Атомный сон (Сборник) - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 75

И она легким взмахом руки будто отправляет к Антону что-то невидимое.

Антон опускает глаза. Молчит. Потом смотрит на Гесера:

– Многоходовая комбинация. С обеих сторон. Шеф Дневного Дозора хочет привлечь на свою сторону волшебницу или уничтожить ее. А шеф Ночного Дозора с самого начала знает, в чем причина проклятия… Но расстроить планы врага мало. Еще нужно усадить старого врага в лужу. Разбить Дневной Дозор наголову. Устроить показательную порку врага. И ради этого – можно пойти на все. Темные – пожертвовали вампирами. Светлые – подставили под удар своих, рискнули жизнью мальчика-Иного со слабенькими способностями мага. Ведь так, Борис Иванович?

– Так, – говорит Гесер.

Алиса смеется, разворачивается и уходит. Как-то сразу начинают суетиться другие маги. Тигренок и Медведь уводят изорванную, окровавленную вампиршу – та уже не пытается сопротивляться. Семен вздыхает и уходит следом. Егор встает и тихо говорит:

– Гады вы все…

– Мальчик, эта война идет уже тысячи лет… – отвечает ему Гесер. – Завулон сделал из тебя приманку. А я лишь притворился, что не замечаю этого. Мы… мы ведь приглядывали. И все завершилось хорошо. У тебя и впрямь слабенькие способности, но я могу стать твоим учителем…

– Да пошли вы… – говорит Егор. И идет к лестнице вниз.

Гесер опускает глаза. Подходит к Антону. Они остаются на крыше вдвоем. Начинает накрапывать мелкий дождик.

– Ты прав, это была и моя операция, Антон. Я знал все с самого начала. Но надо было заманить Завулона в ловушку. Чтобы он раскрылся… чтобы не попытался просто уничтожить Светлану. И ради этого я рисковал. Всеми. И тобой тоже. И этим невинным ребенком. И самим собой. Ты понимаешь меня?

Антон кивает.

– У нас есть еще дела, – говорит Гесер. – Ты должен все рассказать Светлане. Объяснить, что на ней нет никакой вины. Что мы вылечим ее мать. А Ольга развеет черный вихрь.

Антон молчит.

– Мне некем тебя заменить, – виновато объясняет Ге-сер. – Тут ведь не годятся магические методы. Светлана – сама волшебница, пусть и не осознает этого. А ты – тот, кого она полюбит. И ты полюбишь ее. Вы уже друг друга любите… вот почему она все тебе рассказала. Это и счастье, и горе – ведь она намного превосходит тебя… и я не знаю, как долго вы останетесь вместе.

Антон кивает.

– Быть Светлым – куда труднее, чем быть Темным, – говорит Гесер. – Провокации, предательства, ловушки – это суть войны. Для нас они мучительны и почти запретны. Но мы должны держаться, Антон. Мы солдаты. Солдаты Света, пусть даже наша форма выпачкана в грязи.

Антон запрокидывает голову, подставляя лицо дождю. Непонятно – плачет он или это стекают дождевые капли.

– Я постою так немного, Борис Иванович, – говорит он.

Гесер кивает:

– Если бы ты знал, Антон, как часто я так стоял… глядя в небо. Будто чего-то ждал… благословения… или проклятия…

Дождь становится сильнее.

– Замерз я, Антон, – говорит Гесер, зябко ежась. – Я старый, измученный маг. Мне сейчас хочется выпить водки, задремать в кресле и ждать, пока ты доложишь о выполненном задании… А потом взять отпуск. Оставить вместо себя Илюху, раз уж он побывал в моей шкуре, и отправиться в Самарканд. Ты бывал в Самарканде?

– Нет.

– Ничего особенного, если честно. Ничего особенного, кроме воспоминаний… Но они только для меня. Ты как?

– Идемте. – Антон выпрямляется. Ежится. – И впрямь холодно…

– Права замерзнуть у нас тоже нет, – говорит Гесер. – Идем…

Серия 3

Раннее утро. Тихий центр – солидные дома, в которых живут серьезные люди, все чистенько и аккуратно… все как в кинофильмах семидесятых годов, где требовалось показать Москву с лучшей стороны. Прохожих еще нет, только стоят кое-где припаркованные машины. Город медленно просыпается…

В одной из машин – аккуратной «тойоте» – сидит за рулем человек. Он не спит, не курит, не читает. Просто сидит за рулем, ожидая чего-то.

Хлопает дверь подъезда. На улицу выходит молодая девушка, поправляет сумочку, идет к стоящей невдалеке машине – в руках у нее ключи.

При ее появлении мужчина оживляется, легко выбирается на тротуар и зовет:

– Галина!

Девушка оборачивается, совершенно спокойно смотрит на него. Не похоже, что ее испугал незнакомец, подкарауливший ее ранним утром у подъезда.

– Я вас не знаю, – говорит девушка с легким любопытством.

– Да, – кивает мужчина. – Зато я о вас кое-что знаю.

– И кто вы такой? – все так же спокойно спрашивает девушка.

– Судия, – напыщенно, но очень серьезно отвечает мужчина.

Девушка небрежно протягивает руку к своей машине, нажимает кнопку на брелоке, снимая ее с сигнализации. Машина приветливо попискивает.

– И кого же вы собрались… судиить? – уже с неприкрытой иронией спрашивает девушка.

– Вас, – строго произносит мужчина.

Девушка улыбается, смотрит на него. У нее, оказывается, странные глаза – желтоватые, звериные, будто у большой кошки.

– А получится? – спрашивает девушка.

– Получится, – говорит мужчина.

И вскидывает руку, в которой, оказывается, был зажат странный деревянный кинжал. Короткое лезвие легко входит девушке под сердце, она не издает ни звука – и падает наземь.

Мужчина стоит, ожидая чего-то.

Лежащая девушка начинает меняться. Черная шерсть покрывает кожу, все тело меняется, вытягивается… миг – и перед мужчиной лежит мертвая пантера, обряженная в строгий женский костюм. Потом, так же стремительно, зверь превращается обратно в девушку. Странно – блузка на груди у нее прорвана, но никакой раны уже нет.

Мужчина будто обмякает, прячет куда-то под полу пиджака кинжал и спокойно, как выполнивший тяжелую, но нужную работу человек, идет обратно к «тойоте». Мы так и не видим его лица, только со спины. А девушка остается лежать рядом со своей машиной.

По улице идет Антон Городецкий. Это совсем другая улица, шумная и многолюдная, да и утро уже явно давно началось. Антон улыбается, похоже, у него хорошее настроение, причем хорошее «просто так», беспричинно.

Он подходит к небольшому, этажа в четыре, зданию – в таких раньше были маленькие проектные институты и прочие госконторы. Сейчас на дверях вывеска – «Закрытое акционерное общество», чуть пониже – «Вход по пропускам». Больше никакой информации нет. Антон входит и оказывается в хорошо отремонтированном, современном вестибюле. За стойкой перед компьютером сидят два охранника. Антон молча достает карточку пропуска, кладет перед ними.

Один из охранников дружелюбно, как старому знакомому, кивает Антону. Но все-таки внимательно изучает карточку, смотрит на Антона, потом на экран компьютера – там фотография Антона и какое-то досье.

– Что сияешь-то так? – любопытствует охранник, возвращая пропуск.

Антон пожимает плечами и улыбается еще шире:

– День хороший. У тебя бывает так, с утра проснулся – и почему-то все замечательно?

– Бывает, – соглашается охранник. – Если накануне пива не перепил. Ты бы поспешил, Антон, шеф собрал всех в конференц-зале. Тебя уже искали.

– Я-то им зачем? – У Антона как-то сразу становится кислым лицо. – Опять вампиров ловить?

Антон идет к лестнице, охранники веселятся. Тот, кто говорил с Антоном, просительно произносит вслед:

– Слушай, ты мне обещал игрушку новую поставить… я как раз на сутки заступил… ага?

Антон кивает, торопливо взбегая вверх по лестнице.

Небольшой конференц-зал. В нем сидят сейчас тридцать – сорок Иных – среди них есть и знакомые лица: Гарик, Илья, Тигренок, Медведь, Семен. Антон входит, тихонечко крадется к задним рядам и присаживается рядом с Гариком. Они здороваются, Гарик шепотом спрашивает:

– Чему ты радуешься-то?

– Так заметно? – шепотом спрашивает Антон. – Сон хороший приснился.

Перед сидящими выступает пожилой невысокий Иной, говорит он достаточно застенчиво и косноязычно, хотя и не без гордости: