Радиус поражения - Каменистый Артем - Страница 100

Сорок бойцов и сам генерал расположились сегодня на заброшенном золотом прииске. Здесь сохранились шахтные постройки из железобетона и кирпича – в них можно было укрываться от беспилотников (чем бойцы и занимались). Сидя во временном радиоцентре (пара раций, одна из которых старая), Даблдей дожидался сеанса дежурной связи с адмиралом. Затем, почти сразу, последует перекличка всех групп, и они начнут выдвижение к складской зоне. Если повезет, без шума пополнят запасы продовольствия, если не повезет – пополнят их с боем.

Спать ему, получается, некогда.

Радист, прыщавый вчерашний школьник с перепуганными глазами и перевязанной левой рукой, повернулся к генералу:

– Сэр! Адмирал на связи! Но он просит, чтобы вы прослушали сообщение неизвестного корреспондента. Говорит, что это важно.

– Ну так давай послушаем.

Радист послушно завозился с радиостанцией, прислушался к звукам в наушниках, удивленно произнес:

– Какая-то странная передача!

– Кабаны хрюкают? Сильный сигнал?

– Нет. Люди. Но этот язык совсем не понимаю. Я учил испанский и несколько слов знаю по-французски и по-немецки – это совсем на них не похоже. А теперь начали говорить по-английски. Просят выслушать важное сообщение.

– Ну-ка включи громкую связь.

В динамике зашипело, приглушенный голос с сильным акцентом, коверкая слова и иной раз испытывая явные проблемы с голосовым аппаратом (будто сержант Кинг – тот так же бормотал, когда ему пол-языка пулей оторвало), монотонно повторял:

– Внимание: сейчас будет передано важное сообщение! Внимание: сейчас будет передано важное сообщение! Внимание…

Примерно через минуту, вслушиваясь в этот унылый монолог, генерал начал поклевывать носом, но мгновенно вскинулся, когда текст изменился:

– Внимание: начинаю передавать сообщение. Повторю его трижды на английском языке, затем боец Бакаев трижды передаст его на русском, после чего я опять буду с вами. Мы будем передавать его весь день, если нам ничто не помешает. Текст сообщения написан генералом Рощиным. Итак: почти три недели назад отряд генерала Рощина атаковал командный центр врага, располагавшийся в российском городе Верхнеглинске. Ядерный взрыв уничтожил всю верхушку командования противника. Уцелевшие враги не способны самостоятельно принимать стратегические решения, да и на тактическом уровне действуют неэффективно. Если раньше эти огрехи компенсировались командами из Верхнеглинска, то теперь их нет и не будет. Благодаря этому все мы можем…

Даблдей выслушал сообщение внимательно, и пока его передавали второй раз, попросил радиста дать ему связь с адмиралом.

– Сэр, вы верите тому, что они говорят?

Адмирал ответил уклончиво:

– Русских не всегда можно понять. Мы сейчас проверяем эту информацию. Нелегкая задача – большинство каналов разведки теперь нам недоступно. Но мы уже выяснили, что центральная часть указанного города действительно уничтожена очень сильным наземным взрывом. Передатчик расположен в небольшом населенном пункте западнее Верхнеглинска – мы считаем, что это высококачественная радиостанция частника-радиолюбителя или стационарная аппаратура: сигнал достаточно мощный. И еще: в последние дни замечен спад активности противника. Мы очистили от него несколько островов, и больше он там не появляется. Это необычно – раньше нас неизменно сталкивали в море: подкрепления к ним поступали непрерывно. Также больше не отмечаются попытки атак наших кораблей. Так что я склоняюсь к мысли, что в этих словах много правды.

– Не знаю – я спада активности не заметил. У нас по-прежнему не прекращаются бои.

– Естественно – вы ведь изменили тактику и больше не пытаетесь очищать целые районы. Думаю, надо попробовать вернуться к старой: собрать все силы в один кулак и для начала постараться захватить какой-нибудь городок. Если сильных контратак после этого не последует, то можно начать расширение освобожденной территории.

– Хорошо, я подумаю над этим. Сил на такую операцию у меня сейчас достаточно. Один минус – боеприпасов к бронетехнике почти нет. Пришлось ее прятать до лучших времен. Думаю, стоит начать не с городка, а со складов – отобьем их, и все: потом даже Колорадо-Спрингс можно будет штурмовать.

– Генерал, простите, дайте мне одну минуту. Срочно надо ответить.

Даблдей, в ожидании возвращения адмирала, вновь прислушался к словам русского солдата – он как раз заканчивал второе повторение сообщения. Похоже, живой голос – без записи: позволяет себе вносить изменения в текст, явно отходя от серьезно-мрачного оригинала, и вроде бы даже пытается натужно шутить. Хотя получается у него плохо – похоже на клоунаду, устроенную в крематории. Но если все это правда, парень имеет право на некоторые вольности – он заслужил высшие награды и пожизненный почет. Генералу стало немного завидно: вся его борьба последнего месяца показалась мелкой суетой. Русские умеют удивлять – целую дивизию, наверное, бросили на этот город с непроизносимым названием. Не успокоились, пока не стерли его с карты. Неужели в этом кошмаре они сумели сохранить крупные войсковые соединения? Или просто ракетой раздолбили? И откуда вообще узнали про командный центр?

В голову полезли старые подозрения о «русском следе» в этой катастрофе – ведь военная техника у противника российская. Но тут же одернул сам себя: и американской у них хватало, так что глупо на славян коситься.

Если это все правда – он сочтет за честь пожать таким героям руки. Дай бог, чтобы это было так. Если с боеприпасами для бронетехники все выйдет удачно, Даблдей позволит себе поспать.

– …Мы лишились большей части городского населения, потери в сельской местности тоже очень велики. Нам надо очистить планету от врагов, не допустить массового голода и дикости среди выживших. Грабители и насильники должны уничтожаться в первую очередь – они гораздо опаснее свиней: они расшатывают общность уцелевших. Объединяйте людей вокруг себя, налаживайте связи с соседними крупными группами – победить можно лишь сообща. Помните: в первую очередь надо уничтожать те отряды, которые оснащены лучше всего. Это элитные противники – они достаточно умны и способны самообучаться. Чем больше времени им дать, тем больше опыта они приобретут, – опытный враг гораздо опаснее неопытного. Не позволяйте им усиливаться. С вами сейчас был я, Антон Захаров – шепелявый диктор с простреленным ртом и по совместительству рядовой боец армии генерала Рощина. После русскоязычной рекламной вставки я к вам еще вернусь – оставайтесь с нами, на нашей волне.