Потерянный берег. Дилогия (СИ) - Побережник Николай - Страница 80

До вечера, забросив всё остальное мы снимали с вагонов генераторы, на некоторых вагонах они были другие, и другой конструкции, у каких-то были ремённые приводы, у каких-то карданные. Когда мы уже закончили с демонтажем генераторов и попутного электрооборудования, и оставалось только перевезти всё на «Аврору», Леха сообщил, что со стороны лесной тропы идут люди, шестеро взрослых и трое детей разного возраста.

— Ну здравствуйте ещё раз, — сказал подошедший к нам Макс, — мы решились. Только вы нам поподробнее расскажите всё про эти новые посёлки?

— Да легко, переход полтора суток занимает, боцман у нас поболтать любит, вот он вас и просветит.

— Может помочь? — Предложил Максим

— Не откажемся, ты только сначала карапузов своих да баб размести на борту… ступай, там тебя боцман встретит.

Иваныч отдал распоряжение по рации боцману и коку, а Алексей отправил всех своих бойцов на борт… мало ли что, пусть за порядком присмотрят. Ну служба у него такая, что ж поделать.

Ужинали мы уже за темно. Пока все уставшие и зачуханные перекупались, пока переоделись и привели себя в порядок, всех после ужина просто валило с ног. Боцман разместил пассажиров в кубрике, закрепив на балках гамаки. Переселенцы тоже, после горячего душа и нормального ужина все вырубились моментально. На «Авроре» вахтенные заняли свои места, подняли и закрепили сходни, и корабль погрузился в ночь.

253 день. У границ материка.

После завтрака я, Иваныч, Алексей, Максим, Алексей Макарыч и совершенно седой парень по имени Михаил сидели в кают-компании и обсуждали будущее переселенцев. Алексей Макарыч был ровесником Иваныча, и не много не мало, целый полковник ФСБ, только на пенсии, даже удостоверение нам показал. Возвращался он на поезде из Уфы, куда ездил в гости к брату. Левая рука у него была травмирована, и примотана от локтя вместе с кистью к дощечке. Мужик он был весьма здравомыслящим и с правильными на нынешний момент взглядами. Да и Макс сказал, что их группа выжила во многом благодаря Макарычу. Михаил в этой катастрофе потерял всю свою семью, он всё больше молчал и лишь изредка что-то уточнял, по профессии он был инженером с Владивостокской ТЭЦ2.

Боцман в общих чертах успел рассказать нашим пассажирам о новых реалиях обломков цивилизации, и теперь они уже пытались более детально нас обо всём расспросить, причём мне показалась, возможно, но некоторые вопросы, которые задавал Макарыч, были явно для проверки нас «на вшивость» что ли. Но вероятно мы его проверку прошли, и через полчаса разговора было заметно, что он уже расслабился и просто принимает участие в обсуждении перспектив переселенцев.

— А в этом Лунёво, чем в основном люди живут, — поинтересовался Макарыч.

— В основном торговлей конечно, посёлок на реке стоит, современная транспортная артерия так сказать, есть ещё там неплохое фермерское хозяйство. А так в целом местные живут как и жили, те кто выжил после Волны и прибился к Лунёво, всё больше по наёмным работам но многие как говорят пытаются «пустить корни».

— Да, где бы нам пустить корни… Ну оружие продадим, на первое время хватит… а дальше? — как бы обратился он к Макарычу.

— А что у вас кстати с оружием? — спросил Алесей.

— Три автомата, три ПМ, ну и полный комплект спецсредств и экипировки, который на рейс у нас выдаётся.

— Нормально, — хмыкнул Леха, — только вот продавать не стоит, в этом мире нельзя без оружия.

— Ну есть то мы эти стволы не будем, у нас трое малых в группе, все сироты теперь считай.

— Это понятно, — ответил я, — но вас во-первых от сюда никто не гонит, и во вторых, вы как-то пропустили информацию мимо ушей об острове Сахарный. Вы можете заселиться и к нам, крышу над головой на первое время предоставим, потом и жильё отстроить поможем, работы у нас непочатый край и с голоду никто не пухнет.

— Это приглашение? — спросил Макарыч.

— Считайте что приглашение, — ответил я, и обратил внимание как Иваныч одобрительно кивнул, облегчённо вздохнул и отошёл к иллюминатору попыхтеть трубкой.

— Я не против, — ответил Макарыч, вы как Макс, Миша?

— И я в принципе согласен, — ответил Макс, — только, я же мент, ну есть ещё кое какой боевой опыт. Нужен вам на острове мент с боевым опытом?

— Мне нужен, — ответил за меня Алексей, — не сомневайся, занятие тебе найдётся.

— А я бы в Лунёво поехал, — сказал молчаливый Михаил, — там же вроде котельная есть и электростанция, наверное работу там найду себе точно. Но если вы все на Сахарный, то и я с вами.

— А почему ты так уверен, что тебе работы не будет на Сахарном? — аж крякнул Иваныч, — ты ещё наш план-график на ближайшую стодневку не видел.

— Ну раз будет работа по специальности, то я тоже тогда не против на Сахарном поселиться.

— Ну что, тогда домой? — спросил Иваныч.

— Домой, — кивнул я, — идёмте Алексей Макарыч, я вас к доктору отведу, а то эта дощечка ваша… не серьёзно в общим.

Макарыч оказался ещё и отличным нянькой, если можно это выражение к нему применить, дети от него не отходили, он им что-то рассказывал всю дорогу до Сахарного, занимал из какими-то элементарными играми. Дети были разных возрастов, самая старшая 14 летняя Анна, рыжий десятилетний Вовка, и шестилетний Антон. Сразу после катастрофы Макарыч взял опеку над сиротами, и теперь ближе чем он, у детей никого не было. Иваныч не начал «ковать железо не отходя от кассы», сначала затащил Сашу в машинное отделение, проведя ему экскурсию, а затем посвятил в планы строительства на Сахарном миниГЭС. Алексей тоже, уволок Максима в каюту к Васе, где они нашли о чём поговорить и что вспомнить. Ну я решил восполнить пробел в знакомстве и побеседовать с женской половиной переселенцев, которые всё больше времени проводили в кубрике, где боцман им отгородил небольшой угол куском брезента на стропе.

— Разрешите, — постучал я костяшками пальцев по балке, спустившись в кубрик и остановившись перед брезентом, из-за которого доносился тихий разговор.

— Ой подождите, — почти взвизгнул кто-то.

— Как скажете.

— Всё, теперь можно.

Я прошёл за брезент, и присел на свободное место на шконке. Было понятно, что женский коллектив приводил себя в порядок, одна их женщин, самая старшая подшивала обрезанные рукава блузки, Ирина сидела на шконке забравшись на неё с ногами и прикрывшись простынёй с логотипом «РЖД», которых мы кстати набрали превеликое множество, вероятно она и визжала, третья девушка лет тридцати стесняясь смотрела в пол, в момент аварии она очень сильно разбила себе лицо и сломала нос. Хоть на её лице присутствовало пара свежих шрамов и горбинка от перелома, на некогда маленьком аккуратном носике, внешность у неё была вполне симпатичная, от части я бы сказал восточная какая-то, но было видно, что девушка всё равно очень комплексует по этому поводу.

— Как устроились девчата?

— Всё хорошо, спасибо Вам.

— Можно на ты, давайте кстати познакомимся. Меня Сергей зовут, с Ириной мы уже познакомились, а тебя как зовут? — спросил я самую старшую, похоже что она моя ровесница, брюнетка с собранными в хвост волосами на затылке, с тонкими чертами лица, узкие губы, прямой нос… черты какие-то греческие что ли.

— Влада.

— Очень приятно, а тебя как?

— Меня Лена, — ответила девушка с поломанным носом, лишь на мгновение подняв на меня глаза и снова опустив их в пол.

— Девушки, давайте сразу договоримся, вы не должны стесняться ни сложившейся ситуации, ни тем более её последствий. Почти каждый выживший после Волны оказался в подобном положении, но, далеко не каждый смог пережить эту трагедию, собраться и продолжить жить, более того, я по-честному восхищён тем, что вы смогли прожить после Волны такой большой промежуток времени практически автономно, полагаясь только на себя.

— Это ребятам спасибо, и Алексею Макарычу, если бы не они… — ответила Влада, и у неё заблестели глаза.

— Ну ну ну, мы так не договаривались. Теперь всё будет хорошо, слышишь Влада?