Игра на минном поле - Тамоников Александр Александрович - Страница 22

– Что в этой ситуации должен делать я? – спросил Ниврай.

Седов похлопал его по плечу:

– Дождись машины, подготовь нам местную одежду, в нынешнем виде мы за ворота твоей усадьбы носа казать не можем. А потом, как узнаем результаты первой встречи российской делегации с Хатимом, решим, что делать. И как делать.

– Я понял вас.

– Там, в доме, один мой офицер помогает твоей сестре убираться. После обеда. Это ничего?

Ниврай улыбнулся:

– Ничего! Если Наима не отшила его, то пусть помогает.

– Хорошо.

Седов прошел в комнату, где за пультом работал французский капитан Лерой.

– Как дела, Хакер? – спросил Седов.

– Получил информацию по месту встречи российской делегации и Мирзы Хатима.

– Где точно находится его дом?

– А место встречи, похоже, изменил Хатим.

– В смысле?

– Встреча завтра должна состояться в 11.00, как и было запланировано, но не на окраине Кабула, а в доме, стоящем в одном из проулков недалеко от мечети Масджиди-Шахи-до-Шамшира у подножия горы Асмаи и русла реки Кабул.

– А где сейчас обретается Хатим?

– Командир, вы требуете от меня невозможного. Я смогу зацепить его только на встрече. А до этого у меня нет ни малейшей возможности получить по нему информацию, как и по всем остальным жителям Кабула.

– Понятно. Ладно. Мы район Кайбака посмотреть можем?

– Что конкретно вас интересует? Сам кишлак?

– Каньон.

– Минуту. Вот он каньон. Овальной формы пропасть глубиной от двухсот восьмидесяти до трехсот двадцати метров, дно у каньона неровное.

– На дно каньона можно попасть только по обрывистым склонам?

– Нет! Из ущелья, что находится примерно в километре, через каньон по подземному руслу течет речушка. Выходит на поверхность в «зеленке» северо-западнее селения и образует озеро. Из озера…

– Погоди, – прервал капитана Седов, – подземное русло – значит пещера?

– Да, пещера, по которой течет эта речка, даже ручей.

– Значит, по этому руслу можно войти в каньон со стороны ущелья? И таким путем уйти обратно?

– Да, но идти придется по воде.

– Какова длина пещеры говоришь?

– Если точно, то девятьсот тридцать семь метров. Причем пещера или тоннель имеет отводы, некоторые из которых выходят на поверхность.

– И это означает, что недостатка кислорода в пещере нет?

– Так точно!

– Молодец, Хакер. Объявляю тебе благодарность.

– За что?

– За твой профессионализм. Но ладно, устанавливай контроль над домом Хатима, возможно, он появится там. А нет, то с утра, с 9 часов переключайся на новое место встречи. И спроси у Центра, кто изменил место встречи.

– Я думаю, вам лучше обсудить это лично с Белоноговым.

– Лишний раз выходить в эфир?

– Но он же полностью защищен.

– Запомни, Хакер, в этом мире нет ничего не защищенного, ничего и уж тем более никого. Работай.

Но связью все же пришлось воспользоваться.

Спустя полчаса Лерой сообщил Седову о вызове его на переговоры по спутниковой станции.

Валерий вошел в комнату, спросил:

– Белоногов?

Французский капитан утвердительно кивнул:

– Он.

Командир группы поднял трубку:

– Седой на связи!

– По встрече делегации и Хатима место встречи изменил последний. Объяснил он это просто. Его охрана зафиксировала слежку.

– Вычислили людей Надира?

– Да, поэтому Александров выводит и их из игры. Теперь работает группа Ниврая.

– Понял. У меня новость.

– Да? Что за новость?

– Помните, Александров информировал нас о том, что талибы убили семью брата Хатима и сделали это, отступив от своих обычных правил, что насторожило генерал-лейтенанта?

– Конечно, помню и что?

– По словам, вернее, слухам, распускаемым Хатимом, трупы его брата Джафара, жены Заиды и пятерых детей талибы вывезли из кишлака и сбросили в глубокий каньон у Кайбака, что в сорока километрах от Ак-Табаза.

– Да.

– Предлагаю убедиться в том, что Хатим не лгал.

– Но это же невозможно! Во-первых, насколько мне известно, каньон глубок и склоны его обрывисты, для спуска на дно требуется команда хорошо подготовленных альпинистов и масса всевозможного снаряжения, вплоть до стационарных лебедок. Во-вторых, от трупов, кроме черепов, уже ничего не осталось.

– Вот именно, что черепа-то должны сохраниться. В этот каньон сбрасывали и другие трупы. Талибы устроили в нем целый могильник, но сбрасывали трупы взрослых людей и только тела пятерых детей Джафара. Значит, на дне должны находиться черепа детей. Их отличить от взрослых самим на месте несложно.

– Погоди, черепа черепами, но мы не можем прислать в Афганистан команду альпинистов с оборудованием и снаряжением. Точнее, такие команды, конечно же, есть, например в МЧС, и с переправкой к каньону проблем не возникнет, но о нашем интересе к каньону тут же станет известно не только Хатиму, но и талибам. Где гарантия, что наших альпинистов не захватят или не уничтожат моджахеды Мехсуда?

– Дмитрий Сергеевич, разве я смог бы заводить разговор о проверке каньона, если бы она угрожала жизни наших людей?

– Что-то я плохо тебя понимаю.

– Объясню. Хакер, используя аппаратуру, внимательно осмотрел каньон и выяснил, что к нему от ближнего ущелья тянется пещера, внутри которой протекает ручей. Дальше он из каньона уходит на северо-запад и образует озеро в квадрате…. Пещера имеет несколько ответвлений, выходящих на поверхность. А по пещере, о которой мне рассказал Ниврай, этим каньоном как укрытием еще в годы англо-афганской войны пользовались целые отряды пуштунов. Что в принципе и заставило меня отдать приказ Хакеру исследовать этот каньон. Так что попасть на дно каньона можно без альпинистов и громоздкого снаряжения.

Белоногов, подумав, спросил:

– Ты хочешь найти останки детей и убедиться, что Хатим не лгал или при отсутствии останков уличить его во лжи?

– Так точно. Ведь именно от него мы знаем о трагической судьбе семьи Джафара. И именно это в какой-то мере объясняет его стремление возглавить силы сдерживания продвижения талибов на север. А если мы убедимся, что Хатим с самого начала лгал нам, то какие дела можно с ним иметь? Я полностью разделяю настороженность генерала Александрова. Ну, а если окажется, что Хатим не лгал, то хорошо. Значит, с ним можно вести переговоры, но что-то подсказывает мне: детских черепов мы на дне каньона не найдем.

– Так! Мне необходимо посоветоваться с генералом Александровым.

– Я на связи, Дмитрий Сергеевич.

Не прошло и получаса, как генерал Белоногов вновь вышел на связь:

– Седой!

– Я, Дмитрий Сергеевич.

– Александров поддержал твое предложение и готов привлечь к проверке каньона своих людей.

– Из числа агентов, работающих в Афганистане, или спецов из России?

– Спецов из России.

– Это слишком затратно и небезопасно.

– Ты хочешь привлечь к акции бойцов разведгруппы?

– Почему бы и нет? У них пока все равно работы нет. Да и надо-то отправить к каньону всего одного человека из группы и одного человека Ниврая. Пройти тоннель длиной в девятьсот тридцать семь метров с хорошей вентиляцией – это от силы час, если учесть, что идти придется по воде. Пару часов на осмотр дна и часа четыре-пять на отход. Всего на выполнение задания потребуется не более восьми часов, это учитывая время на подъезд к ущелью и подготовительные работы. Завтра же, когда Хатим будет разговаривать с нашими делегатами, можно обследовать каньон.

– Хорошо, – согласился Белоногов, – проведи осмотр каньона завтра одновременно со встречей Соловьева, Домбовского и Хатима. О результатах осмотра доложи мне. Но главное – обеспечь контроль над Хатимом после встречи.

Седов взглянул на Лероя, улыбнулся, ответил:

– Хакер в стойке, только и ждет команды фас, чтобы зацепиться за Хатима, а если Хакер за кого-то зацепится, то уже не отпустит.

– Знаю. У меня все. У тебя есть ко мне вопросы?

– Никак нет, Дмитрий Сергеевич.