Секретный проект. Трилогия - Найтов Комбат - Страница 64

— Это целесообразно. Я обещал ему поддержку в этом случае, так как, это ведёт к сокращению сроков войны в Европе.

— А Италия?

— Италию возьмёт 2 Украинский фронт с гораздо меньшими потерями. Без Севера Муссолини быстро сдастся. Экономика у него там. Идти с Юга бессмысленно, милорд.

— А авиацией вы эту высадку поддержите?

— Если дотянемся! Радиус действия у них не очень большой: 300–400 км. А сбрасывать топливные баки — довольно дорогое удовольствие.

— Это те две огромные сигары, которые вы отсоединили от самолётов сегодня? А я думал, что это бомбы и вы не хотите о них рассказывать. — я улыбнулся предположению Черчилля.

— Это подвесные танки с топливом для дальних перелётов. Они не бронированы, и на боевых вылетах не используются.

— Осталось три вопроса, о которых необходимо выяснить позицию вашей страны: судьба Польши, Франции и самой Германии. — сказал Черчилль.

— Что касается Польши, то её правительство в Лондоне не признаёт новых границ по Бугу, эти территории получены Польшей в результате войны 20 года, то есть в результате агрессии. В 38 году это правительство поддерживало Гитлера, и присоединило себе Тешинскую область Чехословакии, не дав нам возможности выполнить свою часть договора с Чехословакией. Следовательно, мы, пока, считаем Польшу генерал-губернаторством Германии, и будем решать её судьбу, так же как и Германии. Франция, несмотря на своё поражение, получит обратно всю свою территорию, вне зависимости от того, кто осуществит её освобождение: вы, мы или американцы. В Германии останутся наши войска. Государственным строем останется парламентская республика, армии и флота у Германии больше не будет. Детям спички в руки давать опасно.

— Зоны оккупации?

— Нет, слишком велика угроза того, что единую Германию раздерут на части. Зоны ответственности, я бы так это назвал. Везде и нигде. И без вмешательства в политику. Кроме денацификации. То есть, на парламентском уровне запрет на некоторые профессии для бывших членов НСДАП.

— По поводу Польши я с вами не согласен! Мы вступили в эту войну из-за Польши! Мы несём ответственность перед Польшей.

— Пусть правительство Польши признает наши новые границы по Бугу, тем более, что никакой промышленности в этих районах нет.

— А Львов? Это крупный город.

— Украинский, милорд. И перешёл к Польше в результате войны. Если вы помните, вся Польша входила в состав России. И именно Польша виновата в том, что началась эта война. Не захотели договориться о коридоре в Кенигсберг. Теперь коридор требуется нам, для того, чтобы контролировать Германию. Мы не хотим, чтобы наши поставки в наши войска в Германии шли через таможню и т. п… Слишком хорошо знаем поляков, и не испытываем к ним доверия. Я проезжал через Польшу в 38, в дипвагоне приходилось держать оружие наизготовку! Это никуда не ведущий путь. Проще признать границы Германии 40 года и остановиться на этом. Мы понимаем и признаём вашу ответственность перед Польшей, но реалии таковы, что без нашей общей границы с Германией вся Европа всё время будет сидеть на пороховой бочке. Вы же помните, что происходило в Мюнхене. Завтра, вместо вас, милорд, может прийти к власти другой человек и история вновь повторится. А вооружения меняются и быстро! Мы хотим установить мир надолго.

— Я понимаю, ваши опасения, дорогой сэр Эндрю, но я, пока, не готов урегулировать эти разногласия. Требуется время для их решения.

— Если у вас возникнут с этим сложности, то довольно значительная часть здравомыслящих поляков, авторитетных, могут составить более удобное для нас с вами, подчёркиваю: с вами, правительство. Мы, пока, не склонны идти на такие меры, предпочитаем договариваться с вами и с прежним правительством. Польская армия уже существует.

— Кстати, что произошло с генералом Андерсом?

— Отказался воевать. При аресте и обыске обнаружена переписка с немцами. После войны сам генерал и все улики будут переданы правительству Польши. Пусть оно решает его судьбу.

Черчилль посмотрел на часы.

— Вы же приглашены к королю на файф-о-клок.

— Да, но я не знаю, что одеть: фрак или мундир.

— Мундир. Сейчас Его Величество и сам носит мундир.

— Спасибо, сэр!

— А мы продолжим этот диалог с вами в расширенном составе завтра, подключим военных и форин офис. Но, предварительно, я бы хотел задать вам вопрос: США несут потери на Востоке, мы потеряли два линкора там. Намерено ли ваше правительство объявить войну Японии?

— Союзные отношения это предусматривают, но вести войну на два фронта очень тяжело экономически. Плюс слишком протяжённые коммуникации. Но, этот вопрос рассматривается Генеральным штабом, но, до окончания войны в Европе, урегулирования политической ситуации здесь, мы предпринимать какие-либо шаги не будем. Гитлер, пока, активен в Атлантике, и ленд-лиз идёт через наши восточные порты. Флот на Тихом океане у нас маленький, и японцы с легкостью перережут его. Пока, наш нейтралитет с Японией отвечает интересам Объединенных Наций.

— Ну, что ж. Тогда на сегодня всё, увидимся позже, я тоже приглашён на файф-о-клок к Его Величеству.

Мы попрощались, и я поехал в посольство. Передал содержание переговоров Майскому, попросил передать всё по его каналам. Майский проинструктировал меня об этикете на чаепитиях во дворце и сказал, что сам он, за много лет, был на файф-о-клок во дворце лишь однажды, год назад. Порекомендовал взять с собой фотографии семьи, так как, королева любит этим интересоваться.

— Не забудьте, что первую скрипку на таких приёмах играет она, королева. Ордена не надевайте, только колодки и Звезду Героя. Кстати, у вас дубликат с собой?

— Да.

— Оденьте и его. Указ о вашем награждении вчера опубликован. Всем командующим ВВС и ПВО трех западных округов за бои 6 мая присвоены звания Героев, Новикову и вам. Так что, примите самые искренние поздравления.

— Что ещё дома происходит?

— Вчера в Вену прилетел бывший рейхсмаршал Геринг и сдался Жукову. Крысы побежали с тонущего корабля.

— Ну да, он понимает, что сдаваться англичанам ему не следует. Повесят.

— Товарищ Сталин передал через Швецию ответ Гитлеру: безоговорочная капитуляция. Можете сообщить королю. Про Геринга просили не сообщать.

— Всё понял, Иван Михайлович! Извините, мне пора!

— Жду вас после визита. Думаю, что уже получим ответы.

Более скучного мероприятия, чем английский файф-о-клок, трудно придумать, но всё прошло успешно. Леди Розалинда успела много сообщить королеве про меня и про вчерашний вечер. Действительно, пришлось показывать фотографии Маргариты, детей и собак. Королева сказала, что у меня очень красивая жена, дети и собаки, и, узнав, что собака у меня от Диего Риверы, подарила мне его миниатюру.

Его величество сказал, что хотел стать лётчиком, но ему пришлось стать королём, поэтому ему летать запретили, но в юности он много летал, так как, не был наследником престола.

— Поэтому, сэр Эндрю, я питаю особое отношение к красивым самолётам. Самому очень хочется проделать такой пилотаж. Кто конструктор этих красавцев?

— Павел Сухой.

— Не слышал. Вы говорили, что он бронирован.

— Да, ваше Величество. Его можно сбить только крупнокалиберной зениткой или с хвоста, повредив оба двигателя.

— Очень мощная машина. Не удивительно, что ваша армия так успешно действует в Германии. Что вас сдерживает в войне с Японией?

— В первую очередь, отсутствие десантных средств, ваше Величество. И незаконченная война в Европе.

— А если мы дадим вам десантные средства, — спросил Черчилль, — у вас не возникнет желание высадиться на нашем острове? — и хитровато улыбнулся.

— Ваше Величество! Русские уже брали и Берлин, и Париж, и всегда возвращались к себе домой. Я понимаю, что всех сейчас волнует вопрос: «Где мы остановимся?» Но, ваше Величество, я прилетел сюда именно по этому вопросу: «Заранее оговорить условия послевоенного мира». И, главная угроза Англии, как я считаю, исходит не от СССР, а, извините, от США. Мы — уйдём, а они — останутся. Воюют не армии, воюют экономики. Метрополия сейчас, из-за Гитлера, ослаблена, в первую очередь — экономически. А все дивиденды уходят в США. Не правда ли?