Пой, Менестрель! - Огнев Максим - Страница 65

Охотничий зал был ярко освещен, с гобеленов взирали розовощекие, смеющиеся дамы и кавалеры.

Лорд Гаральд с поклоном подал королю свиток. Артур взял, взглянув испытующе, но так как вельможа молчал, стремительно развернул и прочел. Лицо его стало совершенно белым, рука судорожно сжалась.

— Откуда эти сведения, милорд? Как к вам попало письмо?

— Одному из моих людей удалось перехватить гонца, хитростью добыть свиток и снять копию.

— Чье, чье это послание?!

Лорд Гаральд помедлил. Обличить Магистра? Нет доказательств, а король на слово не поверит. Решит, что лорд Гаральд из ненависти обвиняет соперника (Магистр вместо него стал Главой Королевского Совета).

— Письмо везли каралдорскому королю. От кого — не знаю.

— Вы отвечаете головой за эти сведения, милорд. Если это подлог…

— Вы сомневаетесь в моей честности, ваше величество?

— Милорд, вы никогда не желали союза с Каралдором.

— Потому что не верил обещаниям каралдорского короля.

Артур перечитал письмо, швырнул на стол.

— Не могут они пойти на столь чудовищный обман!

Лорд Гаральд выдержал внушительную паузу, переспросил:

— Не могут? Почему же, ваше величество? Разве убийство королевы Маргарет не было худшим деянием?

Артур сел, кивком головы указал лорду Гаральду на кресло.

— Итак, милорд, вы полагаете…

— Ваше величество, остерегитесь повторить ошибку прежнего государя. Он тоже считал каралдорцев не способными на злодеяние.

Артур прикрыл глаза ладонью.

— Завтра вы должны дать ответ каралдорцам, — как бы вскользь уронил лорд Гаральд.

Артур отнял руку от лица, провел пальцами по столу, повторяя мозаичный рисунок: огромные искристо-белые лилии и желтые ирисы. «Лорд Гаральд не лжет, знает, что может дорого поплатиться. А каралдорцу бояться нечего. Заложником не останется, уедет. Никто не поручится за его правдивость». И снова пальцы Артура крепко сжались.

— Каралдорский гонец торопится к своему королю? Прекрасно. Каралдор угодит в западню, расставленную для нас. Вы, милорд, нынче же вечером отправляйтесь в путь.

— Куда, ваше величество?

— В Бархазу. Добейтесь союза. Не скупитесь на обещания, лишь бы Бархаза поддержала нас войском.

— Ваше величество, посланцы Каралдора ждут решения.

— Бросить их в темницу? Нет. Слухи об этом быстро достигнут Каралдора. И все же я задержу их и не дам ответа, хотя бы пришлось сказаться больным и на месяц улечься в постель. Торопитесь, милорд.

Лорд Гаральд с поклоном отступил к двери. Прежде чем уйти, промолвил:

— Многие жаждут союза с Каралдором и, если почувствуют… э-э… угадают намерения вашего величества, охотно известят каралдорцев.

Артур пристально взглянул на вельможу, кивнул и жестом отпустил его.

— Пора умирающему воскреснуть. — Артур весело взглянул на Драйма.

— Каралдорский посланец так расстроился из-за вашей болезни, что сам позеленел и высох, — улыбнулся Драйм, подавая побратиму плащ.

— Не этот. Белый с золотом. К посланцам непобедимого Каралдора, — с невыразимой иронией произнес Артур, — надлежит являться во всем великолепии… Согласись, выдумка оказалась удачной.

— Да, ваше падение с лошади выглядело убедительно. Я сам испугался.

— Либурне встал грудью, — мол, рана открылась. Месяц мы выиграли. — Артур выбрал для плаща застежку с изумрудом. — Магистр давно домогается встречи со мной. Что ж, теперь я готов его выслушать.

Артур хлопнул в ладоши, и тотчас королевскую опочивальню заполнили пажи и слуги. С удивлением взирали они на неожиданно исцелившегося короля — в тайну были посвящены лишь Драйм и лекарь.

— Господина Магистра ко мне. Приготовить тронный зал. Каралдорским посланцам объявить: я приму их немедленно.

Слуги кинулись исполнять приказания, и полетела по замку весть о внезапном исцелении государя. Каралдорский посланец, прослышав о том, свои черные влажные глаза скрыл за тяжелыми веками. Знал: необыкновенные происшествия обычно ничего хорошего не сулят.

— Рад видеть ваше величество в добром здравии. — Магистр не отрывал взгляда от лица монарха, не находя следов едва миновавшего тяжелого недуга.

Правда, Артур был бледен, как человек, давно не бывавший на свежем воздухе. Но взгляд, улыбка, осанка — больные так не держатся. Когда неделю назад Магистр добился приема у его величества, тот головы не мог поднять от подушки.

— Да, Магистр. Я чувствую себя лучше и готов, помня ваши наставления, первым делом дать ответ каралдорцам.

— Право, ваше величество, они искренне хотят союза…

— У меня было время поразмыслить над их искренностью, — отозвался Артур с прежней улыбкой.

Морщина прорезала лоб Магистра.

— Так что вы ответите?

Вопрос был задан нетерпеливо и непочтительно.

— А что бы ответили вы, прочтя вот это?

Артур перестал улыбаться. Светлые глаза его от злости стали почти бесцветными. Он швырнул Магистру свиток.

Магистр скользнул взглядом по строчкам. Посерел и сглотнул, словно почувствовав петлю, сдавившую горло.

— Вижу, вы изумлены, Магистр. Еще немного, и каралдорский король пировал бы в нашей столице.

Лицо Магистра медленно приобретало прежний цвет. Он сообразил, что раз до сих пор жив и на свободе, то вне подозрений.

— Откуда это?

— Мои соглядатаи служат лучше ваших, — уклончиво и насмешливо отвечал Артур.

— Ваше величество! — вскричал Магистр в подлинном ужасе — представил ярость каралдорского монарха. — Это подделка, обман… Многие не желают союза с Каралдором и…

О, теперь Магистр ясно все понял. А он-то радовался, видя, что оружейники день и ночь куют мечи, копья, наконечники для стрел. Думал направить все это против Бархазы. За месяц Артур успел подготовиться к войне, только не с Бархазой, а с Каралдором.

— Почему вы не сказали мне? — Лицо Магистра подергивалось от ярости.

Артур обернулся, и улыбка — высокомерная, удивленная, насмешливая — тронула его губы.

— Не желал расстраивать вас, Магистр. Вы так славно потрудились, делая меня королем. И страшно огорчились бы, узнав, что венец едва не слетел с моей головы.

Разноцветные блики от витражей на полу и стенах, трон под красным балдахином — серебряные кисти чуть покачиваются от сквозняка; полукруг придворных; стражники в алом — сияют алебарды. Толпа придворных раздается в стороны. Кланяются низко — за месяц научились. Каралдорские посланцы — блеск золотого и серебряного шитья, жемчугов (Магистр не скупился на подарки) — шествуют неспешно, головы держат надменно, но глаза, черные влажные глаза, торопливо пробегают по лицам придворных, ощупывают фигуру Магистра, замершего у трона, и, круглые, беспокойные, обращаются к королю.

Артур — сама любезность — поднимается, сходит по ступеням и делает пять (!) шагов навстречу посланцам. Черные глаза веселеют, соответственно ширится и улыбка Артура.

Несколько мгновений король и посланец пытаются перещеголять друг друга в любезностях. Магистр желтеет. Придворные гадают: как, не теряя равновесия, отвесить еще более глубокие поклоны каралдорцам?

Его величество вновь усаживается на трон. Черные глаза жадно следят за губами короля, произносящими:

— Властелин Каралдора предлагает заключить союз на все времена.

Черноглазый посланец кланяется.

— Ждет, что в знак дружбы и верности мы примем бой с Бархазой.

Артур делает крохотную паузу, губы его дрожат в улыбке. Черные глаза расширяются, застывают.

— Добрый, искренний союз, о котором мечтал еще прежний государь…

Черные глаза не мигают.

— Как жаль, что заключить его не удастся.

Легкий шепоток пролетает по залу и стихает. Придворные, оцепенев от изумления, боятся пропустить хоть слово.

Взгляд черных глаз обращается к Магистру и вновь — к королю.

— Что поделать, — с очаровательной улыбкой говорит Артур, — мы не можем воевать. Наемникам давно не плачено, они разбегаются. Лорды бунтуют.