Потерянный берег. Дилогия (СИ) - Побережник Николай - Страница 63

Маша подошла к окну и тихонько выглянула.

— Да, это из Матвеевских, я того рябого знаю. Может уже пойдем? — умоляющим голосом сказала она, — полтора часа до «фонарей».

— Тут второй выход есть? — спросил я.

— Нет только окно приема посылок в той комнате, — ответила Даша кивнув на филенчатую дверь.

— Иваныч будь тут, Жека пошли.

Мы открыли металлическую дверцу окна и вылезли на территории рынка, всем было на нас наплевать. Обошли по большому кругу телегу с наблюдателями и вышли им в тыл. Жека рубанул обоих прикладом, быстро и без суеты. Наблюдателей связали, снабдив кляпами и сложили в траве у поленицы дома у дороги, где Жека им еще добавил для надежности.

— Не убил? — спросил я его залезая в телегу.

— Не должен, хотя…

— Этого нам не надо.

— Приход нормалек словили, отпустит их не раньше часа точно.

Молодая кобылка резво домчала нас до дома сестер минут за десять

— Ну хватайте пожитки и вперед.

— Там отцовский трактор, он на ходу можете на нем до пирса, — указала Маша на сарай.

— Идите уже, разберемся, — зашипел Иваныч.

Беглянки забежали в дом, вместе с Женей, пока мы караулили, они сделали пару рейсов с тюками и чемоданами, погрузились. Телега тронулась и покатила вверх по улице упирающейся в таежный проселок. А мы с Иванычем решили все же заглянуть в сарай и мягко говоря охренели. В сарае стоял ISEKI Landleader — японский дизельный минитрактор, с небольшим прицепом, в углу вдоль стены стояли железяки навесного оборудования как то картофелекопалка, фреза и еще какие-то хреновины. Не сговариваясь мы начали все грузить в прицеп. Нашли пару канистр с соляркой, заправили. Покидали еще в кузов все что попалось под руку из инструмента. Иваныч не долго возился и завел трактор, подергал за рычаги и потом с довольным лицом скомандовал:

— Прыгай в прицеп, поехали!

До пристаней доехали по улице разрушенной волной за полчаса, и от тряски в прицепе, съеденный обед все время пытался выскочить наружу. Иваныч сходу загнал трактор на катамаран, чуть не свернув трап, но все обошлось и мы закрепили технику на палубе, даже успели отбалансировать нагрузку, переместив пару бочек и несколько ящиков от «военторга». На нашу суету особого внимания никто не обращал, охранник доложил, что все спокойно и нами никто не интересовался. Ожидая маму Алесея и его тетку, я весь издергался, и что бы отвлечься, я вскрыл один цинк и начал набивать магазины к АКМ-ам. Родные Алексея появились практически одновременно к моменту, когда сгустились сумерки и зажглись фонари уличного освещения. Я договорился с охранником еще за пару золотых, что бы он сам сделал все нужные отметки за нас, что мол некогда и хочется до темна выйти в открытое море. Тот понимающе кивнул и даже помог зацепить катамаран к «мандарину».

Из протоки «Мандарин» выскочил как пробка. Когда мы отошли от пристани, развернулись и пошли вниз по течению Иваныч первые полчаса матерился как сапожник пытаясь поймать скорость в натяг соответственно сильному течению Новой. Но вскоре приловчился и закурив успокоился. Семья Алексея сидела в каюте, я расположился на катамаране между ящиками на мешках с пшеницей с АКС-ом в руках, распихав за пояс шесть магазинов. АКС стоял в углу рубки и у Иваныча, там же на полу лежало несколько снаряженных магазинов. Нервозность конечно зашкаливала, и стало немного легче лишь тогда, когда вышли в открытое море. Покинув дельту взяли влево 60, и Иваныч уже внимательно следя за экраном на радаре перевел рычаг скорости на «полный вперед». Три вспышки от фонаря где-то наверху у скал мы засекли уже минут через тридцать, Иваныч дал ответные пару вспышек прожектором, и погасив скорость до малого начал разворот, что бы к скалам подойти катамараном. Размотав длинный линь, я забрался на небольшой выступ скалы и натянул его как можно сильнее талью. Слабая волна покачивала катамаран и скрежет алюминиевого поплавка о скалу сразу начал действовать на нервы, пришлось ослабить натяжение швартового и запихать между скалой и поплавком срезанный с «мандарина» кранец, после чего Иваныч заглушил двигатель. Фигуры на верху были едва заметны.

— Принимай, первая пошла! — услышал я голос Алексея.

Сгруппировавшись в позу эмбриона от страха, осторожно отталкиваясь от скалы руками и ногами спускалась обвязанная толстой веревкой Маша.

— Принял! — прокричал я вверх развязывая мудреные узлы, которыми была обвязана Маша, — Вытягивай!

Та же манипуляция была проделана и с Дарьей, Алексеем и с еще тремя десятками ящиков, ящичков и каких-то тяжеленных брезентовых свертков. В общей сложности погрузка заняла около двух часов, все пришлось делать практически на звук и на ощупь. Когда спустились Алексей и Жека, еще час ушел на балансировку крена и крепление груза.

Я, Иваныч, Алексей, Жека и Василий сидели на ящиках в окружении огромной кучи багажа, клеток с птенцами и уже прилично обгадившими палубу катамарана баранами.

— Постоим еще пару часов, и потом до дому, — сказал Иваныч закривая

— Иваныч отошел бы ты с сигаретой к борту а? Тут же бочки с бензином, да и ты на непростом ящике сидишь, — сказал Алексей, пнув ногой по ящику.

— А что тут?

— А сюда Вася наложил всякого взрывоопасного.

— Да ну вас в баню, — ответил Иваныч подскочив и выбросив окурок в воду, — пойду на «мандарин», чайник поставлю.

— Да, предлагаю перекусить, — добавил я, — Жека, ты как самый молодой остаешься бдить

— Понял чо, — ответил тот.

После волны. День 119

К Сахарному подошли на рассвете и долго занимались разгрузкой. Потом все собрались на завтрак, познакомиться с вновь прибывшими и послушать новости, не очень радостные надо сказать. Затем всех женщин прибывших с нами Светлана и Лидия Васильевна увели расселяться. Пришлось опять потесниться, ну пока так. А вообще, надо опять делать перерыв в походах и выделять время на быт и обустройство, да и близким надо время уделить, Андрей с Дениской прилипли вот и не отходят. Иваныча после завтрака срубило и он ушел отдыхать, устал… почти весь поход за штурвалом. Василий с Жекой меня отозвали к мастерской побеседовать.

— Сергей, мне Леха конечно рассказал про вас и про то как вы тут живете, — начал Вася, — но пойми правильно, я здесь оказался из-за обстоятельств, которые лично мне еще аукнуться. С Лехой у меня расчет можно сказать по полной и я с первым вашим рейсом уйду в Лесной с частью того железа что мы эм… взяли.

— Твое право, — ответил я, — здесь все добровольно, и за помощь железом огромное спасибо. Ближайший рейс пока даже не планируем, сам видишь, надо тут разгрести все и помочь со стройкой.

— Это понятно, особо не тороплюсь да и помогу вам лишними руками, вроде из того места растут, — улыбнулся он, — а Жека вот еще не определился, думает, что делать дальше.

— Ага, думаю, — кивнул Жека, — ну и это, пока помогу тут вам если чего надо.

— Ну… время есть, решай, — ответил я ему.

К нам подошел Алексей и поинтересовался:

— Ну что, обсудили?

— Да а что тут обсуждать, «Колхоз дело добровольное», — ответил я.

— Ну и хорошо, пошли тогда отберем то, что у нас остается, а что Вася с собой заберет.

Оружия Алексей с Василием «приватизировали» не много, в основном боеприпасы и… ну поехали по порядку:

Патронов много не бывает, и их было всего 16 ящиков, разных, два из которых Василий сразу отложил, так же он отобрал два АКМСа, их было всего 8, десяток РГО-шек и один из трех ПКМ-ов с двумя коробами — сотками.

— Мне достаточно, — сказал Василий, — и это, если Жека решит не оставаться с вами, надеюсь, он тоже не будет обделен «выходным пособием»?

— Может хоть сейчас взять.

— Потом возьму, нафига оно мне сейчас то.

Еще из «подарков» от Василия нам досталось немного взрывного хозяства, которое Алексей сразу унес прятать подальше, радиостанция Р-123М с антеннами 4-х и 11-ти метровыми, здоровый тюк с парой десятков комплектов «флоры», несколько разгрузочных жилетов — «лифчиков» и целых две коробки хозяйственного мыла.