Потерянный берег. Дилогия (СИ) - Побережник Николай - Страница 77

Мы только успели пообедать, как к нам пришёл Михалыч, чуть ли не «с ноги» открыв дверь, буркнул что-то нечленораздельное вместо приветствия и встал подбоченившись.

— Михалыч, и что это за пантомима? — спросил я его улыбнувшись. Я уже привык к его таким выкидонам, сейчас или в вымогать что-то будет, или одно из двух.

— Сергей Николаич, вот ты вроде умнай мужик… ответь тогда мне старому, почему кирпичи важнее, чем лошади?

— Так, стоп! Давай без намёков, что ты от меня хочешь?

— Справедливости! — топнул он.

— Михал Михалыч, ты не стой, садись, вот чаю с нами попьёшь, — сказала Светлана, обняв старика за плечи и усадив за стол. После чего у него поостыл революционный пыл и он сказал:

— Серёга, ну вот что трактор пол дня простаивает у кирпичного? Мне распахать надо под овёс, а Федеору видите ли из-за моего хутора приходится отцеплять кузов… Говорит что я его от производственного процесса отвлекаю.

— Уф… ну вот неужели не можете разобраться сами а?

— Так как с ним разобраться то, я же старый… а он кабан какой здоровый.

— Фёдор… — сделал я вызов в рацию.

— Что… уже пришёл, нажаловался? — услышал я в ответ.

— Зайди Федь, чайку попьём.

— Иду.

Проблема оказалась действительно существенной, во всяком случае для Фёдора. Они с Ваней трактором свозили готовую продукцию на большую ровную площадку на мысу, подвозили глину к цеху, техника была не всегда конечно занята, но перецепить оборудование трактора занимало время, перегнать трактор на хутор занимало время, и Фёдор по этому поводу, мягко говоря, нервничал.

— Федь, ну выходить из положения как-то надо.

— А как? Завтра с Лесного буксир с баржой за кирпичом придёт, ты же сам с этим олигархом гостиничным договаривался, а мне ещё пять тысяч штук перевезти надо на площадку у пирса.

— Это будет последняя поставка кирпича?

— Да.

— Давай так, перевози всё. Потом приостанавливаешь работу цеха и пашешь Михалычу.

— Да у меня есть, кому пахать, — ответил Михалыч, — мне только трактор нужен.

— Хорошо, — вздохнул Фёдор и сказал Михалычу, — завтра кирпич отгружу, и пусть твой тракторист подходит.

— Ну вот и договорились, — радостно хлопнул ладонями по коленям Михалыч.

— Мужики, ну вот а сами без баталий, никак не можете договориться? — спросил я серьёзно.

— Серый блин, ну вот он завтра бы пришёл и проблем бы не было, а у мня аврал сам же видишь, — прогудел басом Фёдор.

— Ну я же не знал про твой аврал…

— Ладно проехали, — успокоил я всех, ещё по чайку?

— Нет Серый, дел много, — сказал Фёдор, поблагодарил Светлану за чай и вышел.

— Ну и я пойду, — спохватился Михалыч.

252 день. О.Сахарный

Утром я оделся, взял свои вещи из сундука, и поцеловав ещё спящую Светлану вышел и направился вниз, к пирсу. «Аврора» вышла в море на рассвете, когда жители нашего острова ещё только просыпались. Экипаж бегал по палубе, выполняя команды Иваныча и боцмана, но без особой суеты. Как только корабль лёг на курс, и вахтенные заняли боевые посты, по громкой связи прозвучал весёлый голос Володи: «Экипаж экспедиции, на завтрак».

— Ну что пошли? — спросил я Алексея, который распихивал свои вещи по шкафчикам каюты.

— Идём, я не завтракал в форту.

— И я что-то пропустил это мероприятие.

Отделка кают-компании была скромной, но как говорят со вкусом, в помещении стоял большой стол, который торцом упирался в окошко камбуза. Несколько лавок, точнее, как говорит Иваныч — баночек, стеллаж с посудой и рукомойник. Всё строго и ничего лишнего.

— Ну что у тебя на завтрак, кормилец? — спросил я Володю, наклонившись к окошку раздачи.

— Омлет дядь Серёж, булочки и морс.

— Ну подавай.

Я принял через окошко две тарелки с вкусно пахнущим омлетом, присыпанным зеленью и от которого ещё исходил пар, и поставил на стол, затем Володя подал мне графин с морсом и небольшую плетёную корзинку с булочками.

— Дядь Лёш, а вы вон там, на полке всё возьмите, вилки, ложки, ножи и стаканы там всё в ящике, — сказал через окошко Володя, увидев как Алексей крутится, в поисках столовых приборов.

Мы только уселись с Лехой, и пару минут спустя пришёл Иваныч с доктором, а следом Вася привёл с собой Лёхину четвёрку бойцов.

После завтрака мы с Иванычем поднялись на мостик, где у штурвала стоял высокий парень и уверенно вёл корабль. Увидели проплывающий мимо нас буксир с баржей, капитаны приветственно посигналили друг другу.

— За кирпичом пошёл, — сказал я Иванычу, кивнув на буксир.

— Ага, это их единственная такая посудина самоходная.

— Что, никак на ход не поставят новый флот?

— Да поставили вроде, но что-то, — Иваныч скривился, — намудрили они там. У одного корабля вибрация такая на малом ходу, что позвоночник в трусы ссыпаться может, а для второго ёмкости под топливные баки не надут никак, двигателя то на оба корабля КРАЗовские поставили, ну который ЯМЗ. Железяка здоровая, прожорливая, а мощности двести сорок лошадок всего.

— Так у них вроде был нормальный моторист?

— Ага, был, — улыбнулся Иваныч, — он сейчас у нас в машинном командует.

— И как ты его переманил?

— Да не особо я его переманивал, просто рассказал про нас, про остров… Ну сам как-то и переманился, и ещё друга с собой привёл.

— Ясно. В Лесной заходить будем?

— Нет, сразу в обход материка пойдём. На, ознакомься, — сказал Иваныч и протянул мне вахтенный журнал.

— Так у меня вахта в обед, и потом под утро… пойду ка я покемарю малость.

— Ну иди, разбужу тебя.

— Договорились.

253 день. Поход по границам материка.

Я заступил на утреннюю вахту. Предыдущую отстоял без особых проблем болтая с Иванычем о всяком и о его новых башмаках, нечто среднее между мокасинами и кедами, которые наловчился шить из кожи один рукастый мужик на хуторе. Ещё отметили, что хорошо бы ремёсла развивать активно на острове. А сейчас я на мостике один, все спят. Но скучать не приходится, внимательно смотрю за приборами, делаю отметки в журнале по мере прохождения точек маршрута. Заступив на вахту, я всё ждал луну, но её не было. «Аврора» режет острым носом слабую волну в абсолютной темноте, как говорят — иду «по приборам», на крейсерской скорости в 11 узлов. Зафиксировал штурвал в специальный замок, и отошёл налить себе кофе из термоса. Да кофе, правда, в прошлой жизни я бы к такому не прикоснулся даже, а сейчас и эта бормотуха в радость ночной смене. Это Фима где-то подсуетился и купил коробку пакетированного кофе. Услышал шлёпанье ног по трапу и обернулся к двери.

— О Леха, чего не спишь?

— Хотел на луну посмотреть, специально проснулся.

— А что то нет её.

— Угу… что пьёшь?

— Кофе.

— А… эту морковку жаренную. Ну поделись.

— Да вон в крышку налей, он уже не горячий, термос паршиво держит, — сказал я, перешёл к штурвалу и отпустил фиксатор замка, — зато на рассвет посмотрим, тоже красивое зрелище.

— Это да, — ответил Леха, снял с термоса крышку и налив себе кофе, присел на баночку у иллюминатора, — вон он, начинается.

В абсолютной темноте, из-за очертившейся линии горизонта, на океан наползало тёмно оранжевое свечение. Спустя полчаса, уже небо впитывало в себя рассвет, и казалось вот-вот и покажется из-за горизонта солнце, но его всё не было, оно как будто выжидало, держала так называемую актёрскую паузу, и на конец, краешек оранжевого шара появился над горизонтом и сразу осветил всю видимую даль.

— Красиво, — вздохнул Леха.

— Ага.

— Сколько там до подъёма?

— Ну у тебя есть ещё пара часов подремать.

— А вот и пойду.

Леха ушёл, и я снова уткнулся в карту, потом посмотрел на радар, «где-то тут уже ЛЭП должна быть» — подумал я, и стал осматривать берег в бинокль. Линию ЛЭП мы пересекли через час, я внимательно разглядел федералку, упирающуюся в море и небольшой пустующий лагерь в виде двух навесов из веток, под одним из которых стоял микроавтобус. Это Сашино хозяйство, он здесь машины на запчасти разбирает. Сейчас там никого не было, может на обратном пути увидимся. Ну что, сделать записи в журнал, и можно устраивать побудку… всю вахту руки чесались это сделать.