Секретный проект. Трилогия - Найтов Комбат - Страница 105

Сталин внимательно слушал, затем попросил передать ему проекты для ознакомления. После этого он сделал Главкому выговор, что он не использовал все возможности для усиления ТОФ в течение полутора лет. Кузнецов возразил, что эсминцы «Z» стояли без экипажей весь прошлый год и лишь недавно были укомплектованы смешанными русско-немецкими экипажами. Захотят ли немцы продолжить службу на Тихом океане — большой вопрос!

— Товарищ Кузнецов! Вы принимали немецких товарищей в строй, Вы принимали у них присягу. Я не видел в присяге для немцев каких-либо различий с присягой для советских граждан. Считаю это отговоркой. Скажите прямо, что этот вопрос Вами не рассматривался.

— Вы правы, товарищ Сталин! Наиболее опасным считался атлантический и северный ТВД. Главный штаб флота считал достаточным численный и типовой состав ТОФ. Это была наша ошибка.

— Постарайтесь впредь не повторять таких ошибок, товарищ адмирал флота Советского Союза. Это слишком дорого стоит. В какие сроки Вы уложитесь, согласно предложениям Першина?

— В два с половиной — три месяца по передислокации, товарищ Сталин. По лидерам — по мере их поступлении на флота. Предложения Першина нахожу своевременными и наиболее быстрыми в условиях цейтнота.

— Что Вы скажете, товарищ Андреев. Мы сможем профинансировать этот проект?

— Передислокацию — несомненно! Но, я считаю преждевременной попытку форсировать постройку проекта 30. Он уже устарел и нуждается в полной переработке. Особенно после испытаний изделий 001 и 002. Достройка проектов лидеров типа «Ташкент» также преждевременна. Прочность их корпусов под таким же сомнением. В 42-м году лидер «Ташкент» стоял на ремонте из-за разрыва палубы во время шторма при сопровождении транспортов в Болгарию.

— То есть, Вы предлагаете полностью перепроектировать существующие проекты?

— Да, товарищ Сталин.

— Возьмите это на контроль, товарищ Андреев. Адмирал Першин! Все доработки согласовывать с Андреевым. От вашей согласованной работы слишком многое зависит. Особое внимание должно быть уделено качественной ПВО эсминцев. Вы меня поняли?

— Так точно, товарищ Сталин.

«Не было печали, черти накачали!»

Больше всех бурчал Сергей:

— Я ни разу не специалист по флоту! Что будем делать?

— Сергей, не бурчи! Начнём с главного! Какие двигатели стоят на современных тебе кораблях флота?

— На ядерных — паровые турбины, на неядерных — газовые турбины.

— А что, есть ядерные корабли?

— Да. Их довольно много. Используют, в основном, водоводяные реакторы на тепловых нейтронах.

— Так, значит напрягаем Александрова!

— Не его, а Доллежаля! Он создал первый реактор для подводных лодок. Кроме того, необходимо привлечь Базилевского, Балтийский завод, и Перегудова из ЦКБ-18, тоже Ленинград.

— Понятно. По газовым турбинам?

— В основном используются двухвальные, модульные газовые турбины, переделки из авиационных. К ним вешается генератор, а винт крутит электродвигатель.

— Редуктор?

— Планетарный, как у Ту-95!

— Значит, Германия. Они же ГЭДы хорошо делают.

— Андрей, для ГТД большой мощности нужно использовать титан-никелевые лопатки.

— То, чем сейчас Роллс-Ройс занимается?»

— Да.

— Нарисовать двухвальную турбину можешь?

— Конечно, это сейчас обычный авиационный двигатель.

— Чем судовые двигатели отличаются от авиационных?

— За счёт хороших холодильников, у них гораздо ниже температура на лопатках, примерно 550–600 градусов, много выше моторесурс. Охлаждение же водяное. За счёт этого резко снижается шум двигателя.

Я записал все параметры, которые дал Сергей и поехал к Микулину.

— Александр Александрович! У меня есть предложение.

— Андрей Дмитриевич! Может не надо! У меня тут и так сплошной дурдом. — Александр Александрович показал пальцем на противоположную стенку кабинета. Из соседнего кабинета доносился крик какого-то человека. — Вадим с термистами разбирается. Оплавились лопатки, вся работа насмарку. Что хотели, Андрей Дмитриевич.

— Газовую турбину большой мощности. — выложил рисунки, наброски, графики и расчёты. — Александр Александрович вцепился в них.

— Такой коэффициент двухконтурности? А это возможно? А это что? Редуктор? Стоп-стоп-стоп! А ведь это позволяет снизить обороты компрессора!

— Для этого и поставлен.

— А откуда такая низкая температура?

— Вода под высоким давлением, и топливо.

— Вода? А где мы её возьмём? Не понимаю. А чем её охлаждать?

— Водой. Это не самолётный двигатель, а судовой. Хотя, с понижением мощности и изменением схемы охлаждения его можно использовать и для тяжёлых самолётов. Вы будете заниматься самим двигателем. В двух модификациях: один самолётный, второй судовой или наземный. А так, обычный турбовентиляторный двигатель. Я знаю, что это конёк Швецова, но у него сейчас англичан прорва. Сам двигатель будем делать в Ленинграде на «Лопатке», остальное на ЛМЗ. Требуются малые габариты и большая мощность. Основное назначение — производство электроэнергии.

— Никогда бы не подумал, что авиационный двигатель можно задействовать для этого. — я улыбнулся.

— Вы мне льстите, Александр Александрович!

— Вам все льстят.

— Ну, так что, берётесь? Или Люльке отдать? Всё уже даже посчитано.

— А давайте так: и Люльке тоже.

— Хорошо, договорились. — я встал и подал руку.

— Куда ж вы, Андрей Дмитриевич? А чай? А посмотреть, что мы тут нагородили? Не отпущу! Сейчас идём по цехам! И не спорьте! Вы у нас два года не были!

Мне показали двигатели АМ-3 для Туполева, АМ-5 для Микояна и гордость завода двигатель серии «Д» для вертолёта Камова. Я остановился возле последнего.

— А вот этот похож на то, что требуется. Кто ведущий конструктор?

— Грачёв. Но он домой в Омск собрался. Его туда берут главным. Уже уволился по переводу.

— Жаль.

Некоторые сомнения меня мучили, но Микулин умел выжимать из двигателя всё, давая предельные мощности для конструкции. И всегда разрабатывал отличное навесное оборудование. По приезду в Кремль позвонил Люльке и попросил приехать. Поставил ту же задачу. Люлька интереса особого не проявил, сказал, что очень занят с новым двигателем АЛ-7, передаст это всё Владимирову и Соловьёву, а сам подключится через некоторое время. Но приехал сам и привез обоих ведущих на следующий день. Разобрали по косточкам проект. Разбили всё на этапы, определились с изготовителями. Я позвонил Сталину и с его разрешения улетел в Ленинград. Просмотрел всё, что предлагает НИИ-45, вызвал конструкторов ЦКБ-18, главного конструктора Базилевского. Все проекты были устаревшие. Небольшие переделки довоенных проектов. Котлы, турбины, громадные редукторы, всё пространство занято машинным отделением.

— А если так, Виктор Иванович! — и я положил перед ним тщательно вычерченный разрез корпуса с двумя машинными отделениями, в которых стояли 4 газовые турбины 2х10000 кВт и две по 20000. В корме находилось 4 ГЭДа: два маршевых и два для форсированного хода. Показал ракето-торпеду, в которой скрестил ежа и ужа: новую, разрабатываемую Челомеем и Расплетиным, сверхзвуковую ракету и подвешенную к ней самонаводящуюся торпеду Бартини. И реактивную глубинную бомбу. — Видите сколько места освобождается. Вот такой вот турбоэлектроход.

Все подсели поближе.

— Понимаете, всё, что Вы мне показали, это уже даже не вчерашний день. Чем занимались в эту войну эсминцы?

— Ходили в конвоях.

— Я спрашиваю, что они делали в конвоях!

— За лодками охотились и самолёты отгоняли.

— А вы что проектируете? Артиллерийский корабль! По кому стрелять собрались? По авианосцам? Что вы сможете сделать, даже 130 мм. Вспенить воду у борта? А вот ракетоторпедой по нему шарахнуть, да по винтам, это уже дело и помощь. Поэтому давайте отходить от стереотипов. Основное назначение эсминцев: это поиск и обнаружение ПЛ противника: вот сюда в бульб вставляем гидролокатор. Кстати, англичане и норвежцы делают очень неплохие гидролокаторы. Для того, чтобы он и назад смотрел, бульб сделаем вот такой! — и я нарисовал бульб БПК 1155.1. Здесь, на корме, предусмотреть лебедку для БуГАС. Бомбомёты расположить в носу и в корме. ПУ ракет — вот сюда. Одну или две башни Б-2-130АУ, обязательно предусмотрите радиолокационные взрыватели. И ещё: дайте команду разработать твердосплавные элементы для таких снарядов: выбивать прислугу «Бофорсов» и «Эрликонов», повреждать кабели, приборы управления огнём. Скорострельность у этой пушки высокая. Так что, может здорово пригодиться в бою при добивании противника. Подруливающие устройства не забудьте.