Эрик, сын человека - Ольсен Ларс-Хенрик - Страница 78

Орел вонзил свои когти в мешок с драгоценными яблоками; на ребят градом посыпались темные перья.

Но и Эрик не терял времени. Собрав все вилы, он вонзил свой Муддур глубоко в грудь орлу. Тот закричал, судорожно забил крыльями, все тело его содрогнулось, голова откинулась назад, из раскрытого клюва вырвался душераздирающий вопль, потом другой, еше громче, и наконец чудовищная птица выпустила мешок!

Отчаянно взмахнув крыльями, орел освободился от клинка Эрика и тяжело поднялся в воздух. С огромным трудом, вихляя и едва не падая, он полетел обратно в ту сторону, откуда появился. Из зияющей на груди раны рекой текла кровь.

Эрик вздохнул с облегчением и вложил Муддур в ножны.

— Снова пронесло! — пробормотал он.

— Мне кажется, ты нанес королю великанов смертельную рану, — воскликнула Идунн, глядя иа мальчика расширившимися от восхищения глазами.

— Вот это да, Эрик! Понимаешь, ты победил его!

Эрик снова вздохнул.

Тем временем Ховварпнир помчался еще быстрее и как на крыльях влетел в Асгард. Наконец-то они были в полной безопасности!

В этот самый момент из Асгарда через отверстие в стене вылезла какая-то старуха. Она обернулась, кинула на обитель асов последний взгляд, тяжело вздохнула и, поплотнее запахнув свой драный балахон, скрылась во мраке.

Ее никто не видел. Все асы и асини, а также их слуги и карлики собрались в ожидании Эрика, Труд и Идунн с ее драгоценными яблоками у стен Вальгаллы.

Они в молчании сгрудились на лугу перед огромным замком Одина, Седые, сгорбленные старцы и старухи, они представляли собой довольно жалкое зрелище. Некоторые были уже настолько слабы, что даже ноги их не держали: одни вынуждены были присесть иа скамьи, вынесенные специально для них, другие устроились прямо на земле.

Подскакав к ним, Ховварпнир застыл как вкопанный. Когда трое утомленных путников слезли с его спины, смолкли последние разговоры — в толпе установилась мертвая тишина.

Труд, увидев отца, бросилась к нему на шею. Не в силах дольше сдерживаться, девочка разрыдалась. То былн слезы облегчения после страшного напряжения всех сил, бесчисленных страхов и ужасов, выпавших на долю ребят. Тор крепко прижал дочь к груди.

Идунн некоторое время стояла в нерешительности, с удивлением и жалостью глядя на окружавших ее стариков. Потом приблизилась к Одину. Верховный владыка восседал на своем Хлидскьяльве, специально вынесенном сюда и установленном прямо на траве. По обе стороны от него застыли огромные волки; на плечах Одина, как обычно, сидели два черных ворона. Из-за спины трона выглядывала Фригг — его неизменная надежная опора ва все времена.

Длинные, почти до самой земли, белоснежные волосы Одина волновались, как морская пена, от дрожи нетерпения, сотрясавшей все тело старика.

Идунн протянула ему мешок с яблоками молодости.

— Спасибо! — взволнованно сказал Один и умолк, не в силах произнести больше ни слова.

К Идуин подошел ее муж Браги — бог поэзии. Оба просияли и крепко обнялись.

Эрик остался возле Ховварпнира. Конь ласково терся своей мордой о щеку мальчика, словно желая приободрить и утешить его. Эрик чувствовал, как к горлу его постепенно подкатывает горький ком; не зная, что ему теперь делать, он продолжал стоять на месте.

Внезапно взгляды собравшихся будто по команде обратились на мальчика; вокруг снова все стихло.

Один поднялся на ноги, и все остальные сидевшие также встали. Долго в полном молчании смотрели они на того, кто вернул нм самое дорогое из сокровищ Асгарда.

Издалека донеслись воинственные крики эйнхериев. Постепенно они становились все слышнее, в них начал угадываться определенный стройный ритм. Видимо, воины подходили все ближе и ближе. Прошло еще несколько минут, и мальчик увидел их — они приближались со всех сторон, накатывались волнами — огромная серая масса. Пара мгновений — и весь луг ожил, заполненный воинами, бьющими в свои щиты. Тысячи древних викингов, отбивая такт, подходили все ближе к группе асов и асинь, окруживших со всех сторон Эрика и его благородного скакуна. Вот они остановились, сомкнулись плечом к плечу; куда ни посмотри, везде кругом видны были их суровые лица.

произнес Один, воздев обе руки к небу.

Внезапно все опять стихло. Оба волка Одина задрали свои морды вверх и протяжно завыли, потом умолкли и они.

Один поднял свое знаменитое копье Гунгнир, возложил его на плечо Эрика и сказал:

С этими словами Одни отложил Гунгнир а сторону, подошел вплотную к Эрику, медленно встал перед ним на колени в склонил голову до самой земли.

Долго он стоял так, потом наконец поднялся и взглянул мальчику в глаза.

— Спасибо тебе, мой мальчик! — молвил он. В единственном глазу старого аса блеснула слеза.

Эрик почувствовал, что ноги у него подкашиваются. Он не в силах был больше сдерживать слезы, и наконец расплакался.

Тор выпустил из объятий Труд и протиснулся к мальчику.

— Ну, будет тебе, будет, Эрик! Я понимаю, что ты сейчас должен чувствовать, — сказал он, положив руку мальчику на плечо, — Пойдем со мною. Все уже позади. Идем, Ховварпнир последует за нами!

Он медленно повел Эрика сквозь толпу асов и асинь. Эннхерии почтительно расступилась, давая дорогу Тору, Труд, Эрику и Ховварпниру. Снова мечи ударили в шиты, и над лугом опять раздался ритмичный грохот.

Сив уже поджидала их в Трудвангаре.

Глава 43

— Мы все наблюдали за вами с огромным волнением, — сказал Тор, когда они миновали грохочущее живое море эйнхериев и ребята могли уже расслышать его слова. — Самым страшным, что вам пришлось пережить, была, несомненно, встреча с Нидхеггом в подземном мире, а также путешествие через Железный Лес в Ётунхейме.

— Но откуда ты все это знаешь? — с изумлением спросил Эрик.

— О Нидхегге нам рассказала белка Рататоск. Помните ту маленькую белочку, которую вы видели в одном из темных подземных коридоров?

— Да! — еще не все понимая, воскликнул Эрик.

— Это и была Рататоск, живущая в кроне Иггдрасиля. Она все время бегает взад-вперед по стволу Мирового древа между Асгардом и подземным миром. А Хугин н Мунин, вороны Однна, где могли, сопровождали вас в Ётунхейме.

— Очевидно, они и были те два ворона, которых я видел в Железном Лесу, — сказал Эрик.

— Несомненно. Они приглядывали за вами. А когда возвращались обратно домой в Вальгаллу и рассказывали о ваших приключениях, нам всем показалось, что мы слушаем новую главу какой-то увлекательнейшей повести.

— Еще бы! Это был кошмарный лес. Так, выходит, ты знаешь, что, кроме этого, мы встречались также и с Феярнром-волком, и с Локи, и со Скади, и с Гроа, и со всеми остальными?

— Да, мы это знаем. А Ода вы там тоже встретили? — спросил Тор.

— Хм, давайте лучше не будем об этом, — попросила Труд.

— Ну ладно, ладно. Оставим эту тему! Наконец то все позади! — Тор ласково привлек к себе Труд и Эрика. — Обещаю, как только мы придем в Бильскирнир, вы первым делом отправитесь в баню и хорошенько вымоетесь. Мне думается, вам это совсем не повредит, а кроме того, глядишь, сумеете вместе с грязью освободиться от кое-каких особенно неприятных воспоминаний. Я же тем временем позабочусь о Ховварпнире, чтобы он ни в чем не чувствовал недостатка.

Ховварпнир негромко всхрапнул.

— Мне кажется, что ему сейчас действительно нужно, так это поваляться как следует на сочной травке, постоять в стойле в тишине и покое несколько дней да еще хорошенько отъесться, — заметила Труд.

Ховварпнир одобрительно заржал: по-видимому, девочка попала в самую точку.