Рыжее братство. Трилогия (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 188

– Ты знала? Еще тогда знала? – Лакс будто услышал чтото доступное лишь ему одному, и глаза парня изумленно, настороженно расширились.

– Знала что? – вместо меня переспросил запутавшийся в наших метафизических выяснениях отношений и обладавший достаточной наглостью, чтоб это признать, Фаль.

– Карниалесс сказал, что это была моя троюродная сестра Неальдиль, невеста, назначенная князю… То есть мне… она помнит нашу встречу и мечтает о новой… – виновато, радостно и чуточку сварливо признался рыжий и только потом удивился: – Я слышу Лес и сейчас…

– Может быть, ты и не согласился стать князем Карниалесса, но он, как я погляжу, уже признал им тебя, – констатировала попрежнему с мирным спокойствием, придавившим все истинные эмоции тяжеленной чугунной плитой. – Тебе предлагают очень интересную и важную судьбу. Никто из нас не даст совета, как поступить правильно, выбор ты должен сделать сам.

– Я боюсь, – признался Лакс.

– Ну это нормально, – согласилась с ним, – если бы было наоборот, мы бы решили, что ты, приятель, свихнулся.

Лакс сцепил в замок руки, обхватил колени, опустил на них голову и задумался, минуты текли, мы молчали, замер, кажется, в напряженном ожидании и сам Лес, замер, стараясь не выдать себя ни звуком, ни запахом, ни мыслью. Он ждал и надеялся. Наконец рыжий глубоко, почти судорожно вздохнул и выпалил:

– Я хочу попробовать. – Он вскинул голову. – Вы хоть на коронацию останетесь?

– Вообщето я предпочла бы закончить дела с озером, а потом уже с полным правом гулять на коронации друга! – ответила твердо. – Как считает Карниалесс, мы сможем уложиться со сроками?

– Сможете, коль захотите, сильфовы круги есть в предгорьях Недранга, а посвящение будет через пять дней, когда я пройду все положенные ритуалы очищения, освящения, просвещения… Да и парадное одеяние еще не сшито… – выступил переводчиком наш приятель, находящийся в телепатической связи с разумным Лесом, и вздохнул уже от себя: – Ты уже все решила, ты уходишь…

– Я хочу жить свободно, не вздрагивая от каждого шороха за спиной, не ожидая каждую секунду вмешательства в мою судьбу высших Сил, знающих наперед, как лучше будет для меня. Хочу действовать сама и не позволю другим делать выбор за меня, а если буду совершать ошибки, пусть это будут мои кровные ляпы! – горячо заявила я и спокойнее завершила: – Мне нужно к озеру, Лакс, зато потом смогу вернуться и понастоящему оттянуться, наблюдая, как тебя производят в официальные князья Карниалесса! Думаю, мы все желаем насладиться этим зрелищем и попробовать праздничные блюда эльфийской кухни! Так что не прощаюсь, до новой встречи! Впрочем, если ктото желает подождать меня здесь, отдохнуть, погулять, я не обижусь.

– Оса, что ты городишь? – Кейр глянул на меня, как мамаша на неразумное дитя, вздумавшее отведать куличик из песка. – Мы твои телохранители!

Гиз же и вовсе только кивнул, не удостаивая меня более развернутым ответом, и отвернулся. Почему? Я его разве обидела? Странно…

Фалю как проводнику по сильфовым кругам идти пришлось бы в любом случае, но, кажется, мотылек не слишком огорчился. Вкусная еда хоть и была одной из самых больших радостей его жизни, но преданность дружбе у паренька перевешивала тягу к кулинарным изыскам эльфов, тем паче что Кейр успел сложить в седельные сумки немало съестного, принесенного нашими гостеприимными хозяевами на полянку.

Оставаться, чтобы подремать несколько жалких часов до утра, а потом заново устраивать душераздирающую процедуру прощания, мне не хотелось. Так и до истерики на глазах у бывшего парня недалеко (теперь уже бывшего, какие бы сомнения по этому поводу ни питал сам рыжий вор!). Сборы были недолгими. Мы все по очереди, даже Гиз, обняли Лакса. Я в последний раз зарылась лицом в его рубашку, вдохнула свежий травяной запах, в носу предательски защипало. Поскорее отстранившись, забралась в седло и, спрятавшись в гриве Дэлькора, попросила:

– Ты все можешь, выбери через сильфов круг местечко в Недранге поукромнее, чтобы нам оказаться поближе к Черному озеру и тройку часиков до утра соснуть в безопасности.

Дэлькор сосредоточенно всхрапнул, тряхнул гривой и птицей взлетел над кругом. Фалю досталась более простая задача: уловить, куда подался эльфийский конь, и перебросить следом за ним двух моих телохранителей.

Глава 24

Своя дорога

Главное достоинство сильфовых кругов – их расположение! Сильфы, хоть и росточком невелики, не дураки, умеют выбирать для своих игрищ не только скрытые от посторонних глаз, но и чрезвычайно живописные места! Вот и сейчас Дэлькор перенес нас в укромную луговину между зелеными холмами. Даже в полумгле и клочьях тумана их сочнозеленый цвет ласкал зрение, а отдаленный плеск намекал на близость небольшой речки.

Конь вынес меня из круга, я спешилась, сняла со спины свои сумки. Гиз с Кейром подоспели практически одновременно. Сильф не схалтурил при переносе, мужчины отстали от меня всего на несколько долей секунды.

– Хорошее место, спокойное. Здесь и обоснуемся, в таком тумане все равно ни бельмеса не видно, – прислушавшись, констатировал Кейр.

– Рано еще, подремли, магева, – порекомендовал Гиз со странной заботой. – Мы покараулим.

– Ага, ладно, только и вы ложитесь, чего без толку в туман пялиться. Бдительность штука важная, достойна всяческого уважения, но магическая защита у меня постоянно действует, если что врага задержит и шум поднимет, всегда очнуться успеем, чтобы трупы прикопать, – согласилась я.

– Чуешь что, магева? – враз насторожился Кейр.

– Нет, напротив, безопасно тут, не думаю, что до обороны дело дойдет, – отмахнулась я и, отвернувшись от мужчин, занялась сундуком, в недрах которого прятался матрас. Занимаясь делом, можно было не смотреть на спутников и не давать им возможности смотреть на себя. В тумане искать топлива на костер не стали, улеглись так, прикрывшись плащами, я некоторое время полежала, дожидаясь, пока выровняется дыхание мужчин, а потом встала тихотихо. Дэлькор, пособачьи прикорнувший рядом, повернул морду с вопросом в умных глазах. «Спи, все хорошо!» – шепнула ему. Жеребец тут же снова бесшумно опустил голову на скрещенные длинные ноги. Я, стараясь ступать бесшумно, как эльф, двинулась с поляны в сторону говорливой речушки, туда, где и звук шагов, и все другие звуки заглушала бегущая вода.

Чуть подальше от бивуака рискнула и зажгла небольшой шарик света, чтобы не споткнуться и не загреметь в речку. Как ни было хреново на душе, топиться я вовсе не собиралась, просто мне необходимо было выплакаться, выплеснуть разочарование и обиду за неожиданный поворот судьбы, забравшей у меня Лакса. Чтото мудрое во мне прекрасно понимало: судьба рыжего вора выбросила шанс один на миллион, он станет князем эльфов, а мне, даже с титулом друга эльфов, такой жизнью не жить, тем паче что уже и невеста ему назначена, но сердцето не заставишь враз позабыть обо всем, что было. Поэтому я выбрала самый доступный из всех способов, чтобы справиться с бедой, – села на камень поудобнее, закрыла лицо руками и зарыдала.

Я оплакивала разлуку с другом и любовником, ее неизбежную предопределенность и закономерность. Нет, я отказалась от права бороться за право быть рядом с Лаксом не из слабости или страха перед препятствиями. Дело было в другом: слишком хорошо знала, именно знала, как аксиому: его место там, мое на дороге. Остаться – значило бы предать его и себя, ту новую меня, которую поманил путь, на котором я могла быть кемто большим и иным, чем прежде. Именно поэтому с таким пылом стремилась обрести независимость от тех, кто мог играть моей жизнью по своему усмотрению. А мой рыжий приятель… Его дорога привела домой, он выбрал еще раньше, чем согласился с этим сам, выбрал, когда ушел в Карниалесскую Рощу памяти без нас и вернулся оттуда иным. Я не сказала и не знаю, заметили ли друзья, но глаза Лакса стали ярче и больше, обрели эльфийскую звездность, завораживающую людей, острый нос утратил свою нетипичную восхитительную остроту, стал изящным и тонким. Уже тогда я поняла: уходил мой Лакс, а вернулся другой. Это не было плохо, так должно было стать, но мне сделалось больно, в том числе и от сознания неизбежности и правильности происходящего. Мудрая магева все понимала, а девчонка переживала и плакала тайком от друзей, чтобы не расстраивать их и не объяснять происходящего. Поди попробуй объяснить другим, когда и себето до конца объяснить не в состоянии. Пусть лучше спят…