Сапфир и шелк - О'Грейди Лесли - Страница 1

Лесли О`Гейди

Сапфир и шелк

Глава 1

Едва забрезжил рассвет, бодрый лорд Силверблейд покинул спящую в летнем домике возлюбленную, чтобы в одиночестве насладиться прелестью раннего весеннего утра. Не спеша он шел по усыпанной гравием дорожке, всей грудью вдыхая пряный запах сырой земли. Воздух приятно холодил его обнаженный торс. Став хозяином, он решил ничем не смирять буйство природы в этом дальнем уголке усадьбы. Садовники сюда не допускались. Сад, разбитый по обе стороны от дорожки, со временем превратился в чащу. На краю сада стояли, точно стражи, могучие дубы, закрывая это уединенное место от любопытных глаз своими густыми кронами.

Лорд оглянулся и улыбнулся от удовольствия. Летний домик, построенный по его прихоти в восточном стиле, расписной, с красной черепичной крышей, похожей на остроконечную шляпу с загнутыми вверх полями, казался волшебным. Такой же была и минувшая ночь, проведенная с женщиной. Сейчас холм, на котором размещалась усадьба, был погружен в тишину майского утра. Не было слышно ни птичьего щебета, ни шелеста ярко-зеленых листьев. И домик, где безмятежно спала возлюбленная, был тих. Но ночью он полнился сладострастными стонами и криками… И звонким смехом. Ах, Памела! Лорд усмехнулся, вспомнив о ласках и шалостях своей любовницы.

Внезапно тишину нарушил стук копыт. Но всадника нигде не было видно. Лорд насторожился. Сердце в груди радостно забилось. Предчувствие опасности действовало на него как вино.

Гнедой жеребец, великолепный в своей мощи, влетел на гребень ближнего холма. В лучах восходящего солнца конь казался красным. Из ноздрей его белыми клубами вырывался пар.

Всадник, обнимавший коня за крутую шею, был необычно мал. Вначале лорд решил, что это ученик конюха занимается выездкой породистого жеребца. Однако, всмотревшись в наездника, он немало удивился. Ему ли, при его богатом опыте общения с женщинами, не отличить юнца от девицы? Хотя всадница была стройной, как мальчик-подросток, и на ней была мужская одежда, сомнений быть не могло. Белая батистовая рубашка возбуждающе облегала изящное тело и маленькие округлые груди.

Оглядевшись, лихая наездница стремительно спустилась с холма и направила коня в его сторону. На несколько мгновений она исчезла из виду, а потом вдруг возникла из-за дубов и остановила своего могучего скакуна всего в нескольких футах от лорда Силверблейда.

Конь нетерпеливо приплясывал на месте, качал головой и косился на лорда. Хозяйка наклонилась к уху жеребца и что-то прошептала. И снова лорд удивился. Потому что конь сразу успокоился. Ласковый голос и нежное прикосновение девушки сотворили настоящее чудо. Убедившись, что жеребец спокоен, она не без смущения взглянула на незнакомца.

Лорд вполне понимал ее состояние. Как еще она должна была смотреть на полуголого мужчину?

Однако ее не назовешь робкой, отметил про себя лорд Силверблейд. Рано утром скачет верхом одна, без сопровождения. И еще он отметил, что она симпатичная. Каштановые, отливающие медью локоны были стянуты сзади черной бархатной лентой. Очаровательные кудряшки обрамляли лицо, делая его особенно милым и женственным.

— О! Неужели предо мной явилась сама Аврора?!

Девушка удивленно взглянула на лорда и, смутившись, быстро опустила свои большие голубые глаза.

— Извините, милорд, разве вы меня знаете?

Лорд Силверблейд учтиво поклонился.

— Сравнение с богиней утренней зари в этот ранний час показалось мне наиболее подходящим.

Лицо юной наездницы осветилось улыбкой. Она засмеялась — будто колокольчики зазвенели.

— О, теперь я понимаю! Пожалуй, мне никак не сравниться с богиней. Но меня действительно зовут Авророй. Я — Аврора Фолконет.

Фолконет… Лорд Силверблейд нахмурился, услышав фамилию человека, которого некогда знал и любил. При воспоминании о нем всякий раз больно сжималось сердце. Наверное, это его сестра. Такие же голубые глаза, открытый взгляд, такой же упрямый подбородок, такая же гордая осанка…

— Что-то не так, милорд? Вы как-то странно на меня смотрите.

— Полагаю, вы сестра Дианы Фолконет, живущей в Овертоне.

Взгляд лорда скользнул по мощному крупу коня. Своенравное и буйное животное теперь казалось послушнее и безобиднее комнатной собачки.

— А это, навернбе, новый жеребец лорда Овертона. Недавно он вывернул плечо главному конюху и едва не вышиб копытами дух из троих его помощников.

На лице Авроры отразилась обида за своего любимца.

— Огонек? — усмехнулась она. — Этот ласковый ягненочек? Этот малыш? Трудно поверить в то, что вы говорите.

— Я кое-что смыслю в лошадях. Ваш «малыш» может сбросить вас и затоптать копытами.

Аврора потрепала коня по шее, затем потянулась и почесала у него между ушей. Огонек закрыл глаза и тихо заржал от удовольствия.

— Со мной Огонечек такого не сделает. Да, малыш? — мурлыкала она. — Мы друг друга понимаем. Я знаю, что у него на уме и на душе. Правда, малыш?

Аврора окинула незнакомца насмешливым взглядом.

— Не волнуйтесь, милорд, со мной ничего не случится. Я буду вам очень благодарна, если вы укажете мне дорогу в Овер-тон. Во время прогулки я, кажется, заблудилась.

Лорд Силверблейд не успел ответить. Со стороны летнего домика его окликнул томный женский голос. В дверях появилась Памела. Золотые волосы рассыпались по плечам. Платье было расстегнуто — ведь она надела его второпях и без посторонней помощи. Увидев, что любимый беседует с каким-то всадником, Памела замерла в испуге, потом начала быстро приводить свое платье в порядок. Кокетливым жестом поправив волосы, она прикрыла ладонями грудь и потупила взгляд.

Появление небрежно одетой женщины повергло Аврору в изумление. Раннее утро, дикий сад и этот полуобнаженный незнакомец… Удивление на ее выразительном лице вдруг сменилось смущением. Щеки порозовели, отчего веснушки, трогательно рассыпанные по переносице, засветились еще ярче, словно маленькие солнышки.

— Скажите мне, в какой стороне находится поместье Овертон, и я уеду, — пробормотала Аврора.

Лорд Силверблейд улыбнулся:

— За тем холмом сверните налево. Проехав около пяти миль, вы окажетесь во владениях лорда Овертона.

Аврора произнесла слова благодарности и, развернув коня, прищелкнула языком. Отдохнувший Огонек, повинуясь воле хозяйки, рванул с места, словно ядро из пушки.

Силверблейд почувствовал на своем плече руку любовницы. Памела тоже смотрела вслед удаляющейся лошади.

— Николас, кто этот красивый молодой человек? — спросила она.

Лорд Силверблейд негромко рассмеялся.

— Ты так на него смотрела, моя дорогая! Я чуть не взбесился от ревности! Больше никогда при мне не кокетничай с мужчиной, иначе я убью соперника на дуэли.

— Николас, перестань меня дразнить! — сказала Памела, топнув босой ножкой. — Я могу изменять этому старому дураку, моему мужу, но тебе, Николас, я храню верность всегда. Мне просто стало любопытно, кто этот твой знакомый, и все. Кажется, раньше я его не видела среди твоих друзей.

Лорд нежно провел рукой по волосам любовницы.

— О да, дорогая, я знаю, что ты мне верна, и не боюсь соперничества. Тем более со стороны человека, которому ты только что строила глазки. Видишь ли, — лорд Силверблейд перешел на таинственный шепот, наклонясь к розовому ушку Памелы, — это не он, а она.

Памела откинула назад голову и посмотрела на возлюбленного распахнувшимися от удивления глазами.

— Зачем эта девушка носится на лошади по окрестностям, да еще в мужском платье?

Силверблейд пожал плечами:

— Какая-то она необычная. Со странностями. Из тех, кто держит у себя дома семьдесят кошек и позволяет им всем спать в своей кровати.

Памела фыркнула:

— О нет, мой милый! Сомневаюсь, чтобы она делила постель с кошками. Для этого она слишком красива. К тому же отличная наездница.

Лорд кивнул:

— Тут ты права. Она прирожденная наездница. Амазонка.