Жена незнакомца - Осборн Мэгги - Страница 6

— Тогда я сразу поеду на ранчо. Там и буду работать.

Пол взглянул на свои карманные часы.

— Кстати, о речах. Мне предстоит откорректировать для тебя пару речей, прежде чем мы расстанемся в Санта-Фе.

Он ушел в дом, а Куинн остался на веранде, глядя в сторону пустыни. На фоне неба выделялись темные силуэты кактусов, напоминающие людей с поднятыми руками, словно они надумали сдаваться.

Куинн закурил и стал размышлять о предстоящем годе, о связанных с ним надеждах. Первого губернатора только что созданного штата ожидает немало славных дел. Ему предстоит заняться становлением штата Колорадо, осуществлять руководство им на самой ранней стадии его развития. Если он хорошо справится с задачей, то у него есть все шансы войти в историю.

Но сначала необходимо победить на выборах, а без Лили Дейл, независимо от того, какие чувства он к ней испытывает, это невозможно. Однако при вступлении в должность ее услуги ему не понадобятся, что бы там ни говорил Пол. Когда он победит на выборах, Лили станет ему не нужна, и чем скорее он избавится от нее, тем лучше.

Потирая шею, он уставился на пустой стакан. В последнее время, если дела шли не так, как он задумывал, Куинн пытался точно определить, с какого момента успех ему изменил, после чего анализировал все события вплоть до этого момента. Интересно, принесет ли ему Лили Дейл удачу или он совершает ошибку, связываясь с ней? Тихонько выругавшись, Куинн стремительно встал и направился в библиотеку, чтобы налить себе виски и снова вернуться на веранду, где было относительно прохладно.

Свет он зажигать не стал, поскольку и так ясно видел графин на маленьком столике рядом с книжными полками. Наполнив стакан, Куинн повернулся.

На секунду ему показалось, что это Мириам, и у него перехватило дух от неожиданности. Лили стояла за креслом с высокой спинкой, как будто, услышав, что он вошел в библиотеку, решила спрятаться.

Черт побери! Теперь придется с ней разговаривать. Однако Лили его опередила.

— Я не подслушивала, — мрачно сказала она, ясно давая понять, что если ее начнут обвинять, то она станет защищаться. — Я пришла сюда за тем же, что и вы.

В полумраке он едва различал ее лицо, чему был только рад. Сделав большой глоток, он бросил взгляд в сторону двери.

— Я уже взял то, за чем приходил. Спокойной ночи, мисс Дейл.

— Разрешите поговорить с вами?..

— Вам не нужно спрашивать на это разрешения. — Отголосок ее прошлой жизни больно кольнул его в сердце. — Может, выйдем на веранду? Там прохладнее.

Лили ступила в полосу света, и Куинн заметил, что она не сняла поношенные жакет и юбку, которые ей выдали в тюрьме, зато причесалась и перевязала волосы ленточкой. Они доходили до пояса, напоминая толстую золотистую веревку, и хотя были тусклыми, Куинну, не привыкшему видеть женщин с распущенными волосами, Лили показалась даже несколько соблазнительной.

Раздраженно отвернувшись (тоже, нашел красотку!), он потянулся за графином.

— Я налью вам виски.

— Спасибо, — ответила Лили после некоторой паузы. Видимо, она не привыкла, чтобы за ней ухаживали.

Ее голос напомнил Куинну голос жены, когда та заболевала: низкий, с хрипотцой. Однако голос Мириам, независимо от ее состояния, всегда звучал настороженно, тогда как у Лили подобная настороженность отсутствовала. Плотно сжав губы, Куинн отнес стаканы на веранду и поставил на столик, возле которого стояли два стула.

Лили потянулась к стакану. На ее руку упал свет из окна, и Куинну бросились в глаза поломанные ногти.

— Хорошо, — вздохнула она, сделав глоток, и, запрокинув голову, посмотрела на звезды. — Чтобы убить время, мы частенько забавлялись в тюрьме игрой: описывали запахи и вкусы. Мне казалось, я помню вкус хорошего виски, а оказывается, забыла. Думаю, не будет ничего дурного, если я спрошу: любила ли ваша жена виски?

— Нет. Даже запаха не выносила.

— Ну и зря. Наверное, она и не курила?

Куинн представил себе Мириам с сигарой во рту. Зрелище было столь нелепое, что он едва не расхохотался. Лили выжидающе смотрела на него.

— Дать вам сигару? — спросил он.

— Не откажусь.

Да, Лили не Мириам, поэтому он не должен удивляться ее просьбе. Достав из кармана серебряный портсигар, Куинн вытащил сигару, отрезал кончик, раскурил ее и протянул Лили. Она глубоко затянулась, выпустила струю дыма и удовлетворенно вздохнула.

— А чей это дом?

— Имя владельца не имеет значения. — Куинн не желал распространяться о том, чего Лили не положено знать. — Дом расположен в глуши. Пока вас нельзя принять за Мириам, но к тому времени, когда вы уедете из Санта-Фе, никто не должен заподозрить, что вы не она. После Санта-Фе вы с Полом отправитесь в Денвер, по пути будете останавливаться в гостиницах, поэтому ни у кого не должно зародиться ни малейшего сомнения в том, что вы — Мириам.

— Кто из вас двоих главный? Чьи распоряжения я обязана выполнять? Ваши или мистера Казински?

Вопрос был по существу.

— То есть вы интересуетесь, кто из нас может отменить этот план?

— Я хочу знать, кто из вас, подонков, может снова засадить меня в тюрьму. Кого я должна буду за это благодарить?

— Вы должны хорошенько выучить свою роль и сыграть ее достаточно убедительно, чтобы люди поверили, что вы Мириам. Если справитесь, тюрьма вам больше не грозит, — раздраженно ответил Куинн.

Глядя, как Лили затягивается, он всерьез сомневался, что их план сработает.

— Следующий вопрос. Как я должна вас называть?

— На людях — мистер Уэстин. Наедине можете звать меня по имени.

Похоже, он ответил на все интересовавшие ее вопросы, поскольку Лили не проронила больше ни слова. Она сидела, молча попыхивая сигарой, прихлебывая виски, но Куинн чувствовал ее возмущение, отчего испытывал неловкость.

— Вы когда-нибудь бывали в Денвере? — спросил он.

Вообще-то ему хотелось оставить ее на веранде и отправиться к себе. Но ведь ему придется несколько месяцев жить с этой женщиной, так должны же они хоть о чем-то разговаривать.

— Нет.

— Город быстро растет. Согласно последней переписи, население его составляет восемнадцать тысяч человек. — Лили промолчала, и Куинн, стиснув зубы, продолжил: — Денвер построен в том месте, где Черри-Крик впадает в реку Саут-Платт. Самым замечательным в нем являются горы, расположенные в западной части.

Куинн не мог понять, интересен Лили его рассказ или нет, он даже не видел, слушает ли она его. Она сидела, отвернувшись и глядя на залитую лунным светом пустыню.

— Вы всегда такая молчаливая? — спросил он. Если так, то наконец-то у нее обнаружилось нечто общее с Мириам.

— В тюрьме наказывали, если мы разговаривали без разрешения.

— Моя предвыборная программа включает тюремную реформу. Когда-нибудь я с удовольствием послушаю ваш рассказ о том времени, которое вы провели за решеткой.

— Я вам ничего не собираюсь рассказывать. Мне даже вспоминать противно!

Разговаривать с ней — все равно что катить в гору огромный камень, раздраженно подумал Куинн. Нахмурившись, он попробовал отыскать новую тему для разговора и, как ему показалось, нашел:

— У вас был на суде адвокат?

— А вам-то какое дело!

Куинн уже заметил, что Лили в каждом вопросе чудится подвох.

— Я адвокат. Меня интересует происходящее на суде.

Она повернулась к нему. Свет упал на ее выпирающую скулу и заостренный подбородок, и Куинн в очередной раз поразился, какая она худенькая. На миг ему показалось, что перед ним сидит Мириам, оправившаяся после долгой болезни.

Их поразительное сходство постоянно сбивало Куин-на с толку. Ему все время казалось, что он знает эту женщину.

— Вы не похожи на адвоката, — наконец ответила Лили. — Больше на ковбоя.

— У меня есть ранчо неподалеку от Денвера, — улыбнулся Куинн и смягчился. — Сейчас я там работаю, но когда одержу победу на выборах, перестану туда ездить.

— Да? Вы спрашивали про адвоката… У нас с Саем был адвокат, только он нам не помог. Всю дорогу плясал под дудку судьи.