Правила охоты - О'Рейли Виктор - Страница 31

Килмара довольно прозрачно намекал на обширную коллекцию винтовок и пистолетов, которая хранилась в замке. Если быть до конца откровенным, то не все ее экспонаты были оформлены в полном соответствии с ирландскими законами.

— Мне нужно очень большое разрешение, — продолжил Фицдуэйн. — Или, скажем, нужно разрешение для очень большого ружья.

Килмара наконец понял, и брови его слегка приподнялись.

— Если точнее, то тебе нужно разрешение для очень большого человека.

— Сегодня ты проницателен как никогда, — согласно кивнул Фицдуэйн. — Швейцарцы, похоже, почувствовали, как сильно я нуждаюсь в защите, и решили ссудить мне Медведя.

— Скорее всего, они почувствовали запах крови и мудро предпочли, чтобы горы трупов громоздились где-нибудь за пределами территории, подпадающей под швейцарскую юрисдикцию, — заметил Килмара. — И я не могу их за это винить.

Он поднялся и заглянул в бар, который Фицдуэйн попросил установить в палате для удовлетворения страждущих. Из-за дверцы на него глянула скромная, но со вкусом подобранная коллекция бутылок. В нижней части оказался небольшой холодильник с решеткой для льда.

— Эта тумбочка показалась мне знакомой, — объяснил Килмара свое любопытство. — Тебе плеснуть?

— Пока нет, — покачал головой Фицдуэйн, ожидая, пока Килмара смешает себе хорошую порцию ирландского виски. Генерал отпил и одобрительно крякнул, возвращаясь на свой стул.

— Мне сказали, что алкоголь и пулевые ранения не слишком хорошо дополняют друг друга, — объяснил Хьюго. — Поэтому я пока пью исключительно минеральную воду. Впрочем, надолго меня не хватит.

Килмара был потрясен этой декларацией трезвого образа жизни. Ему пришлось налить себе еще одну порцию, чтобы прийти в себя. Все-таки ничто не в силах было сравниться со старым добрым ирландским виски, несмотря даже на то, что самые крупные винокуренные заводы Ирландии принадлежали теперь французам.

Посмотрев на Фицдуэйна, Килмара указал на стопку документов, лежавших на тумбочке в изголовье кровати. Стопка была толщиной дюйма в три.

— Ты читал дела, Хьюго?

Фицдуэйн кивнул.

— Наконец-то… — ответил он с легкой гримасой нетерпения. — До последнего времени мне не разрешали читать ничего серьезнее, чем приключения кролика Банни.

— Мне очень нравится, — сказал, улыбаясь, Килмара, — что ты принимаешь наши проблемы так близко к сердцу. Оказывается, нужно было тебя подстрелить, чтобы ты на чем-то сосредоточился.

Фицдуэйн едва заметно улыбнулся в ответ.

— Это действительно очень смешно, — сказал он. Затем Хьюго опустил глаза и уставился на желтоватую папку, которую держал в руках.

— Позволь мне начать с выводов. Я тут кое-что надумал…

— Валяй; — кивнул Килмара.

— Удар был нанесен тремя боевиками из японской террористической организации “Яибо” — “Лезвие меча”. Они были бы вполне заурядной компанией, если бы не их потрясающая жестокость и эффективность действий. В то время как большинство террористических организаций девяносто пять процентов своей энергии посвящают пустой болтовне, “Яибо” предпочитают действовать. Секрет их успеха, как мне кажется, таится в личности их руководителя. Это роскошная женщина лет тридцати пяти по имени Рейко Ошима.

Мотивы, двигавшие людьми из “Яибо”, — продолжал Фицдуэйн, — были ясны с самого начала. Между ними и террористической организацией под предводительством Палача, которую мы с тобой, правда, не без помощи остальных, уничтожили три года тому назад, существовала тесная связь. Если говорить о личностях, то у меня есть подозрение, что Палач и Рейко Ошима некоторое время были любовниками. Впрочем, если быть откровенным, то для такого рода предположений мне не хватает фактов.

— Пока все логично, — кивнул Килмара. — Хотя к безвременной кончине Палача было причастно несколько человек, “Яибо” выбрали тебя, поскольку именно ты больше других приложил к этому руку… в прямом и в переносном смысле. Ты, черт тебя возьми, прикончил любовника их предводительницы своими собственными руками! Это уже не просто традиции и обычаи, Хьюго. Она действительно тебя недолюбливает.

Фицдуэйн отпил немного воды.

— Все именно так и выглядело, просто и прямолинейно, но лишь до тех пор, пока я не стал читать дальше, — заметил он. — Весьма вероятно, что “Яибо” отнюдь не неистовая банда кровожадных фанатиков, какими им хотелось бы выглядеть в наших глазах. Оказывается, эта группа была замешана в серии убийств, которые очень выгодны быстро набирающей силу японской корпорации “Намака”. Твои американские друзья в Токио связывают братьев Намака и Палача.

Итак, что мы имеем… Имеем мы внешне респектабельных японских кейрецу, которые для грязной работы пользуются услугами террористической организации. Развивая мысль дальше, мы приходим к выводу, что приказ о нападении исходил из самой “Намака Корпорейшн” и не был просто маленькой прихотью “Яибо”. В лучшем случае это решение было принято совместно.

— Это предположение, — заметил Килмара. Фицдуэйн пожал плечами.

— Может быть, в суде нам бы не удалось доказать существование связи между группами “Намака” и “Яибо”, однако я в этом не сомневаюсь. Что же касается того, кто отдал приказ, я согласен — тут еще нет полной ясности. Это могли быть братья Намака, и это могла быть сама “Яибо”. Так сказать, инициатива снизу.

— А как ты сам считаешь?

— У меня пока нет твердого мнения на этот счет. Я не нашел доказательств ни одной из версии. Больше всего меня сбивает с толку то обстоятельство, что в этих бумагах, — Фицдуэйн потряс в воздухе папкой, — очень многое говорит против “Намаки”. Казалось бы, яснее ясного, что “Яибо” — самые вероятные кандидаты на роль закулисного филиала корпорации, но в большинстве рапортов, где открытым текстом, где скрытно, проскальзывает прямое указание на то, что “Намаку” следует исключить из списка подозреваемых. Черт возьми, это же огромная корпорация, почти такая же, как “Сони”, вот что важно!

Килмара позвенел в бокале кубиками нерастаявшего льда.

— Самые серьезные обвинения против “Намаки” идут из Лэнгли, точнее — от их токийского отделения. Возможно, тебе будет небезынтересно узнать, что руководит им незабвенный Шванберг.

Фицдуэйн растерянно посмотрел на него.

— Давай вернемся назад лет этак на двадцать, — предложил Килмара. — Ты тогда носился с фотоаппаратом по всему Южному Вьетнаму в надежде, что тебя убьют, и тогда ты непременно попадешь на обложку “Тайма”.

— А Шванберг в это время посылал рапорты о победном завершении операции “Феникс”, причем каждого убитого вьетнамца включал в отчет как вьетконговца, хотя большинство из них были просто мирными жителями, — подхватил Фицдуэйн. — Я думал, его вышвырнули из ЦРУ. Он был премерзким типом.

— У него слишком большие связи, — покачал головой Килмара. — К тому же подонки типа Шванберга всегда могут пригодиться. Он работал в Греции во времена “черных полковников”, потом промелькнул в Чили, а оттуда перебрался в Японию в качестве “опытного специалиста” по азиатским проблемам. И это при всем при том, что остальные его подвиги пока не стали достоянием истории! В ЦРУ немало хороших людей, однако, как ты знаешь, накипь всегда всплывает на поверхность, и от нее не всегда просто избавиться.

Фицдуэйн потер подбородок. Внезапно его лицо стало очень старым и утомленным. Килмара, внимательно за ним наблюдавший, подумал, что хотя его друг определенно пошел на поправку, однако до полного выздоровления ему было еще ой как неблизко.

— Значит, Шванберг по какой-то причине точит на “Намаку” зуб, — заявил Фицдуэйн. — И что нам это дает?

— Ты должен немного отдохнуть, а мои мальчики пока немного покопают, — предложил Килмара. — У Шванберга действительно могут быть свои планы относительно “Намака Корпорейшн”, но это не значит, что он ошибается.

— Присмотрись к нему, — попросил Фицдуэйн. — Я помню, как он вырвал язык девчонке, которую счел агентом Вьетконга — Национального фронта освобождения Южного Вьетнама. А ей было всего тринадцать. Этот Шванберг настоящая сволочь.