Происхождение партократии - Авторханов Абдурахман - Страница 115

Вот этой цели и служила работа Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916). Как в этой работе, так и в серии последовавших за ней статей, Ленин радикально перевернул схему Маркса — пролетарская революция не обязательно должна начаться на промышленно развитом Западе, она может и даже вероятно начнется на отсталом Востоке.

Это вытекало, по Ленину, из «имманентных» законов неравномерного развития отдельных стран при империализме, которые не были известны Марксу и Энгельсу, так как они не дожили до века империализма (конец XIX и начало XX века).

Ленин доказывал, что капитализм на его нынешней империалистической стадии развития представляет собою цепь мировой политической

и хозяйственной системы, которая прорвется в ее «слабом звене», а потом за этим «слабым звеном» потянется и вся цепь.

Таким «слабым звеном» в данном случае Ленин считал Россию, пророча одновременно, что пролетарская революция в России явится началом мировой революции. Ленин считал, что при империализме войны неизбежны, а результатом войны обязательно будет пролетарская революция.

Ленин писал: «Ужасы, бедствия, разорение, одичание, порождаемые империалистической войной, все это делает из достигнутой ныне ступени капитализма эру пролетарской, социалистической революции» (Ленин, Сочинения, т. XX, стр. 301).

Сам Ленин не очень верил в «имманентность» открытых им новых законов империализма. Поэтому по-прежнему у него на первом плане стояла «воля к революции», как организованное выражение «воли к власти». Ленин молчаливо допускал, что 1) пролетарская революция даже и при империализме не является неизбежным концом развития буржуазного общества, но ее можно и нужно искусственно организовать и 2) рабочий класс, призванный, пo-Марксу, быть могильщиком капитализма и организатором социализма, никогда не может быть сам по себе ни тем, ни другим, если ему извне не привьют искусственно идей революции и социализма («Что делать?»).

Вот все те предпосылки, исходя из которых Ленин разработал то главное, что считается специфическим продуктом его ума — учение о кадровой партии, учение об организации революции, учение о диктатуре монопартийной власти.

Счастливые стечения обстоятельств и удачно сложившаяся для Ленина внутренняя и внешняя обстановка России к октябрю 1917 года позволили ему легко осуществить свой план организации революции.

В успехе Ленина, несомненно, играет свою роль и сама моральная философия большевизма.

Еще Макиавелли знал, что мораль и политика противопоказаны друг другу, у Ленина они противопоказаны абсолютно. Абсолютная свобода от моральных норм людского общежития была монополией большевизма. Она же была и их преимуществом перед незадачливыми рыцарями русской демократии.

Когда Ленина и Зиновьева обвинили (в сообщении министерства юстиции) в получении немецких денег, то этим обвинением были более всех возмущены как раз лидеры меньшевиков (Чхеидзе, Мартов, Церетели, Суханов). Они даже провели в ЦИК Советов резолюцию в защиту Ленина как жертвы клеветы и от имени ЦИК попросили столичные газеты не печатать правительственного сообщения о немецких деньгах, пока Совет не разберется в этом обвинении.

Совет так и не разобрался, ибо Ленин, вопреки своему первоначальному письменному заявлению от 7 июля, отказался явиться для дачи объяснения перед комиссией ЦИК Советов. Зато разобралась сама история. Публикация официальных документов из архива германского министерства иностранных дел после второй мировой войны (Germany and Revolution in Russia, 1915–1918, edited by Z. Zeman, London, Oxford University Press, 1958) уже не оставляет никакого сомнения в получении Лениным немецких денег.

Однако, как мы уже писали, не столько Ленин был немецким агентом, сколько наоборот, немецкий Генеральный штаб был агентурой Ленина по финансированию большевистской революции. В вопросах поражения России в войне интересы кайзера и Ленина шли рука об руку.

Ленин прямо писал в марте 1915 года в резолюции конференции заграничных большевистских групп: «поражение России при всех условиях представляется наименьшим злом». («КПСС в резолюциях», ч. I, стр. 239), а лозунг «превращение империалистической войны в войну гражданскую» внутри России Ленин провозгласил еще в ноябре 1914 года (там же, стр. 324).

Ленин справедливо считал, что не классовая борьба внутри страны, а лишь одна внешнеполитическая катастрофа России дает ему шансы для захвата власти.

Превознося до небес дар предвидения Ленина, идеологи Кремля молчат о том, что его научные предвещания в отношении перспектив мировой революции и мирового социализма оказались сущей утопией. В трех кардинальных пунктах перспектив общественного развития пророчество Ленина оказалось ложным.

Пункты эти следующие:

1. Ленин писал, что империализм есть последняя, догнивающая фаза капитализма, что капиталистический империализм обречен на скорую смерть. Вот его вывод: «Из всего сказанного выше об экономической сущности империализма вытекает, что его приходится характеризовать, как переходной или вернее, умирающий капитализм» (Ленин, Сочинения, т. XIX, стр. 173). Вот уже 70 лет, как этот капитализм «умирает» и никак не помрет! Причем наиболее эпохальные открытия в области науки, техники и технологии сделаны именно этим «умирающим, загнивающим» капитализмом. Даже Его Величество мировой пролетариат уже не тот — он обуржуазивается, постепенно превращаясь в среднее сословие индустриального общества (только неисправимые советские догматики могут все еще проповедовать теорию Маркса и Ленина об «абсолютном обнищании рабочего класса»).

2. Ленин думал, что он научно доказал, что русская революция неизбежно явится началом и первым этапом мировой революции. Ничего подобного не произошло. Коммунистические режимы в Восточную Европу были принесены на штыках Красной армии и держатся до сих пор именно на этих штыках, а в Китае Мао Цзэ-дун победил, проповедуя идеи национализма и аграрных реформ, то есть, по существу, под знаменем буржуазной революции.

3. Ленин думал, что между коммунистическими странами не будет границ и они составят «всемирную Советскую республику» (Ленин, Сочинения, т. XXIV, стр. 150), а что же получилось на деле? Получилось то, что созданные самим Советским Союзом новые коммунистические государства не только не захотели войти в «мировую Советскую республику», но, наоборот, их приходится вновь и вновь оккупировать, чтобы они оставались коммунистическими, а «мирное» сосуществование между двумя коммунистическими колоссами — СССР и Китаем — держится на периодическом кровопускании на их границах. Причем, все они клянутся именем Ленина!

Не сбылись пророчества Ленина и в отношении перспектив внутреннего развития советского общества и государства. Укажем только на важнейшие из них:

Ленин писал в резолюции, принятой на апрельской конференции партии в 1917 году, что советская республика явится новым «типом государства без полиции, без постоянной армии, без привилегированного чиновничества» («КПСС в резолюциях», ч. I, стр. 352). Но как раз на этих «трех китах» и держится коммунистическая диктатура вот уже более полувека.

В книге «Государство и революция», изданной через 15 месяцев после захвата власти большевиками, Ленин писал, что в полном согласии с учением марксизма будет происходить процесс отмирания государства. «Вместо особых учреждений привилегированного меньшинства само большинство может непосредственно выполнять это, а чем более всенародным становится выполнение функций государственной власти, тем меньше становится надобности в этой власти… Полная выборность, сменяемость в любое время всех без изъятия должностных лиц, сведение их жалованья к обычной зарплате рабочего служат мостиком к социализму» (Ленин, Сочинения, т. XXI, стр. 398–399).