Путь Сашки. Книга вторая (СИ) - Максимов Альберт - Страница 62

Увидят стражники четверых людей вместе, не разглядят сразу, что он из них раб, придерутся, будут выяснять, кто, да что они делают в славном Лоэрне. Хорошая предосторожность по нынешним временам. Ведь стражники-хаммийцы лютуют на улицах города. Даже мать с тремя детьми, мал мала меньше, подпадает под действие закона. И дети в Лоэрне, не научившись еще ничему, первым делом учились считать до четырех. И если к трем играющим ребятишкам присоединялся четвертый, совсем несмышленыш, бдительные хаммийцы волокли их в суд и детишки уже к вечеру становились чьей-то собственностью. Как правило, самих зорких хаммийцев. Ведь покупали они новообретенных рабов по смешным ценам.

Обо всем этом ребята Лайса знали, поэтому и шли с такой предосторожностью. Но только не учли, что хаммийцам уже давно законы стали узки. Вот идут два парня. Крепкие, широкоплечие, но… свободные. А могли бы быть уже к вечеру их рабами. Себе оставить, купив за полцены, или продать соседу, тоже хаммийцу, владельцу грузового двора, с неплохой наценкой - выбор всегда оставался.

Из двух пар стражникам приглянулась та, что шла сзади. Белка и Длинный Ёки. Подскочив к парням, стражники без разговоров повалили тех на землю и умелыми движениями быстро связали им руки сзади.

- Эй, вы, двое! Проходите, не задерживайтесь!

- Господин стражник, а что они сделали?

- Нарушили закон о запрете сбора больше трех человек.

- Но их двое.

- А с вами будет четверо. Будете болтать, сейчас и вас пристегнем. Проваливайте!

Вторая пара повернулась и пошла дальше. Маркиз впал в ступор. Что делать, ведь старшим в их четверке был Белка? Но Ловкач сориентировался быстро.

- Давай к Лайсу! Он что-нибудь придумает. Или выкупит парней.

Лайса разыскали не так быстро, Маркиз совсем раскис и запутался, а Ловкач с его рабской прической не мог прилюдно командовать свободным человеком.

На заседание суда Лайс почти опоздал. К счастью, дело Белки и Длинного Ёки рассматривали самым последним. Как раз начали давать показания стражники. Судья, молодой, но уже толстый человек, которого все за глаза звали Боровком, слушал стражников вполуха. А зачем? Все повторялось изо дня в день. Только успевай выносить приговоры. А вечером расстегивать кошелек.

- Их было четверо, господин судья. И еще они возводили хулу на нашего короля. Этих двоих мы поймали, двое других сбежало. Мы не могли поймать тех двоих, ведь эти двое отчаянно сопротивлялись. Мне даже руку поцарапали, а Сулиму шлем опрокинули.

- Это ложь! Нас было двое и мы не сопротивлялись.

- Завяжите им рот. Мятежникам слова не дают. Вот так. Уже лучше. Сразу видно, что это мерзавцы и закоренелые негодяи. Мне все ясно. Я не имею оснований не доверять нашим уважаемым стражникам. Других свидетелей нет. Объявляю…

- Как нет? Я свидетель! - Лайс поднялся со скамьи. - Господин судья…

- Молчать. Я не давал слова всякому сброду. Молчать или, негодяй, отправишься в тюрьму.

- Негодяй? А ну-ка, боров, быстро извинись!

- Эй, стража, взять бунтовщика!

Лайс выхватил меч.

- Кто смеет поднять руку на воина личной сотни его величества Пургеса Первого? А?

Стражники суда, было дело бросившиеся к Лайсу, остановились и даже повернули назад. Схватиться на мечах с одним из лучших воинов королевства? Зачем? То ли дело пьяные булочники.

Боровок закашлялся.

- Э-э, вы из личной сотни его величества? Но я же не знал. Простите, не знал. Так вы свидетель? Слушаю внимательно вас.

- Эти двое шли вдвоем, никого не трогали, а эти напали на них, скрутили и потащили сюда. Никто стражников не трогал даже пальцем. Я все видел.

- Ах, так. Объявляю этих двух молодых людей невиновными. Они могут быть отпущены после внесения в королевскую казну пошлины за сегодняшнее судебное заседание.

- Как пошлины? Они же невиновны.

- Да, поэтому могут быть свободны после уплаты пошлины. Заседание же было? Размер пошлины обычный - одна серебрянка.

- С каждого?

- Нет, что вы. Одна серебрянка за одно судебное разбирательство.

- А если бы их признали виновными?

- Тогда по закону каждый должен уплатить по триста серебрянок штрафа. Если нет денег, то отправлен в долговое рабство. Плюс с обоих одна серебрянка за ведение судебного разбирательства…

- Вот деньги. Едете в Гендован. Попробуйте найти поставщика листьев. Ловкач из местных, должен помочь. Представитесь удачей из Лоэрна. Для наглядности вот вещички, что взяли у того чинуши. Хотя и представляться не надо, мы и так, выходит, удача.

Опасаясь очередного казуса со стражниками, Лайс вызвался проводить своих людей до пределов Лоэрна. На улицу они выехали без боязни. Четверо свободных людей и парнишка-раб. Но кто посмеет остановить королевского солдата? Спокойно проехали по полупустынным улицам, выбрались за городские ворота и направились на север, в ларскую сторону.

Дорога Лайсу была знакома: она проходила мимо земель, принадлежавших его семье. А вот и знаменитая священная роща Лоэрна, личная собственность короны. Дубовая роща с многовековыми деревьями стояла с древнейших времен, со времени первых королей Лоэрна, когда еще герцоги Атлантиса назначались королем, а те из наместников десяти провинций, кто терял доверие короля, украшал ветви самых старых дубов. Давно уже герцоги перестали подчиняться короне Лоэрна, сменилась династия, да уже и не раз, но поверье, что до тех пор, пока стоит священная роща, Лоэрн сможет вновь объединить все земли Атлантиса, окрыляло надеждой не одно поколение лоэрнцев.

Теперь же перед взором Лайса и его спутников предстали свежеспиленные пни, где раньше роща подходила к дороге. Основная ее масса еще стояла целой, но рабы, подгоняемые хлыстами смуглых хаммийцев, усердно работали топорами. Невдалеке появилась небольшая группа вновь пригнанных рабов, в которой они заметили знакомые лица. Это были вчерашние спутники Белки и Длинного Ёки по суду. Но у них не оказалось заступника, и Боровок на основе заявления стражников приговорил их к долговому рабству.

Как хаммийцы получили право на вырубку священной рощи, Лайс узнал от своего десятника. Оказывается, к этому непосредственно приложил руку командир их сотни, один из наиболее влиятельных людей в королевстве. За рощу планировали взять в казну пятьдесят золотых, но король Пургес вмешался и потребовал назначить правильную сумму. Пришлось поднять цену на десять золотых. Зато потом их командир хвастался, как он защищает интересы казны. То, что действительная ее цена была минимум на порядок больше, знали многие. А вот сколько положил в карман от этой сделки их командир не знал никто. “Не меньше сотни золотых” - сказал десятник Лайсу.

Проводив своих людей до границы с Ларским графством, Лайс вернулся обратно, а его спутники продолжили путь на север. Дорога вела в Ларск, где они и остановились на постоялом дворе. Здесь они задержались на несколько дней, поражаясь, насколько разительно Ларск отличается от Лоэрна. И город в несколько раз меньше столицы, что было понятно, но обилие людей на улицах после вымершего Лоэрна их изумило. Лоэрн, где даже вдвоем, как это убедились приезжие, было опасно ходить по улицам и Ларск, с постоянной толпой, свободно перетекающей по торговым улицам города.

Ларцы знали о таком контрасте и гордились своим городом. Несколько лет им владел герцог Пиренский, известный под именем Черного Герцога. Тогда Ларск пришел в запустение, но с коронацией их законного графа, вновь расцвел. Граф оказался совсем юным, ровесником Ловкачу. Да и к тому же, как они узнали, был безруким. В Лоэрне даже этот факт никому не был известен. Да и откуда? Ведь собираться больше трех, было запрещено, вот люди в основном и сидели по домам.

В последний день их пребывания в Ларске, Ловкач со своими старшими спутниками увидел графский выезд. Люди на улицах приветствовали своего властителя. Поглядеть подбежал и Ловкач. Ларский граф, торжественно проехавший на великолепном вороном коне, оказался удивительно похожим на Обрубка, отверженного мальчишку из их бывшей удачи. Надо же, сколь похож, и тоже безрукий! Бывают же совпадения!