ответила та. — Он должен был прилететь в Москву вместе со мной, но задержался. Эй, Павел! А ну рассказывай, как ты здесь оказался?

Паштет обернулся с переднего пассажирского сиденья и забасил:

— Высадился я в Шереметьеве, и тут телефон звонит. Старый я разбил, хорошо, симка уцелела. Пришлось новый покупать. В трубке какой-то мальчишка. Я ему: тебе чего, пацан? А он мне — дескать, если ты друг Жени, то срочно езжай сюда. У меня, говорит, Женькин телефон, а ее саму похитили. Я говорю: «Как похитили? Кто?» А он мне: «Не знаю. Но…»

— Да не так все было! — оборвал Паштета Санька. — Я видел, как вы с рыжей пошли в клуб. Хотел вас догнать, но бугай на входе меня остановил. «Вали, — говорит, — отсюда, пока я тебе уши не надрал!» Ну, я и стал вас ждать на улице. А пока ждал — задремал малость. Проснулся, только когда вы в «мерс» садились. Побежал догонять, но вы уже поехали. Тогда я поймал тачку и тронул за вами.

— Как поймал тачку? — удивилась Женя. — Где же ты взял деньги?

Санька усмехнулся:

— Там же, где твой телефон, — на скамейке! Мы за вами доехали до поворота, и тут таксист, гад, меня обманул. Говорит: «Выйди, пацан, машину толкни». Я вышел, а он — по газам! Так и оставил меня на трассе. Ну, я решил кому-нибудь позвонить. Нажал наугад — и связался с Паштетом!

— Так и было, — подтвердил тот. — Я с пацаном поговорил, потом взял тачку и сюда. Подхватил его с обочины и дальше. А тут — вы!

— На ловца и зверь бежит, — усмехнулась Ксюша, с интересом разглядывая вихрастый затылок и широкие плечи парня. — А вас, я извиняюсь, так и зовут — Паштет?

— По-разному зовут, — отозвался тот. — Кто Паштет, а кто — просто Кульков.

— Ой, я же вас не познакомила, — спохватилась Женя. — Ксюша — это Паштет, он же Павел Кульков. Кульков — это Ксюша.

— Очень приятно, — пробасил парень.

Ксюша откинулась на спинку сиденья и облегченно вздохнула:

— Ох… Слава богу, что все позади. Женька, будешь бутерброд?

— Давай, — вяло проговорила та.

Ксюша сунула руку в карман и достала шуршащий пакет. Посмотрев, как Женя ест, она вдруг спросила:

— Ну?

— Что «ну»? — не поняла Женя.

— Может, скажешь, откуда ты узнала про люк?

Женя пожала плечами:

— Понятия не имею. Я просто подумала о том, что под комодом должен быть лаз. В книгах такое часто бывает. Из логова разбойников наружу всегда ведет потайной подземный ход. А ведь твой Борис Романович настоящий разбойник.

— Во-первых, он не мой. А во-вторых… Почему именно под комодом?

— А почему нет?

— Слушай, а может быть, мой папик прав? Может, ты действительно ведьма? Ну, или хотя бы экстрасенс?

— Кто ведьма? — навострил уши Санька. — Женька?

А Паштет покосился через плечо и усмехнулся.

Женя почувствовала, что краснеет.

— Никакая я не ведьма, — сердито ответила она. — Просто нужно рассуждать головой. Буфет слишком тяжел, чтобы его двигать. А под столом или кроватью люк легко обнаружить. Вот я и подумала про комод.

— Прямо дедуктивный метод, — хмыкнула Ксюша. — Что думаешь делать дальше, подруга?

— Постараюсь разыскать Елену Прекрасную.

— Это ту фифу, с которой вы вместе сидели в «обезьяннике»?

Женя кивнула:

— Да. Она обещала помочь.

Ксюша наморщила конопатый нос:

— Мало ли кто и что обещает. Слушай, а может, тебе плюнуть на жениха? Что, если он просто от тебя сбежал?

— Игорь не такой, — сухо ответила Женя. — Он бы никогда меня не обманул.

— Ну-ну, — усмехнулась Ксюша. — А я, например, уверена, что он просто… — Тут в кармане у нее зазвонил телефон. — О! А вот и мобильник прорезался!

Она приложила трубку к уху и сказала:

— Да, пап… Нет, пап… Папуля, но я сейчас не… Хорошо… Да, да, я приеду… Как только так сразу. Ну все, пока!

Ксюша отключила связь.

— Там какие-то родственники притащились. Папик срочно вызывает домой, — со вздохом объяснила она и протянула телефон Жене. — Держи! Звони своей Елене Прекрасной!

Женя взяла трубку, нашарила в кармане визитную карточку и быстро набрала номер.

Под внимательными, любопытными взглядами Ксюши, Саньки и Паштета она поднесла трубку к уху.

— Алло… — Женя залилась краской и отвернулась к окну. — Это Елена Васильевна?.. Здравствуйте. Меня зовут Женя Ремизова. Мы с вами вместе сидели в милиции, и вы дали мне свою визитную карточку…

При фразе «сидели в милиции» водитель такси глянул на Женю в зеркальце заднего вида и покачал головой.

— Да… — пробормотала Женя. — Нет, не очень… Вы просили позвонить, если сильно… Да, кое-что случилось… Как?.. Да, я запомню… Что?.. Нет, у меня нет никаких дел… Ладно… Хорошо, я приеду. Спасибо вам, Елена!

Женя отключила связь и протянула трубку Ксюше.

— Ну как? — изнывая от любопытства, спросила та.

Женя нахмурилась и сказала:

— Елена пригласила меня в гости.

— А где она живет?

— Возле Патриарших прудов.

Ксюша присвистнула:

— Неслабо! Видимо, эта фифа и впрямь может тебе помочь. Интересно было бы на нее посмотреть, но папик вызывает меня домой. Значит, ты сейчас до Патриарших?

— Да.

Ксюша перевела взгляд на молчаливого Паштета.

— Кульков, ты проводишь Женьку?

— Само собой, — ответил тот.

— Тогда вытряхивайтесь из тачки возле ваших Патриарших, а я поеду домой. Как только выполню родственный долг, сразу вам позвоню.

8

Через двадцать минут такси остановилось у Патриарших прудов. Женя, Паштет и Санька выбрались из машины.

— Всем пока! — крикнула им вслед Ксения и захлопнула дверцу.

Машина тронулась с места. Резкий порыв ветра дунул в окно и заставил Женю поднять воротник куртки. Она взглянула на мальчика:

— Санька, ты с нами?