Да! Да! Да! - Осборн Мэгги - Страница 12

— Ну, если вы уверены, что я не нанес вам ущерба…

— Ничего страшного не случилось. Я слишком стремительно повернулась и не посмотрела, куда иду.

Клара опустила голову, но мистер Барретт по-прежнему не сводил с нее глаз.

— А вы прехорошенькая малютка, — заметил он своим громоподобным голосом, что заставило нескольких мужчин оглядеть ее с головы до ног. Прежде чем Клара успела обидеться, Бернард Т. Барретт ухмыльнулся, небрежно поклонился и зашагал прочь между горами ящиков и мешков. Шаги его были такие же гигантские, как и он сам.

Часом позже, во время демонстрации опасностей, которым можно подвергнуться, пользуясь походными плитами, Клара перестала бороться с неотступными мыслями о нем. Мистер Бернард Т. Барретт сделал ей комплимент, назвал ее хорошенькой малюткой. За двадцать шесть лет жизни никто ни разу не назвал Клару Клаус малюткой. Это определение очаровало ее, наполнило незнакомым восторгом — по телу побежали сладкие мурашки, и эта неожиданная реакция вызвала у нее мгновенную вспышку раскаяния. Где были мужчины, подобные Бернарду Т. Барретту, когда она была одинокой и незамужней женщиной? Уж во всяком случае, Клара могла быть уверена, что он не тянул за собой целую цепь фальшивых жен. Он не мог быть низким, мелким и никчемным человеком.

— Клара, вы слушаете? — спросила Зоя, пронизывая ее взглядом. — Нам всем надо знать, как пользоваться этой плитой, потому что мы будем готовить по очереди.

— Подождите минутку! — Серые глаза Джульетты округлились от ужаса. — Не станете же вы требовать от меня, чтобы я занималась стряпней? О Господи! Неужели вы хотите обязать меня готовить?

Клара прослушала едкую реплику Зои. Похоже, Джульетта не обратила внимания на мужчину, столь неотступно разглядывавшего ее. А это означало, что Джульетта была намного лучше ее, Клары. Сама она продолжала исподтишка бросать любопытные взгляды на мистера Бернарда Т. Барретта. Она, конечно, никогда не увидит его больше. Оно и к лучшему, ведь в известном смысле она замужем.

Глава 5

Пирсы у Пятой авеню были запружены мужчинами, стоявшими плечо к плечу и пытавшимися с криками и пинками пробраться к кораблю и взойти на борт «Аннасетт». В надежде привлечь внимание вооруженного члена команды, следившей за посадкой пассажиров на борт, за их приближением к трапу, Зоя размахивала своим билетом, держа его над головой. Бесполезно было кричать, потому что кричали и вопили все. И Зоя осознала, что она слишком мала ростом для того, чтобы в этом хаосе, в этой толпе ее могли заметить с корабля. Оглянувшись через плечо, она крикнула Джульетте и Кларе, чтобы они держались поближе. И, опустив голову, принялась работать локтями, расчищая себе путь. Когда один из находившихся впереди мужчин, удивленный и рассерженный, отступил, она проскользнула вперед и оказалась ближе к сходням, чем он, и тотчас же принялась теребить и толкать следующего. К тому времени, когда Зоя добралась до сходней, шляпка ее съехала набок, брызги сока от табачной жвачки запачкали юбки, а локти были в синяках, оттого что она молотила ими по чужим ребрам, но свой билет Зоя протянула с торжествующей улыбкой.

Глаза моряка вылезли на лоб при виде трех женщин с билетами, но он справился с изумлением, улыбнулся им и помог взойти на борт, но при этом окинул пассажирок взглядом, не оставлявшим сомнений в том, что счел их безумными.

Оказавшись на палубе, Джульетта вцепилась в перила и смотрела вниз на сражавшихся за место на корабле мужчин. Все они надеялись, что в последнюю минуту для них найдется свободное местечко.

— А что, если наш багаж не погрузят? — спросила Джульетта, стараясь держаться поближе к Кларе.

— Именно из опасения, что его не погрузят, мы отправили багаж вчера, — напомнила ей Клара.

— А пароход надежен? — поинтересовалась Джульетта. Поправив шляпу и плащ, она оглядывала груды тюков и палубу. — Я слышала, что «Аннасетт» рассчитан на шестьдесят пассажиров, но, как я вижу, у поручней столпилось вдвое больше людей.

— Я так полагаю, что у нас будет не менее трехсот спутников, — заметила Зоя, пожимая плечами, — и не могу осуждать судовладельца за то, что он хочет получить максимальную прибыль.

Джульетта побледнела, у нее перехватило дыхание.

— Но мы ведь потонем!

Зоя подняла глаза к холмам Сиэтла и мысленно отправила Джульетту на один из них. Все, что она слышала от нее за последние недели, было: «Я не могу этого делать!», «А хватит ли нам съестных припасов?», «А что, если мы замерзнем насмерть?» Чго, если… что, если… что, если… и это продолжалось до тех пор, пока Зоя не почувствовала, что терпение ее на исходе и она готова совершить убийство, не покидая Сиэтла. Зоя совершенно не понимала, почему Джульетта решилась на это путешествие, если оно так ее пугало. Должно быть, она очень сильно любила Жан-Жака, если отважилась на такую авантюру, преодолев свое отвращение к путешествиям вообще и к этому в особенности, в надежде найти его.

Зоя почувствовала, что ее гложет ревность. Последние несколько дней она при каждом взгляде на Клару или Джульетту представляла, как Жан-Жак целует их. Она приходила в ярость и не желала чувствовать ничего, кроме ненависти, при мысли о Жан-Жаке, и единственное, что ей хотелось бы видеть, — это как пуля пронзит его черное сердце. В отличие от Джульетты у Зои не было к нему вопросов, в отличие от Клары она не рассчитывала получить назад свои деньги. Она жаждала отмщения Ей просто хотелось убить его. Бросив взгляд вниз, Зоя увидела Медведя Барретта, быстрыми и решительными шагами пробиравшегося сквозь орущую толпу, отшвыривающего пинком ноги мужчин более мелкого калибра, а таковых было большинство. Она знала его в лицо, потому что он несколько раз в год заходил в магазин ее дядюшки Милтона и заказывал снаряжение и припасы, чтобы отправить их в Доусон. Вслед за ним по сходням поднимался мужчина, проявивший недвусмысленный интерес к Джульетте в тот день, когда они выбирали снаряжение и припасы для своего путешествия. Сегодня зеленый шарф, украшавший в прошлый раз его шляпу, был обернут вокруг его талии как пояс. Зоя скользнула взглядом по Кларе и Джульетте, отметив про себя, что и они смотрят на мужчин, поднимавшихся на борт. И вдруг ей в голову пришло, что они найдут других мужчин и новую любовь, как только она сделает их вдовами. А как же быть ей? Какой Мужчина заинтересует ее после Жан-Жака? Такого мужчину девушка из Ньюкасла могла встретить только раз в жизни, если уж такое счастье выпадало на ее долю. Если не считать того, что все было иллюзией и фальшью.

— Пойду поищу нашу каюту, — объявила она отрывисто, отворачиваясь от перил.

Слово «каюта» было слишком пышным для того места, которое ей удалось отыскать. Глубоко в недрах корабля Зоя обнаружила крошечную комнатенку, похожую скорее на стенной шкаф, с трудом вмещавшую походную кровать и две полки. В качестве уступки прекрасному полу к «каюте» прилагались ночная посудина, расписанная незабудками, но вся в трещинах, и мутное зеркало, висевшее над полкой, поддерживавшей раковину для мытья.

— О мой Бог! — выдохнула Джульетта, появляясь в дверях. Ее серые глаза расширились, и в них Зоя увидела выражение безмерного изумления и ужаса, столь раздражающее и столь знакомое Зое.

— Здесь и одному-то человеку тесно, — заметила Клара, входя вслед за Джульеттой. — Не говоря уж о нас трех. — Своим мощным торсом она загородила свет одинокой коптящей масляной лампы.

— Три недели такой жизни! Я не выдержу этого! — захныкала Джульетта, опускаясь на нижнюю полку.

Возможно, она доставит себе удовольствие подстрелить Джульетту после того, как разделается с Жан-Жаком, размышляла Зоя и уже склонялась к такому решению. Ну а потом, для ровного счета, она подстрелит и Клару. Но если две другие жены будут мертвы, может, не стоит убивать Жан-Жака? Может быть, они могли бы…

Да о чем она, черт возьми, думает? Изо всех сил тряхнув головой, Зоя поставила свой мешок с вещами на дощатый пол. В нем были ее туалетные принадлежности, пара ночных рубашек, смена одежды, теплое пальто, теплое шерстяное белье, потому что по мере приближения к Аляске температура начнет стремительно падать.