Вход не с той стороны (СИ) - Башибузук Александр - Страница 83

— Подожди… я посмотрю, — ювелир достал лупу из стола и склонился над камнями. — Интересные опалы. Очень похожи на цейлонские… Вообще опалы очень тяжело оценивать. Тут дело не в размере, а в свете, игре света в самом камне. И в цвете камня. А рубин примерно на карат будет. Как ни странно, без изъянов. Ты мне приносишь хороший товар… это, я понял, самые маленькие?

— Да. И таких много.

— Приноси. Сделаю. Товар хороший. Насколько их много?

— Привезу вечером, посмотрите, примерно вот такой чемоданчик, — показал я руками. Как еще можно объяснить понятие «много» в отношении драгоценных камней?

— Даже так… камень чистый, это будет большая сумма… я думаю, справлюсь. Вези. Скоро мне придется сворачивать все дела и работать только с тобой. Достойно похвалы, только я тебя умоляю, береги свою светлую голову. У меня скоро будет для тебя небольшой приработок, совсем маленький, — ювелир показал пальцами, насколько.

— С удовольствием помогу, Моисей Львович, все, что в моих силах. До вечера.

Времени еще было много, в процесс раздела камней я мешаться не хотел, девочки сами справятся, и я поехал в ресторанчик к Жоре, перекусить и поговорить.

Жора подал блюдо жареной небольшой рыбки под названием «пузанчик», необыкновенно вкусной, практически без костей, и бутылку Рислинга. Посетителей было мало, так что он составил мне компанию. Поделились новостями и отлично поели.

Дома я застал женщин раскрасневшимися, но жутко довольными. Процесс они завершили ко общему удовольствию и теперь баловались винцом.

— Ага, муж пришел. Ну как, договорился с ювелиром? — спросила меня Герда.

— Да. Вечером отвезу.

— Мою долю я заберу, возникли у меня некоторые мысли, — заявила Мари. — Ну что, пора мне собираться. Неделя у вас точно есть, дальше не знаю. Будет что-то экстренное, прилечу сама или свяжусь через постовую службу. Возможно, придется вам съездить со мной в Халифат. Ты что-то хотел передать Полу?

Я сходил в подвал и принес разукрашенный Дезерт Игл, взятый в вудуистском храме. Кольт 1911 пошел на стену в кабинете, все-таки модель старинная, да и производства он был сорокового года, то есть в стиль коллекции входил, а здоровенный пистоль был мне ни к чему.

— Передай приветы и вот этот пистолет.

— Тяжелый. Передам. Ну, все, пошла я собираться. Ноутбук привезу, Ребекку твою, Инга, постараюсь перевести в местное представительство, не переживай, а вы совершенствуйте, так сказать, боевое мастерство. Выражаю благодарность от лица службы.

Собиралась Мари недолго и вскоре мы ее все вместе отвезли на аэродром. Расстались с ней сердечно, девы мои даже слезу пустили, Мари тоже выглядела нерадостной. Если сказать в целом время мы с ней провели великолепно и очень прибыльно, дай бог всегда так, в чем, если честно, я был совсем не уверен.

Дома девочки рассказали, как происходил процесс дележки.

— Еле поделили. Я думала, Герда с Мари в волосы друг дружке вцепятся, приготовилась разнимать, но обошлось. Короче, сговорились и удовольствие получили, потом смеялись до упаду. Клевая она баба. Смотри, что у нас получилось, — Инга стала доставать из кейса мешочки.

Камни я считать не стал, мешочки были увесистые. Я решил к этим камням добавить те три больших алмаза, что оставил от находки на плато. Сколько удастся выручить за камни — я даже не представлял, но сумма представлялась внушительной.

— Умнички. Сами-то вы удовлетворены?

— Слов нет. Конечно, страху натерпелись, но результат налицо, — Герда выглядела довольной.

— Так что, может быть, свернемся и будем жить поживать и детишек рожать? Денег хватит, дом есть.

— Мы говорили с Гердой по этому поводу, — Инга ответила серьезно и спокойно. — Пусть будет как сейчас. Может быть, мы и дурочки, но нас все устраивает. Каждая минута такой жизни стоит года обычной. Оказывается, мы всю жизнь мечтали… ну чтобы вот так, как сейчас. И дело не в деньгах. Мы себя чувствуем абсолютно счастливыми по совокупности всего. Доживем до того времени, когда соберемся рожать — осядем, будешь детей и нас обеспечивать. Ты же сам не хочешь все бросать? Мы угадали?

— Не хочу. Только я очень боюсь, что с вами что-нибудь случится. Я жить не буду, не прощу себе, да и не жизнь это будет, — решение девочек продолжить работу на Орден меня не удивило. Меня тоже пока все устраивало, я хотел такой жизни всегда, и тоже был совершенно счастлив именно по совокупности всех составляющих. Мы с девочками невероятным образом оказались одинаковы в своих желаниях и ощущениях от происходящих с нами превращений. Это было очень опасно. Мы были пока не готовы, да и, скорее всего, не будем готовы никогда противостоять смерти, но совершенно счастливы. К тому же я чувствовал в себе силы защитить своих женщин от всех бед. А чтобы не оказаться самоуверенным дураком, я собирался как можно быстрее решить вопрос с увеличением состава нашей семьи и отправить любимых в декрет. Я даже был согласен стирать пеленки, не спать ночами и заранее был от этого счастлив.

— Дурачок, что с нами может случиться, у нас же есть ты. Ты защитишь. И вообще, не болтай глупости, лучше иди поцелуй нас, — Герда всегда оставалась сама собой. И похвалила и обругала.

— Обязательно. А пока небольшой сюрприз, — я достал кольца и положил на стол.

После бурных поцелуев и небольшого эротического экспромта жены вполне серьезно мне заявили, что если кольца уже есть, то пора бы мне их официально замуж взять, так как они примерные католички и не могут жить в грехе.

— А ничего, что нас никакая церковь на этой земле венчать нас не станет, а скорее всего, проклянет? Я сегодня даже советовался с отцом Евстафием по этому поводу. Не может он нас обвенчать, и точка. К мулле я не пойду, да и вы, наверное, тоже.

— Ничего не знаем, не наше дело. Думай. А то скоро спать будешь в кабинете. Нас устроит любая христианская церковь. Не обязательно православная или католическая. Бог един у всех. Вот и думай, — безапелляционно заявила Герда.

— Придется ехать к мормонам. Задачку мне задали… Значит, утихомириваться вы не собираетесь? Я, в принципе, тоже… стало быть, марш в подвал оружие драить, второй день нечищеное лежит, куда это годится? А завтра начинаем тренировки по полной программе. Я вас научу службу и мужа любить, сами еще покоя запросите.

Девы погрозили мне отлучением от постели за излишнюю жестокость к личному составу, но оружие чистить пошли, и я с ними. И проверил все по строгости, не поддаваясь на сексуальные провокации.

Потом я оставил Герду и Ингу прихорашиваться перед предстоящим романтическим ужином в ресторане и повез камни Моисею Львовичу.

— Вот, Моисей Львович, привез, как и обещал, — я положил кейс на стол.

— Внушительно. А зачем ты их хочешь огранить? Для хранения? — старик выложил камни на стол и вытащил из ящика лупу. — Или для ювелирных изделий?

— Они не все мои, и таково пожелание заказчика. Скорее всего, для хранения и продажи в случае необходимости. Огранённые камни, наверное, и стоят по-другому, — я не собирался говорить всей правды, но и не соврал.

— Так оно и есть. Есть базовая огранка, то есть камень освобождается от всего не нужного и становится похож на драгоценный, и есть огранка окончательная, когда камень раскрывает свою душу и истинную красоту. В этом состоянии он уже готов блистать в ювелирном изделии. Так вот, в окончательном варианте он может потерять до трети от своего первоначального объёма, если это, конечно качественный камень, и до половины, если есть изъяны. И видов огранки очень много. Вот я и спрашиваю, как надо это сделать.

— Я не специалист, и заказчик тоже, но он доверяет моим решениям, а я вашим. Пускай огранка будет окончательной, а виды выберите сами, только вы сможете понять эти камни.

— Еще один момент. Старый Моисей своих клиентов не обманул ни разу, он может немножко сделать в свою пользу, но обмануть — никогда. Ты не получишь истинной стоимости этих камней. Чтобы их продать за полную стоимость, нужно время, продавать придётся по одной штучке, а это оптовая партия. Сразу говорю, окончательная цена будет на двадцать процентов ниже реальной, и это только для тебя. Обычно уходит в сторону треть. Тебя это устраивает?