Преодоление - Садов Сергей Александрович - Страница 120

Люди менялись. Кто-то горе только изображал, подражая Григу, Торну или Рамону. Я не злилась, понимала, что трудно ожидать какой-то искренности от людей, которых ты и видела только пару раз. Кто-то был огорчен искренне. Торн, как ни странно, тоже был огорчен. Вот уж не думала, что он так привязался ко мне. Рамон выглядел равнодушным, хотя я и видела, каких сил ему это стоило. И видела, что он старательно пытается проанализировать наш с ним вчерашний разговор. Ну да ладно, любые подозрения он будет держать при себе без фактов, а фактов у него нет и не будет, если не переговорит с Григом. Если бы он знал, что я маг, тогда, может быть, что-то и заподозрил бы. Рамон не Григ и в такую нелепую смерть мага не поверил бы никогда. А вот Григ верит и расстроен очень сильно. Его горе почти как у Воробья. Мальчишку мне вообще было жалко больше всех. Что Григ? Вернется к семье и вскоре я останусь у него только в памяти. А Воробей… Я же видела, что он привязался ко мне. Я для него навсегда останусь учителем, другом, человеком, который вывел его в люди, помог в трудную минуту. Что ж, Воробей, живи и будь счастлив, и не зацикливайся на мне.

Нда, собственные похороны — незабываемое зрелище. Не дожидаясь вечера ушла. Как ни не хочется, но завтра снова придется прийти. Завтра «меня» должны похоронить и хотелось бы убедиться, что все пройдет как надо, заодно и проконтролировать. Не хочется чтобы какая-то нелепая случайность разоблачила бы мою постановку. Такие вещи на самотек пускать не стоит. Даже сейчас зря ухожу, но просто не могу уже смотреть на Воробья. Может завтра успокоиться?

У дома я была уже с утра, немного изменив облик и превратившись в мальчишку лет шестнадцати — меньше внимания привлекает, чем взрослый. Тело уже уложили в гроб, небольшие кучки народу перемещались по двору, Воробей сидел рядом с Григом на скамейке у забора, вцепившись ему в рукав.

Вот гроб водрузили на телегу, приготовившись к отъезду. Никаких торжественных речей никто не говорил. Вот Торн хотел было уже махнуть рукой извозчику и вдруг… все замолчали, обернувшись к калитке. Тишина… полная… Я удивилась и осторожно выглянула из-за чьей-то широкой спины, оттуда прекрасно был виден гроб, но калитка нет. Охнула и нырнула обратно за спину.

У калитки стояла молодая девчонка лет четырнадцати, совершенно обычная, если бы не парадная одежда с цветами Дома Влепос и печатью Дома на плаще, который она небрежно держала перекинутым через руку, но так, чтобы печать была видна всем. На дороге были видны еще несколько магов, но те стояли в стороне и явно не собирались подходить ближе.

В полнейшей тишине девчонка прошла к гробу и остановилась перед ним, вглядываясь в лицо, махнула рукой, доставая из-под плаща небольшой букет цветов, положила его в гроб.

— Ты! — Воробей вырвался из рук Грига и бросился к девчонке.

Элора недоуменно замерла и обернулась. Блин! Если Элора не выдержит и что-то сотворит с ним… Он же ведь вообще сейчас ничего не соображает! Григ, ну куда ты смотрел?

— Это ведь вы убили ее! — заорал он прямо, подскочив к ней. — Вы, маги! Довольны, да?!

Григ подскочил сзади к мальчишке и зажал ему рот.

— Прошу прощения, госпожа, погибшая была для него очень важна, он не соображает что говорит.

Элора чуть прикрыла глаза, обвела взглядом двор, словно к чему-то прислушиваясь внутри себя. Вот ее губы чуть дрогнули, словно готовясь растянуться в улыбке.

— Ничего. Я его понимаю. Я тоже недавно потеряла близкого человека.

Уф! Элора, ты заставила меня не так сильно ненавидеть магов. Если бы все они были такими же, возможно ничего этого и не случилось бы.

Вот она развернулась и покинула двор. Ну все, теперь можно и расслабиться. Очень уж сильно она напрягала меня своим присутствием. Интересно, зачем она вообще приходила? Она что, приходит на похороны каждого своего слуги?

Гроб с телом я проводила до самых ворот города, дальше уже не рискнула — в воротах уж слишком много разных магических сканеров проходить приходится. Что-то из этого может либо скинуть мою иллюзию, либо, несмотря на маскировку, прочитать данные моей императорской печати. Вот шуму будет, если обнаружится, что тут разгуливает кто-то с печатью человека, который считается мертвым. Напоследок чуть-чуть помагичила, накладывая на труп заклинание ускоренного разложения. Через два месяца уже никто не сможет сказать, кто там похоронен. В моем мире еще могли бы провести генетическую экспертизу, тут нет. А вообще надеюсь, что такая идея, как вскрытие могилы, никому не придет в голову.

И тут почувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Явно маг, поскольку усиленно маскировал себя именно магией, но в слежке совершенно неопытный, потому и выдал себя. Явно не безопасность одного из Домов, те, если бы следили, вряд ли допустили такую ошибку. Да и я подставилась, расслабилась и совершенно не прослеживала этот момент. Это что же творится? Чье это внимание из магов я умудрилась привлечь? С этим надо было разбираться и срочно.

Планы приходится перестраивать на ходу и вместо портала к тайнику, направляюсь к рынку, изображая что пересчитываю деньги в кошельке, а на самом деле оставляя за спиной метки, которые должны помочь отследить наблюдателей и посчитать их. Через полчаса я была в полнейшем недоумении — наблюдателя я заметила только одного и никакие усилия не помогли найти других. Либо они слишком ловко маскировались, но это глупость. Подставили неумеху, а сами спрятались? Смешно. Ладно, надо что-то решать.

Сворачиваю в переулок и быстро достаю из пояса веревку с сюрпризом, снимаю блокировку и освобождаю паутину, попутно наматывая разные концы веревки на руки. Шаг в сторону и исчезаю в Тени.

Ждать долго свой хвост мне не пришлось, уже через три минуты (вот торопыга, ну кто так следит) в переулок влетел гость. Не очень высокий, но плащ с капюшоном полностью скрывал фигуру и самого человека. Мда, он в таком виде за мной шел по городу? Горе мне, такого лопуха сразу не заметила.

Фигура же растерянно замерла, оглядываясь. Вот послала сканирующий луч. Я вышла у нее за спиной, шаг, рывок и вот веревка накинута на горло жертвы, потянуть, сдавливая шею. Перед этим я предусмотрительно накинула на паутину силовое заклинание — мне нужно было поговорить с жертвой, а не сразу убивать. У трупа трудно что-либо узнать. И сейчас только это заклинание мешало отделить голову от тела незадачливого шпика. Тут главное еще и то, что заклинание поддерживается только пока я в сознании. Если этот маг окажется более опытным как боец, чем в слежке и сумеет вывести меня из строя, поле пропадет и тончайшая паутинка отрежет ему голову просто под весом моего тела — петля ведь не ослабнет, я веревку сразу перекрутила.

— Господин не желает мне ничего объяснить? — как можно более грозным голосом поинтересовалась я. — Кстати, дергаться тоже не советую, если я вдруг потеряю сознание, вам отрежет голову. Знаете толщину той удавки, что сейчас затянулась на вашей шейке?

— Хр-р…

— Ой, простите, господин, — издеваюсь я. А что? Надо же его из себя вывести, чтоб быстрее говорить начал. — Кажется, слишком сильно затянул. — Конечно, «затянул», а не «затянула» все-таки я сейчас в образе парня лет шестнадцати. О таких вещах забывать не стоит. — Итак, не расскажет ли уважаемый господин, чем моя скромная персона привлекла его внимание?

— Ларесса… это ведь ты? — слабо пискнули из-под капюшона.

Опа! Я чуть не села, попутно отключив заклинание. Это ж как надо удивиться, чтобы даже в сукрентосе его прочувствовать? Не отпуская удавки, слегка ослабляю ее, рывком разворачиваю пойманного шпика и срывая капюшон. И почему мне совершенно не хочется сейчас убрать силовую защиту и дернуть веревку? Даже в сукрентосе, хотя разум кричит о том, что только что я заимела огромную проблему.

Элора смотрит на меня без всякого страха. Чуть подрагивает, но это скорее от напряжения, чем опаски, даже петля на шее не пугает.

— Скажи мне, почему я не должна сейчас убить тебя?