Радиус поражения - Каменистый Артем - Страница 32

И вот этот момент наступил:

– Рощин! Я вот давно уже не служу, но совершенно точно знаю, что ядерных артиллерийских боеприпасов в России больше не осталось, – они давно уже уничтожены. По договору уничтожены. Где же ты собрался снаряд тогда брать?

– Уничтожены, говоришь? Меньше верь всему, что врут всякие… Я вот тебе честно признаюсь, что знаю, где один завалялся, ничуть не уничтоженный[28]. Собственно говоря, их там даже два, но, боюсь, второй мы без спецов не снарядим – он разобран. Я, конечно, в них кое-что понимаю, но не настолько, чтобы собрать. В общем, один снаряд у нас точно будет.

– Зашибись… Рощин, тебе не доводилось посматривать на карты? Географические? Мы ведь с тобой в Крыму – отсюда до Верхнеглинска далековато. Мне так кажется, побольше тысячи верст будет. Время нынче смутное – по пути миллионы этих свинок шастают, а то и на танках ездят или даже гаубицах. А нам еще сперва придется куда-то ехать за снарядом твоим, да и пушку для него найти не так-то просто будет. Может, ты не знаешь, но пушек таких не слишком много – только у нескольких артиллерийских бригад большой мощности. И еще я тебе скажу – этот «цветочек» дура еще та. Это все равно что с железнодорожным вагоном тащиться через полстраны. Итого – что мы имеем: нам надо сделать крюк за снарядом. Затем нам где-то надо найти пушку – еще один крюк. А уже затем двигаться к Верхнеглинску вместе с огромной пушкой и полупарализованным Богдановым. Вдвоем… И на всем этом нелегком пути нас будут караулить толпы свинок. Класс… Да, забыл тебя предупредить об одной мелочи: из такого орудия я никогда не стрелял. Я имею лишь самые общие представления – исхожу из того, что армейскую технику любят унифицировать. Если мне дать полностью работоспособную установку и плюс инструкции по устройству и применению, плюс… Рощин, из нее ведь еще попасть надо будет. Нужны точные карты и топопривязка позиции, нужны таблицы, нужны непросроченные артиллерийские заряды. А если стрелять придется километров за тридцать, то даже сильный ветер может хорошенечко в сторону снести снаряд. У нас ведь не будет метеоданных. Или ты думал, что раз снаряд ядерный, то надо плюнуть через левое плечо и развернуть ствол приблизительно в сторону цели? Снаряд ведь далеко не мегатонный – слабенький. Это ведь простой тактический боеприпас. Наводиться надо бы поточнее. Я давно уже штатский человек – я позабыл много, а с такой системой вообще дел не имел. И помогать мне некому – у меня не будет опытного расчета. Куда ни кинься – у нас ничего нет и вряд ли будет! Рощин, да ты хочешь от меня невозможного!!! Ты полностью безумен!!! Это невыполнимо!!! Если поставить такую задачу гению артиллерии, он поседеет, а потом застрелится из «Пиона»!!! Проще положить этот снаряд на носилки и вручную дотащить до института!!!

– Не ори – в Китае услышат. Хорошо, моя идея плоха. Оставляем все как есть и лесопосадками уходим в сторону Антарктиды?

– Ну и гад же ты, Рощин, – я такого не говорил! Серега, да в России куча ракетных шахт. Думаю, не все они еще захвачены. В океанах плавают подлодки с ракетами – для них уничтожить институт пустяк.

– Насчет ракетных шахт – их в первую очередь должны были захватить и вывести ракеты из строя, – вмешался Богданов.

– Молчи, тебя вообще не спрашивали! Рощин, ну что?

– А ничего. Игорек, а как ты планируешь с ракетчиками или подводниками связаться? Азбукой Морзе? Или открытым текстом по всем каналам? Чтобы вся Земля слышала? И в институте в том числе? Так не получится – надо связаться именно с нужными людьми, причем посторонние узнать об этом не должны. Но предположим, каким-то чудом я эту связь устанавливаю (а я понятия не имею, как с ними связываться). Но предположим. «Здрасьте: я полковник Рощин, срочно выпустите сто мегатонных боеголовок по Верхнеглинску – там засели фашисты с машинками для создания свинок и копирования танков». Ты совсем наивный? Если нет – давай идею погениальнее. Молчишь? Нет идеи? Значит, жри мою. Я не говорю, что она очень уж гениальная. Но другой-то у нас пока нет. Дело главное начать, а там втянемся – может, даже понравится. Так что давай, начинаем. Что прежде всего? Прежде всего нам надо выбраться с полуострова – здесь как-то тесновато. Карты у нас нет, но ты человек местный, думаю, дороги знаешь. Остается один вопрос – как пробраться мимо свинок. Я предлагаю морем. Вспоминай, где здесь можно разжиться хорошей лодкой.

– На море в прибрежной зоне полно будет бронекатеров – учтите, – опять не удержался от замечания Богданов.

– Умеешь ты утешать… В принципе, если осторожно, лесопосадками да горами, ползком и ножками, мы, думаю, доберемся. Только на это у нас уйдет несколько месяцев… А как тебя, Богданов, тащить, вообще не представляю… проще добить…

– Совершенно верно. И не забывайте про крыс Эдика – они ведь как раз будут предпочитать укромные места вроде тех же лесопосадок и гор. Так что без стрельбы там не пробраться будет. Хотя я точно не знаю, сколько крыс будет выпущено и какова окажется плотность их размещения…

– А что ты вообще знаешь?! Кто ты вообще такой?! Что ты делал в этой банде интеллектуальных уродов?! – вскипел Синий.

– Я вообще-то просто врач. Занимался врачебным обеспечением. Моя работа неоднозначна. В случае мирного сценария я должен был курировать медицину в мировом правительстве – очень важная задача. В случае того, что произошло сейчас… Заранее отбирались лучшие врачи для создания своего медицинского центра. В Севастополь я приехал, чтобы лично оценить одного местного стоматолога. Судя по всему, он гений – если все накроется, как сейчас произошло, таких предусматривалось спасти. Специальные группы элиты должны были за ними высылаться.

– Интересные вы люди… – задумчиво произнес Рощин. – Этот человек, возможно, потерял все – дом, семью, друзей. Из-за вас потерял. А вы его вроде как спасаете, чтобы он вам зубы лечил. На его месте, дай мне бормашину и надежно зафиксированного пациента… У-у-у-у-у-ух!.. Богданов, а ведь тебя спецкоманда элиты спасти так и не смогла. Ты поценнее того стоматолога будешь, но все равно бросили, выходит. Некрасиво получилось.

– Да, уровень потерь среди своих в случае внезапного начала реализации плана «Крайние меры» должен быть высоким. Я тоже не в восторге от того, что сейчас происходит. Это ведь не моя идея – я изначально против такого варианта.

– Ладно, не оправдывайся. Признайся лучше честно – есть у тебя какой-нибудь способ дать свинкам понять, что ты свой?

– Нет. Та команда элиты просто получила мои данные. Даже не знаю, что за данные, – я не посвящен в это. Может, фотографию дают или образец запаха, а может, ДНК. Возможно, данные сотрудников верхнего звена вроде Эдика и Гриши знают вообще все.

– Гриши? Когда мы допрашивали Махрова, он что-то про него говорил. Говорил, что Гриша умрет первым.

– Что? Вот же… Н-да… А ведь этого следовало ожидать… Грише такое как раз не нужно было, а Эдик ведь фанатик санации. Постоянно продвигал свою идею радикального снижения численности человечества для уменьшения антропогенной нагрузки на планету. Потом, правда, замолк – простым функционером стал, высокими идеями уже не размахивал. Занимался техническим обеспечением проекта, практическими исследованиями, вопросами вооружения, обучением свинок и биореакторами. Постоянно на ту сторону мотался, мне даже пришлось вмешаться – столь частые переходы до добра не доведут. Наш организм для такого не предназначен. Видимо, он там время зря не терял…

– Не понял? У вас что – дворцовый переворот начался?

– Если Гришу действительно списали, то можно случившееся назвать и так. Видимо, арест Эдика спровоцировал все это.

– Богданов, ты здесь самый умный. По морю идти не советуешь, так, может, подскажешь способ получше?

– Безопасного способа сейчас не существует. Ваш маскарад кое-как может сработать против рядовых свинок – первый же отряд элиты может вас раскусить.

– Ты говорил, что даже у простых свинок на технике сидят элитники. Но мы проезжали мимо них без проблем.