Галактики как песчинки - Олдисс Брайан Уилсон - Страница 17

— Я просто высказал своё мнение, — буркнул Дэви.

Он хотел сказать это с достоинством, даже с вызовом, но в такой изысканной обстановке фраза прозвучала неубедительно.

— Хорошо, — тихо произнёс Инальд Уатт, рассматривая свои пальцы, словно видя их впервые. — Поверьте, мы хорошо отдаём себе отчёт в том, как мог смотреться такой экземпляр, как Ишраиль, в Берхаре. Но здесь, на “Сибирквине”, мы очень часто сталкиваемся с подобными явлениями.

— Мы не такие уж простофили у нас в Берхаре, — обиделся Дэви, по-своему трактуя утверждение Уатта.

Уатт печально склонил голову, как бы подтверждая справедливость ремарки.

Сознавая, что он опять оказался на грани всеобщего посмешища, Дэви одёрнул тунику и терпеливым тоном принялся за пояснения:

— Я приношу свои извинения за то, что проделал весь этот путь сюда и теперь досаждаю вам, сэр. Но я чувствовал потребность увидеть собственными глазами то, что вы делаете с Ишраилем. Я имею в виду, делаете ли вы вообще что-либо.

— Мы сделали много, — спокойно ответил Уатт. — Это хорошо, что вы прибыли сюда. Все мы с готовностью подтвердим, какое большое внимание уделяется Ишраилю.

Он кивнул и улыбнулся. Все последовали его примеру. Они все пережили очень трудные дни — и что же? Уатт хотел дать Дэви шанс, но тот уловил в голосе директора нотку упрёка и вспыхнул, как мальчишка под строгим взглядом учителя.

— Откуда я знаю, что вы здесь делаете? — пробормотал он. — Я просто чувствовал себя обязанным приехать и посмотреть.

Тень раздражения мелькнула на лице Уатта и исчезла.

Брат Шансфор, хорошо зная своего директора, боялся осложнений; директор — не из тех, которые прощали того, кто им не нравился. Дэви попал в немилость; вместо обсуждения встреча грозила перейти на личности.

Почувствовав нечто подобное, Дэви решил ретироваться и повернул разговор в иное русло.

— Я видел, что Ишраиль не в себе! — воскликнул он, и сразу же эта дурацкая фраза разрядила обстановку.

Сейчас они все видели в нём обыкновенную глупую деревенщину, не способную оценить ситуацию.

— А теперь — некоторые факты, — сказал Уатт, листая бумаги. — Они объясняют наши исследования, э-э, пациента и, я искренне надеюсь, развеют ваши тревоги и чувство неопределённости, которые, возможно, вас обуревали.

— Расскажите ему об экспертах, Инальд, — подсказал Шансфор.

— Да, да, — подхватил Старший Брат. — Эти записи — выдержки из заключений экспертов данного и других кораблей-больниц, которые исследовали, э-э, Ишраиля, как он называет себя. Пожалуйста, присаживайтесь, мистер Дэл, и расстегните тунику.

Дэви мгновенье колебался, затем послушно сел, небрежно расстегнул тунику. Трое остальных членов совета восприняли происходящее как команду удалиться.

— Итак… — начал Уатт, прочищая горло и уставившись в бумаги, лежащие перед ним. — Сразу же предлагаю перейти прямо к фактам, хорошо?

— Вечером тридцать первого, последнего месяца Фай, Ишраиль был обнаружен в полубессознательном состоянии, голым в амбаре неким Джорджем Фанди, работником фермы Брунделла, в провинции Берхар. В первое время казалось, что Ишраиль совсем не мог говорить. Фанди закутал его в мешковину и поместил в свой фургон. Утром Ишраилю стало лучше, хотя, по-прежнему, память ещё не полностью вернулась к нему. Затем он заговорил на нашем языке и, заметьте, отлично заговорил. Это очень важно, мистер Дэл, ибо отбрасывало любые сомнения о его, м-м-м, галактическом происхождении.

— Но он объяснил… — начал Дэви.

— О, да! Он объяснил все, мистер Дэл. Но давайте, вернёмся к истории болезни.

— Ишраиль оставался в фургоне до следующего утра, тридцать третьего дня Фай, когда Фанди решил доставить его к Брунделлу. В это время он и познакомился с вами и Остраханом — местным доктором. Были также приглашены представители полиции провинции, которые попытались выяснить местопребывание Ишраиля до того, как его нашёл Фанди, Но сделать это не удалось.

— Очко в пользу Ишраиля, — сказал Дэви.

— Маленькое очко в пользу Ишраиля, — уточнил Уатт. — Вот так все и произошло. Похоже, вы единственный, кто поверил в его сказку, Дэл, и, зная моего друга Шансфора, вы решили привезти Ишраиля сюда, на наше попечение. Очень мудрый поступок, если позволите назвать так ваши действия.

— Я сделал это ради благополучия Ишраиля, ужасно огорчённого тем, что никто не верит ему, — сказал Дэви. — Я видел, что вскоре он и сам усомнится в своей нормальности; как вы знаете, Ишраиль только что перенёс сильнейший стресс. Когда я узнал, что “Сибирквин” у побережья, то поспешил связаться с вами. Я хотел, чтобы вы доказали ему, что он — в норме. Вы должны были оказать ему всяческую поддержку!

Кашлянув пару раз, Инальд Уатт продолжил читать отчёт, словно не слыша Дэла.

— В течение последних тридцати двух дней, — читал он ровным голосом, — Ишраиль находился здесь, на борту корабля. Его тщательно и всесторонне обследовали.

— Первым делом, естественно, осуществили физиологическую проверку, результаты которой подтвердили, что в его организме отсутствуют аномалии. Все кости на месте; ни одной унции лишних хрящей; нет лишних лёгких; даже нет, — тут он позволил себе усмехнуться, — скрытых щупалец. Во всех отношениях Ишраиль физически нормальный человек, рождённый на Земле и который умрёт на Земле. Думается, мы смогли бы обнаружить некоторые небольшие отклонения от нормы, будь он, как сам заявляет, м-м-м, представителем некоей галактической жизни.

— Почему? — горячо воскликнул Дэви. — Разве эволюция не может идти одним и тем же путём на двух разных планетах?

— А ведь это ещё одно очко в его пользу, Инальд, — смутившись, пробормотал Шансфор.

— Очко, которое мы не учли, — согласился Старший Брат и продолжил: — Чем обусловлен следующий мой шаг в нашем исследовании? Знаете ли, нас до такой степени поразило практическое отсутствие изъянов в логике доводов Ишраиля, что мы не отважились перепроверить их сами. Я лично встречался е Представителями Совета Астрономов, и расспросил их о жизни на других планетах.

Он сделал выразительную паузу. Дэл ждал.

— Представители Совета Астрономов, — медленно продолжал Уатт, — рассказали мне, что вероятность жизни на других планетах — не принимая во внимание простейшие грибки на Марсе, — не подтверждена. Более того, они сообщили мне, что свидетельств существования планетарных систем, помимо нашей, не имеется. А также пояснили, что, согласно различным древним источникам, с Земли, время от времени, запускались космические корабли к другим системам. Но факт их возвращения не подтверждён ни в одном из документов. Их вывод — у космических путешествий нет будущего.

Дэви больше не мог сдерживаться.

— И вы называете это — не отважились проверить?! — закричал он, вскочив. — О Господи, кто я, чтобы спорить с Представителями Совета Астрономов? Но что они знают обо всём этом? Они ведь не эксперты по космическим путешествиям!

— Согласен, — сказал Уатт.

В его голосе послышался металл.

— Экспертов в вопросах космических путешествий не существует вообще, за исключением, может быть, нескольких компаний авантюристов, которые установили свои жалкие вышки на Луне в надежде найти полезные ископаемые или что-либо подобное. Спекуляция! Самое подходящее слово для обсуждения этой темы. Да садитесь же, мистер Дэл, пожалуйста!

Садиться — именно этого сейчас не хотелось делать Дэви. Он пытался апеллировать взглядом к Шанс-фору, но тот пристально смотрел в огонь. В подавленном настроении Дэви снова плюхнулся в кресло.

— Продолжайте, — жёстко сказал он. — Какой ваш следующий пункт?

Прежде чем начать, Уатт обдумывал, стоит ли вообще продолжать.

— Теперь я представлю результаты обследования Ишраиля с другой стороны. Я имею в виду психологическое обследование, а данная область — именно та, в которой, уверяю вас, мы действительно эксперты. Повторю без ложной скромности — эксперты.

— На наше рассмотрение представлен документ — заявление Ишраиля, составленное на основе многочисленных наших с ним бесед. Вкратце оно содержит факты, касающиеся жизни Ишраиля: как он рос, стал адмиралом флота Проникателей — используя его собственную фразеологию, — потерпел поражение в какой-то битве и в конце концов был вынужден приземлиться.