Его прекрасные жены - Осборн Мэгги - Страница 74

— Ты учительница? — с сомнением проговорил Боуи.

— Мне нравится преподавать. — Заметив его удивление, Сьюзен улыбнулась. — Я никогда не думала, что мне удастся влиять на жизнь других людей, завоевать их уважение и доверие. — Она произнесла это с гордостью. — Перед тем как ты исчез, я тратила время на легкомысленные пустяки: балы, модные наряды. Едва ли у меня хоть раз возникла оригинальная мысль или сложилось самостоятельное мнение о чем-то, пока я жила в Вашингтоне. Я растрачивала попусту свою жизнь и не подозревала об этом. Теперь приношу пользу. Это не всегда просто, а порой очень трудно. Но сознание, что я чего-то стою, приносит мне удовлетворение. Я живу очень неприхотливо, довольствуясь самым необходимым. И мне это нравится.

Миновав окраины Оулз-Бьютта, они свернули на дорогу, ведущую к коттеджу Сьюзен. Она издалека увидела высокую крышу колокольни, казавшуюся ярко-белой на фоне кобальтовой синевы небосвода.

Глядя на колокольню, Сьюзен всегда думала о будущем и упорном труде, о мечтах и возможностях. Она вспоминала о Нэйте, таком маленьком, что он не доставал до веревки колокола. Вспоминала, как смеялась и советовала еще потерпеть — скоро, совсем скоро он подрастет.

— Слава Богу, что тебя не повесили, — сказала Сьюзен. — Но как это вышло?

Боуи не отводил взгляда от ушей лошади.

— В округе Галливер, в Канзасе, действует постановление, согласно которому женщина может спасти осужденного мужчину, если согласится выйти за него замуж. Роуз Мэри Малви воспользовалась этим и спасла мне жизнь. Я женился на ней.

Сьюзен была потрясена. Она и Грэшем тщетно бились над этой загадкой. Мысль, что Боуи спас свою жизнь, женившись, не приходила им в голову.

— Как ты мог жениться на мисс Малви, если уже женат?

— В тот момент я был не в состоянии думать о тебе и Нэйте. — В его взгляде не было ни вины, ни раскаяния. — Брак засчитывался как исполнение приговора. Я не размышлял о последствиях, Сьюзен, я просто сделал это.

Уставившись вдаль, Сьюзен размышляла над сложившейся ситуацией.

— Полагаю, в подобных обстоятельствах каждый так поступил бы. — Она не винила его за то, что он спас собственную жизнь.

— А потом я не мог все бросить и уйти. Шериф не отпустил бы меня просто так. Кроме того, я был обязан жизнью Роуз Мэри. Чтобы уплатить долг, я должен был посеять и собрать урожай пшеницы.

Заинтригованная, Сьюзен внимательно посмотрела на него.

— Видимо, по этой причине мисс Малви вышла замуж? Ей нужен был работник, чтобы вырастить урожай?

Боуи бросил на нее быстрый взгляд.

— Если бы я написал тебе или сенатору, что жив, мне пришлось бы также сообщить вам о двоеженстве. Вас я обременил бы очередным скандалом, а Рози осталась бы без урожая. У меня не было и тени сомнений, что о тебе с Нэйтом есть кому позаботиться. Я надеялся расплатиться с Рози, не причинив никому особого вреда.

Глядя на приближавшийся коттедж, Сьюзен мысленно вернулась в прошлое. Она вспоминала, как тяжко ей пришлось, когда умер сенатор и ее, вдову, покинули все. Вспоминала свой ужас и отчаяние, когда ее и сына изгнали из дома сенатора. Ведь тех сорока долларов ей не хватило бы даже на месяц. А между тем Боуи был жив и женат на другой женщине.

— Расскажи мне о своей жене, — вымолвила наконец Сьюзен.

Боуи не отвечал, пока они не въехали к ней во двор.

— Я не могу описать Рози, — сказал он после продолжительного молчания. — Я чувствую ее, вижу перед своим мысленным взором. Но я не могу описать ее так, чтобы, воздав ей должное, помочь тебе понять, какая она. Скажу только одно: Рози узнала о тебе и Нэйте две недели назад. Я один виноват в том, что случилось с тобой. Рози не имеет к этому никакого отношения.

— Она умеет готовить и забивать гвозди? — Это был дурацкий вопрос, но Сьюзен охватило жгучее любопытство.

Боуи вдруг громко расхохотался:

— Мне не приходилось видеть, чтобы Рози приготовила что-нибудь более сложное, чем кофе. Но может ли она вбить гвоздь? Господи, конечно! Рози Малви способна соорудить забор быстрее, чем любой мужчина. Она подковывает своих лошадей, рубит дрова и ходит за плугом. Готов поклясться, что она лучший стрелок в округе Галливер.

Увидев, как просветлело лицо Боуи, Сьюзен поняла все. Да, когда он говорил о Рози Малви, в его глазах светились любовь и восхищение, раздражение и даже гнев. Такие же противоречивые эмоции Сьюзен видела в глазах Грэшема.

— Ты любишь ее, — мягко проговорила она.

Боуи нахмурился:

— С точки зрения закона наш брак недействителен. Мой долг — быть с тобой, Сьюзен. — Он глубоко вздохнул. — Я дал слово Натану.

Она откинула голову и в упор посмотрела на него:

— Скажи, Боуи, если бы ты раньше узнал, что Нэйт… что его нет… ты появился бы здесь?

Глаза Боуи сверкнули. В нем шла внутренняя борьба между честью и долгом. Сьюзен видела, каких мучительных усилий стоит ему остаться верным данному некогда слову.

— Нет, — наконец вымолвил Боуи, глядя на коттедж, который в эту минуту казался невероятно маленьким и убогим даже Сьюзен. — Мне нечем гордиться, но если бы я знал о Нэйте, то, возможно, не сообщил бы тебе, что жив. — Он посмотрел на нее. — Но я здесь и готов выполнить свои обязательства.

Сьюзен сложила на коленях затянутые в перчатки руки. Она не могла забыть, как сияли его глаза, когда он говорил о Роуз Мэри Малви.

— Боуи… чего ты хотел, направляясь в Оулз-Бьютт?

— Находясь в Денвере, я поручил агенту по недвижимости приобрести сто акров пастбищ в Орегоне. У меня еще остались связи в Вашингтоне и в армии. Кавалерия всегда будет нуждаться в лошадях. Думаю, разведение лошадей — вполне приемлемое занятие.

— Ты собирался увезти нас с Нэйтом в Орегон? — Подальше от Пэшн-Кроссинга в Канзасе? — Ты и сейчас это предлагаешь? Чтобы мы с тобой поехали в Орегон?

Он стиснул зубы.

— Я поклялся Натану позаботиться о тебе.

— У меня в доме есть лимонад, — сообщила Сьюзен, выходя из экипажа. Вдруг она улыбнулась первой искренней улыбкой за последнюю неделю. Боуи уверен, что должен ее спасти от бесцветного и унылого существования. Он думает, что необходим ей. Видно, Боуи до сих пор не понял, насколько она изменилась. — А потом я хочу показать тебе мой класс.

— С удовольствием посмотрю, — вежливо ответил Боуи.

Задержавшись на крошечном крыльце коттеджа, Сьюзен посмотрела ему в глаза, и на сердце у нее стало легче. С той минуты, когда Боуи упомянул о Рози Малви, она почувствовала, что все образуется.

— И я хотела бы рассказать тебе о Грэшеме Харте.

— Это тот человек, из-за которого ты приехала в Вайоминг?

— Если бы не Грэшем Харт, я сошла бы с ума после смерти Нэйта. Это Грэшем позаботился о памятнике для Нэйта. — И о многом еще. В известном смысле Грэшем создал и ее. Точнее, он ненавязчиво подсказывал Сьюзен, как изменить себя, чтобы заслужить собственное уважение.

История Боуи была бы неполной без Рози Малви, а ее история — без Грэшема Харта.

Солнце медленно клонилось к закату. Прогуливаясь в зарослях кустарника за коттеджем Сьюзен, они долго говорили о людях и событиях, восполняли недостающие детали и чувствовали себя все более непринужденно. Им доставляло удовольствие общение друг с другом, чего никогда не было раньше.

С робкой гордостью Сьюзен, улыбаясь, рассказала о собрании городского совета, описала своих учеников, поделилась планами насчет каждого из них. Она вспоминала Нэйта и говорила о последнем дне на озере. Поведала она и о Грэшеме. Залившись ярким румянцем, Сьюзен призналась, что сама могла оказаться виновной в двойном супружестве, если бы не опасалась выйти замуж по необходимости. Последнее замечание ей пришлось объяснить, и Сьюзен говорила еще целый час. Боуи дружески слушал ее.

Потом он рассказал Сьюзен об испытаниях, выпадающих на долю фермера, вспомнил День лонгхорнов и вторичную попытку повесить его. Он рассмешил и растрогал ее историями о Рози, Лодише и Джоне Хоукинзе. К вечеру Сьюзен уже казалось, что она знакома с ними.