Вход не с той стороны (СИ) - Башибузук Александр - Страница 56

Пленных лазутчиков мы еще раз подробно опросили и отдали в руки правосудия. Как и планировалось, четверых повесили на центральной площади, четверых расстреляли индийцы. Остальные исчезли. Но я знал, что они поступили в распоряжение круга отцов города и их принесли в жертву. Меня это абсолютно не шокировало. Местные обычаи. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Начальство Инги сравнительно долго не реагировало на ее достижения, хотя мы действительно практически парализовали действия повстанцев в нашем регионе. Теперь они в основном были заняты войной между собою.

Инга говорила, что так и должно быть, есть разные подводные течения, и бюрократия тоже. Ее действия с восторгом одобрены и сейчас просто решается, как наиболее эффективно применить ее таланты. Она оказалась права и, наконец, ее вызвали на Нью-Хэвен. Она улетела, а мы с профессорами на следующий день погрузились в самоходную баржу, погрузили машины и имущество, сердечно со всеми простились и отбыли в Лумумбу. В Лумумбе нужно было решать, как нам двигаться в Кейптаун, по суше или реке.

С Ингой мы договорились, что пока она будет улаживать свои и наши дела, мы погостим в Кейптауне. Она знала, что ее вызывают за новым назначением, но на какую должность — еще не было известно. В любом случае, после того, как все прояснится, мы должны были встретиться в Кейптауне, обсудить ситуацию и принять решение.

Мы с Гердой были совсем не против поработать на Орден. Да, они уроды с большой буквы, но, работая на них, мы получили бы большие преимущества и собирались реализовать их. Пока еще не имея представления, как, но знали, что работать будем сами на себя, знали, что поимеем с них как можно больше, а потом поступим по ситуации. Но ни в коем случае не в пользу Ордена.

Путь по Замбези до славного города Лумумба занял пять дней. Мы путешествовали на старой десантной барже времен второй мировой. Нас и десять барж с лесом охраняли два катера Ордена и два частной компании, уже успевшей организоваться в Новой Земле. Путешествие не принесло никаких новых приключений, хотя пару раз караван обстреливали из пулеметов. Вреда это никому не нанесло, кроме, возможно, самих нападавших, оба раза на берега обрушивался огонь из крупнокалиберных пулеметов и автоматических пушек с катеров, выкашивавший целые площадки леса. Мы много времени проводили с Ольгой и Руди, и случись нам участвовать в разговоре биологов, с легкостью сошли бы там за своих. Не успели ещё надоесть бесконечные джунгли по берегам реки, как караван прибыл в город Лумумба.

Город сам по себе оказался гораздо больше, чем Лимпопо, но мы почувствовали себя в настоящей Африке. Земной, причем прошлого века. Архитектура была полностью африканской, центр с административными зданиями еще мог похвастаться принадлежностью к двадцать первому веку, но окружён он был глинобитными времянками. Конечно, имелся район вилл, принадлежавший местным нуворишам, на самом берегу Замбези, но он лишь подчеркивал убогость города.

Нас очень впечатлил ряд оборванцев в кандалах на местном рынке, охраняемый пузатым охранником в красной феске, с кнутом за поясом и потертым Калашниковым на плече. Я поинтересовался у Руди, кто это такие, оказалось — узники местной тюрьмы. В тюрьму сажали, но на содержание заключенных не выделяли абсолютно никаких средств, так что охранники каждый день выводили тех на рынок, просить подаяние, причем половину собранного отбирали в свою пользу. Ходили мы по городу в сопровождении четырех амбалов, обвешанных оружием. Наняли прямо в порту, там что-то вроде биржи труда для охранников функционировало. С меньшим количеством охраны в городе белому показываться не стоило. Заплатили охранникам по полтиннику на нос, и не пожалели, все попрошайки и торговцы сметались с пути мощными пинками и ударами прикладов.

Рынок поражал своим разнообразием и величиной. На нем было абсолютно все, от золоченой сабли, ковавшейся тут же кузнецами, до замысловатых золотых украшений, на поверку оказывавшихся не совсем золотыми.

Неизвестно, из каких источников Герда получила информацию о местонахождении солидных магазинов, но первый же наш визит в город состоялся именно туда. В местных бутиках нас поили крепчайшим кофе, а юные негритянки демонстрировали на себе достижения местных кутюрье и произведения местных же ювелиров. Выбраться из этой ловушки, не потратив две тысячи экю, у меня не получилось, зато Герда и заочно Инга стали обладателями колец, ожерелий и разных там сережек, вдобавок к экзотическим нарядам. Женщины… что поделаешь.

Слава богу, в Лумумбе мы провели всего одну ночь. Номер в гостинице с первого взгляда казался даже шикарным: огромная ванна, ковры, кровать с балдахином и плазменный телевизор на полстены. Вот только вода была ржавая, по коврам ползали тараканы с мою ладонь величиной, и мне пришлось полночи охранять спящую Герду от посягательств насекомых. Телевизор, естественно, не работал. И за всю эту роскошь, называемую президентским люксом, мне пришлось заплатить сто пятьдесят экю.

На следующий день мы купили себе место в конвое, следующем во второй по величине город Дагомеи, Малколм Экс. За него мы заплатили тысячу экю, но охране мог позавидовать любой президент. Пять БРДМ-2, пять УАЗов с гранатометами и крупнокалиберными пулеметами. Охранники, как на подбор, иссиня-черные верзилы, обвешанные оружием, как новогодняя елка игрушками. Они раз пятнадцать за время следования палили куда-то в песчаные барханы и заявляли, что отразили очередное нападение, а на стоянках ходили и требовали вознаграждение за свой героизм. Если кто-то отказывал, молча садились в кружок у машины и не уходили, пока не дадут хоть что-нибудь. Дело свое, в принципе, знали, хотя я практически все ночи не спал, ожидая от них любых пакостей.

Старики совсем сдали. Я сел в их «Лендровер», а Герда везла Руди и Ольгу в «Хамви». Ехали мы так четверо суток и, наконец, доползли до Малколм Экс. Пока важный и очень черный доктор осматривал Руди и Ольгу, я в спешном порядке искал в порту судно до Кейптауна, до ужаса переживал, что не довезем таких дорогих нам, ставших фактически приемными родителями, стариков. По суше путь до Кейптауна занимал три дня, морем — полтора суток. Судно я нашел, старую, латаную посудину с помпезным названием «Gоld Stаr», которая за пять тысяч экю, нещадно дымя, отвалила от причала и взяла курс на Кейптаун.

Во время плавания Руди и Ольге стало немного легче, они храбрились и говорили, что семейный доктор Лейбович живо поставит их на ноги. Руди рассказывал про свою коллекцию и говорил, что сделает мне уникальный подарок. Ольга много молилась и говорила, что дождется наших детей и успеет их понянчить.

Я пил. Пил и не пьянел. Хлестал коньяк. Видно было, что старики доживают свои последние дни. И Герда это понимала, но оказалась сильнее меня. Она смотрела им в глаза и делала вид, что все в порядке, рассказывала, как будем жить вместе в Кейптауне, как родим им внуков, обсуждала с ними их имена. И мы их довезли.

Из порта мы выехали на небольшую виллу «Ольга», расположенную на самом берегу моря. Нас там уже ждала Инга. Она, оказывается, уже получила назначение и три дня как прибыла в Кейптаун. Контролировала каждый конвой и каждое судно в порту. Узнав, что мы приехали, сразу примчалась к вилле.

Старики ехать в госпиталь наотрез отказались. На виллу приехал нотариус и зафиксировал завещание, по которому вилла «Ольга» доставалась нам в наследство. Доктор Лейбович и врачи Ордена разводили руками, старики просто вот так, неожиданно, вдруг исчерпали все свои жизненные силы. Руди успел показать мне свою коллекцию и подарить кирасирский палаш парадного эскорта императора Вильгельма второго, Ольга достала древнюю икону святого Георгия Победоносца, благословила нас и отдала мне ключ от домашнего сейфа. Ночью она умерла. Без мук. Просто закрыла глаза и умерла. Руди скончался через четыре часа рядом со своей женой.

Похоронили их на городском кладбище. На похороны пришёл почти весь город. Все их ученики и воспитанники, все, кто их знал и любил. Много говорили о них, отец Евстафий, настоятель церкви святой Варвары Великомученицы, отслужил панихиду. Все закончилось. Мы остались одни.