Радиус поражения - Каменистый Артем - Страница 35

Ужин получился интересный. Какая-то сомнительная колбаса далеко не первой свежести, банки с оливками и тошнотворными шампиньонами, куски раздавленных буханок хлеба (кто-то ухитрился сесть на пакет с продуктами), чипсы и упаковки йогурта. Тоха был недоволен своими спутниками – если их не контролировать, они серьезно чудят. Он ведь в магазине не смотрел, что они там гребут, – был занят важным делом. Пиво придирчиво выбирал и складывал в свой пакет. А эти скудоумные, оставшись без его чуткого руководства, нагребли всякой порнографии. Ну не идиоты ли – ни одной банки консервов или тушенки не догадались взять. Зато запаслись йогуртом. Отлично – лучшая пища для прячущихся от расстрела беглецов. Микрофлора кишечника будет в диком восторге.

И вообще Тоха лишь сейчас начал понимать, что Олег как руководитель свою роль практически утратил. Даже Лысый чаще Тохе в рот заглядывать стал, чем своему прежнему идолу. Вся инициатива от Тохи идет – все глобальные идеи его. Олег лишь статист или распоряжается в рамках Тохиных замыслов.

Опа – незаметно произошла революция!

А ведь еще этим утром Тоха пребывал ниже плинтуса – опустившийся тип, девушка которого сношается с парнями чуть ли не у всех на глазах. Всерьез такого никто не станет воспринимать. И дня не прошло, а все резко изменилось. Ну не странно ли? Для Тохи не странно – он ведь знает, что в какое дерьмо его ни кинь, вылезет весь в шоколаде. Точнее, не вылезет – всплывет. Ведь его жизненное кредо: «Поменьше телодвижений». Хотя, не будь Юлька такой замороженной, быть ей атаманшей – автомат является отличным бонусом к авторитету. Может, дождаться, когда заснет, и стащить? А оно ему надо? Она вроде с оружием дружит, вон как сидит – будто сжатая пружина, в вечной готовности кого-нибудь пришить. Пусть уж лучше у нее будет. Да и отобрать у такой шизофренички ствол не проще, чем кусок мяса у крокодила стырить.

Допив вторую банку, Тоха решил, что продолжать не стоит: не до пьянок сейчас. Ситуация такая, что можно из этого дерьма вообще не выплыть, если потерять над собой контроль. С отвращением пожевав залежалых чипсов, прилег под навесом, надеясь хоть немного поспать. Увы – сон не приходил. Даже литр пива, залитый в организм, не помогал. Неудобная постель, ночная прохлада, голодающие комары… Да и нервы сегодня потрепало неслабо. В голову настойчиво лезла вереница неприятных картин – изломанное тело Наты, расстрелянные отдыхающие, изрешеченные машины с залитыми кровью стеклами.

В гробу он видал такой замечательный отдых…

И очень хотелось понять: что это все значит и как себя дальше вести? Идиотская передряга, на глупый сон похожая. Но не сон… проснуться не получится… Надо что-то срочно думать, решать, шевелиться как-то…

Но ничего умного в голову не лезло…

У его спутников со сном тоже были проблемы – Олег с Алкой даже не стали ложиться, так и сидели над еле тлеющим костерком. Юлька чуть в стороне – исподлобья поглядывает на мир, сжимая автомат с такой страстью, будто это ее любимый вибратор. Лишь Лысый храпит как человек с абсолютно чистой совестью, а у него под боком сопит Паша. Вроде не спит – притворяется. Радуется, наверное, что может, не вызывая ненужных подозрений, прижаться к теплому мужскому боку.

Прошло, пожалуй, полночи, прежде чем у Тохи начали смыкаться глаза. Но заснуть ему не дали – где-то в чаще раздался хор столь ужасающих воплей, что он, вскочив, едва не сбил навес:

– Что за…?!

Все уставились в сторону источника шума. Орали там страшно – так кричат только перед насильственной смертью. Такое впечатление, что у этих неведомых созданий уже оторвали все, кроме глоток, и те работают на полную. Затем вопли стихли, неподалеку в зарослях протрещало ветками – через них явно пробиралось какое-то крупное существо. И не просто пробиралось – оно, похоже, драпало, не разбирая дороги.

– Что это было? – еще раз вопросил Тоха.

Олег пожал плечами, нервно предположил:

– Может, птица какая-нибудь ночная так кричит. Хотя ни разу не слышал такого.

– Птица? Да она должна быть со страуса размером.

– Страуса?.. На Бирючьем острове страусы есть – может, сюда тоже завезли?

Тоха, вытаращившись на Олега, красноречиво покрутил пальцем у виска.

– Козы это кричали, – тихо, ни к кому не обращаясь, заявила Юлька.

– Козы?! – вскинулся Лысый. – Ты еще скажи, что коровы! Козы не орут – они бекают!

– А ведь она права… – задумчиво произнес Тоха. – В той стороне козы как раз и блеяли, и мимо нас что-то с козу размером пробежало, судя по шуму…

– Козы так не орут, – упрямо повторил Лысый.

– Ну мало ли что там… Ты в козах разбираешься? Знаешь, как они с перепугу темными ночами могут орать? Вот то-то…

– И что у них могло случиться? – уточнил Олег.

– Откуда мне знать. Может, тому деду скучно стало, и он решил скотоложством развлечься. А может, волки напали. Не знаю я. Сходи проверь, если тебе интересно.

– Волки? Да откуда здесь волкам взяться?

– Лисы есть – лису я в том году видел, – заявил Лысый.

– Да? Ну, в принципе… Не дай бог волки к нам причешут – нам вот только волков не хватало для полного счастья.

Тоха, забираясь под навес, указал на настороженную Юльку:

– Если волки сюда заявятся, я им заранее соболезную.

Несмотря на экстремальные условия, Тоха все же ухитрился заснуть. Поспал, наверное, не больше пятнадцати секунд – вскочил от нового душераздирающего вопля. На этот раз орали чуть ли не под ухом, и на козу это похоже не было.

Выскочив из-под навеса, он попал как раз к главной сцене спектакля – Юлька наконец дорвалась до стрельбы. Припав на колено возле тропы, она раз за разом выпускала в темноту короткие очереди. Грохотало безумно громко – будто над ухом переламывают добротно высохшие толстые ветки. На выстрелы из пневматики это совсем не походило.

Крик оборвался – Юлька, выпустив последнюю очередь, приподнялась, медленно отступила к костру.

– Паша! – срывающимся голосом выдохнул Олег. – Паша! Паша, ты как там?!

Тоха спросонья обычно бывал нехорошим, вот и сейчас высказался прямо:

– Юлька что – Пашу завалила?! Ну твою мать же!..

– Паша пошел отлить и кричать там стал, – пояснил Лысый и выкрикнул: – Паша, не молчи!

Паша не отзывался. Да и не мог отозваться. Паша был мертв.

Но убила его не Юлька – с первого взгляда было понятно, что поработал над ним не автомат. После вчерашнего Тоха стал неплохо разбираться в огнестрельных ранах – насмотрелся. Паша, видимо, успел среагировать на нападение – попытался защититься. Правая рука у него ниже локтя отсутствовала – ее отгрызли. А еще у него изодрали живот – из-под лохмотьев рубашки проглядывали выпирающие из ран внутренности.

Зверь, убивший здоровяка, не избежал возмездия – шизанутая Юлька ухитрилась его подстрелить. Тоха не особо разбирался в зоологии, но даже его лапидарных познаний хватило понять, что эта тварь несколько необычна и к животному миру Украины вряд ли имеет отношение.

Тело добермана, лапы леопарда, голова крокодила – пожалуй, точнейшее описание. Ну можно упомянуть еще длиннющий крысиный хвост, роговые пластины в три ряда по спине, густая короткая шерсть вокруг них – мех, наверное, ценный. Но больше всего Тоху впечатлили зубы – челюстной аппарат прирожденного убийцы. Акульи клыки в два ряда – такими не то что руку отхватить, такими можно пополам человека разорвать в одно мгновение. Электропила в пасти.

– Это что, волк? – убитым голосом вопросил Олег.

– Нет, блин, лисица! Вы когда-нибудь таких тварей видели? Я вот нет. Думаю, такие где-то в джунглях только могут жить. В Африке. Хотя никогда не видел подобного по телевизору. Если бы увидел – точно бы запомнил.

В этот момент Паша пошевелился, тихо простонал.

Все застыли – даже Алка перестала рыдать. Никто не шелохнулся – дружно уставились на изувеченное тело. С ужасом уставились – никто не знал, что теперь делать. Будь Паша мертвецом, все было бы гораздо проще. К мертвецам они уже привыкли – даже похоронить парочку успели. Но что делать с раненым? Причем с таким серьезно раненным? Как он вообще не помер еще?