Забавы Палача - О'Рейли Виктор - Страница 125

Он включил переговорник:

— Гарри, что с их армированным трактором?

— Застрял в пятистах метрах. Ноубл осмотрел территорию через прибор ночного видения. Около него возится парочка террористов, наверное, он сломался. Скорее всего трактор не рассчитан на дополнительную нагрузку. Но я думаю, что они его скоро починят. Кстати, у нас осталось всего четыре бронебойных снаряда…

— Ты не пытался выстрелить в одного из наших гостей?

— Нет. Попробовать?

— Не надо, — ответил Фицдуэйн. — Вы с Андреасом останьтесь на месте и следите за воротами. Поставь SA-80 на одиночный режим и посмотри, не сможешь ли ты достать одного из тех, кто вертится у танка. Нам нужно выиграть время.

Фицдуэйн переключил переговорник на другой канал:

— Хенсен, проверка.

— Итон нужна помощь, — ответил Хенсен. — Со мной все в порядке.

— В двадцати метрах от тебя, в направлении ворот, находится враждебный элемент, — сказал Фицдуэйн.

— Знаю, — отозвался Хенсен. — Я собираюсь им заняться.

— Нет, — приказал Фицдуэйн. — Не надо прятаться по углам. Приготовь “коктейль Молотова”. Я тебе сейчас пришлю Джудит на помощь.

Из— за укрытия напротив Фицдуэйна раздался взрыв гранаты, за ней последовала автоматная очередь из АК-47. После этого наступила полуминутная пауза, затем все повторилось снова.

— Я думаю, что ко мне направляется гость, — раздался в переговорнике голос Хенсена. — Он швыряет гранаты налево и направо по мере своего приближения.

— Пригнись, — предупредил Фицдуэйн.

— Как ты думаешь, почему мы до сих пор живы? — спросил Хенсен и добавил: — Мне трудно все время перетаскивать Итен. Если он нарвется на нас, нам конец.

— Если он нарвется на тебя, снеси ему голову.

— Хьюго, — сказал Марроу, — он уже в моем поле зрения. Когда он еще раз приподнимет голову, я в него выстрелю.

— О Господи, — сказал Фицдуэйн, — Где ты находишься?

— На крыше главной башни, — ответил Марроу. — На крыше блиндажа точнее говоря.

Джудит устроилась рядом с Хенсеном, от ее сумки с “коктейлем Молотова” пахло бензином.

— Вытащи ее отсюда, — приказала она Хенсену. — Немедленно!

Хенсен последовал ее распоряжению. Он оттащил бесчувственную Итен к каменной лавке позади них.

Джудит зажгла две порции “коктейля Молотова” и направила их мимо мешков с песком, они покатились и взорвались дальше по ходу у зубцов. Она зажгла еще две порции и бросила их следом. Облако пламени осветило двух террористов, карабкавшихся по стене к тому месту, где укрывался лазутчик.

Фицдуэйн и Марроу выстрелили одновременно и попали в одного и того же террориста. Уже мертвым он свалился в лужу горящего бензина. Второй скалолаз скончался секундой позже, когда Джудит пробила ему голову очередью из своего “узи”. Сам же лазутчик, объятый пламенем, бросился по зубцам навстречу Джудит, сжимая в руке нож. Он явно потерял рассудок от нестерпимой боли.

Последовали два пистолетных выстрела, и горящий террорист рухнул в мешки с песком. Катя Маурер перезарядила пистолет и опять занялась Итен, а Джудит вставила новый рожок в свой “узи” и постаралась унять бьющую ее дрожь.

Хенсен вытащил из дрожащих рук зажигалку, поджег новую партию “коктейлей Молотова” и бросил их к основанию зубцов. Снизу послышались вопли и крики о помощи. Через щель были видны исчезающие в темноте фигуры. Один из террористов упал после того, как Марроу выстрелил с крыши блиндажа. Джудит пробралась вдоль зубцов и зашвырнула две порции “коктейля Молотова”, привязанные к электрическому проводу, в окно сарая внизу. Укрытие террориста мгновенно превратилось в топку. Прошло несколько секунд, и объятая пламенем фигура выскочила во двор замка, попав под перекрестный огонь Фицдуэйна и Джудит.

Внезапно, будто по негласному соглашению между воюющими сторонами, стрельба прекратилась, и наступила тишина. Фицдуэйн расслышал звуки набегающих волн, свист ветра, он слышал, как языки пламени лижут мертвые тела террористов. Он слышал, как кричат раненые у стен замка. В отблесках догорающих “коктейлей Молотова” ему были видны разбросанные по двору замка тела. Медведь и де Гювэн выскочили из своих укрытий и принялись перезаряжать пушки.

Послышался еще какой-то звук. Чей-то голос настойчиво повторял одну и ту же фразу. Наверное, у него галлюцинации, здесь никого нет. Фицдуэйн сел и покрутил головой. Голос не исчезал. Ему казалось, что его вытащили из его телесной оболочки и он летает в темноте. Он посмотрел вниз и увидел под собой замок. Внутри и за стенами замка горели костры.

Он заставил себя очнуться и только тут почувствовал, что Медведь трясет его за плечо и одновременно что-то говорит в переговорник. Над собой он расслышал приглушенный звук вертолетных двигателей.

— Я не верю своим глазам, — сказал пилот. — Конец двадцатого века, а мы наблюдаем за осадой средневековой крепости.

— Не совсем средневековой, — поправил Килмара. Из темноты вылетели два трассирующих снаряда и устремились к замку.

— Калибр 12.7, — сказал пилот. Он встречался с такими во Вьетнаме. — Вызывают у меня чувство ностальгии. Слава Богу, что мы вне их досягаемости на этой высоте, а то нам могло бы не поздоровиться. Интересно, что у них еще есть.

— Скоро узнаем, — ответил Килмара. — Вызови штаб рейнджеров.

Самолеты с рейнджерами на борту остались над большим островом, а “Оптика” отправилась, вперед, чтобы заняться выполнением своей основной задачи: наблюдением. Они совершали облет острова на высоте пять тысяч футов, и Килмара пытался установить связь по рации с Фицдуэйном и выяснить масштабы и точки противостояния.

Он уже понял, что недооценил своего противника. Увидев “Сабину”, он уяснил, каким образом Палач переправил на остров свои основные силы, и это убедило его в том, что вся операция в Дублине была отвлекающим маневром.

Рейнджеры чуть было не сели в лужу. Даже, если немедленно поднять его соединения по тревоге, они не прибудут раньше, чем через два часа, и он по-прежнему сомневался, разрешат ли ему отдать такой приказ.

Запертые в кладовой главного тоннеля студенты скорее чувствовали, чем слышали, звуки боя наверху и вокруг них. Но грохот пушек над их головами внушал тревогу. Это означало, что они все еще в опасности, и защитники крепости могут проиграть битву. Угроза опять оказаться в руках террористов заставила их серьезнее заняться отбором добровольцев.

Они сначала с недовольством встретили отказ Фицдуэйна вооружить их и отправить на линию огня, но вскоре осознали точность этого решения. Им ничего не оставалось, как согласиться, что первоначальная угроза исходила именно от членов их студенческого братства и не было никакой гарантии, что среди них нет еще “жертвенников”. Ситуация переменилась, когда слово взял Сиг Бенктквист, швед, математик и дальний родственник Нобеля. До этого момента он не произнес ни слова, но блокнот, с которым он не расставался ни на минуту, даже во время спортивных состязаний, был испещрен его пометками, написанными мелким почерком.

— У нас нет надежного способа, с помощью которого мы смогли бы отсеять “жертвенников”, — сказал он, — но я думаю, что можно установить определенные критерии, которые помогут нам решить эту задачу.

— Ты что, разработал математическую формулу? — послышался чей-то голос.

— Конечно, — ответил другой голос. — Мы напишем имена счастливчиков на клочках бумаги, бросим их в шляпу и потом посмотрим, кому выпадет шанс подставить себя под пули.

Присутствующие постарались выдавить из себя улыбки. Чувствовалось, что единодушия во мнениях не было. Часть студентов была в ужасе от одной мысли, что придется принимать участие в бою. Другие же не хотели оставаться наблюдателями в этой схватке между жизнью и смертью и рвались в бой. То, что им пришлось наблюдать несколькими часами раньше — бойню в колледже, — не оставило у них никаких иллюзий по поводу возможных последствий схватки.