Пой, Менестрель! - Огнев Максим - Страница 52

— А лучник вам понравился?

Леди Дарль, задумавшись, склонила голову к плечу.

— Понравился?.. Рядом с ним легко дышится. — Она помедлила, подыскивая слова. — Не знаю, не умею объяснить, но… Когда я кладу руку на шершавый древесный ствол, в душе моей воцаряются покой и тепло. Такой же покой я ощутила, глядя на этого человека.

Не было ярких стягов, не было толпы горожан по обеим сторонам дороги, цветов, лент… Отряд вернулся в столицу ночью. Разбуженные цокотом копыт, горожане вскакивали, подбегали к окнам, приоткрывали ставни, успевали увидеть лунный отблеск на доспехах всадников. Отряд стремительно пронесся через город, распугивая бродячих собак и заставляя прижиматься к стенам домов запоздалых путников, и влетел во двор замка. В окнах замелькали факелы, со всех сторон сбегались слуги. Артур, оборотившись к воинам, произнес положенные слова благодарности и распустил дружину.

Королевские дружинники возвратились в Тург — крепость, расположенную в двух милях от столицы.

Его величество спрыгнул с коня. Рядом оказался Драйм, поддержал. Опираясь на плечо побратима, Артур направился к распахнутым дверям. Всем бросилось в глаза, что шагал он тяжело, и полетела по замку весть: его величество был ранен в стычке с мятежниками.

В королевской опочивальне уже ярко полыхали дрова в очаге. Артур со вздохом облегчения сбросил на руки подскочившему слуге тяжелый плащ, повалился в кресло, вытянул ноги, позволяя снять забрызганные грязью сапоги. Изящный паж поднес серебряную чашу с водой, в которой плавали розовые лепестки. Артур ополоснул лицо, откинулся в кресле и несколько минут сидел, не шевелясь. Он был бледен, губы запеклись.

В комнату, расталкивая слуг, ворвался сопровождавший его величество лекарь и тут же принялся распоряжаться. Выгнал пажей, слугам велел лечь мертвыми, но никого к королю не допускать. И только после этого обратился к Артуру:

— Я предупреждал ваше величество, что рана откроется.

Артур застонал от боли, когда Драйм стаскивал с него кольчугу. Лекарь вымыл руки, разрезал и снял с короля рубаху и принялся отмачивать присохшую повязку. Лицо Артура стало серым.

Из-за дверей донесся приближающийся гул голосов. Слуги пытались преградить дорогу кому-то решительно рвавшемуся вперед.

— Его величество запретил…

— Приказ не относится ко мне, — прорычал чей-то голос, двери распахнулись, и на пороге возник Магистр.

Лекарь негодующе обернулся к нему. Артур, пытаясь улыбнуться, сказал:

— Так же мы ворвались в крепость Ольшез.

Магистр впился взглядом в лицо Артура, оглядел обрывки брошенной на пол рубахи, розовую от крови воду в тазу и, наконец вспомнив, поклонился:

— Рад приветствовать ваше величество. К сожалению, вижу, вы нездоровы…

— Лорд Ольшез выставил прекрасных лучников на стены замка. Пусть наши оружейники полюбопытствуют, из какого сплава северяне делают наконечники для стрел.

Едва дослушав, Магистр требовательно обратился к лекарю:

— Насколько серьезна рана его величества?

— Страна не лишится государя, — с гневом отвечал тот, — однако здоровье короля будет зависеть от того, как скоро вы покинете комнату.

Магистр устремил на него тяжелый взгляд. Лекарь не смутился:

— Возможно, господин Магистр желает проявить свое чудодейственное умение? Прикажите ране закрыться или попытайтесь унять лихорадку!

Королю стало жаль своего бесстрашного лекаря. Стремясь обратить все в шутку, Артур сказал:

— Нет, Либурне, не надейтесь на магию! Исправляйте ошибки сами.

Магистр не отводил взгляда от лица лекаря. Артур понял, что, если хочет спасти Либурне, должен угодить Магистру. И заговорил о том, что, как понимал, более всего занимало Магистра:

— После месяца осады лорд Родирер объявил о своей покорности и распахнул ворота. Я помиловал его. Пополнив дружину воинами из его отряда, отправился на штурм замка Ольшез. Замок взять удалось, лорда Ольшеза я казнил.

— Спешу первым поздравить ваше величество с победой, — откликнулся Магистр, отворачиваясь от лекаря. — Значит, владения лорда Ольшеза остались без хозяина?

— У лорда Ольшеза двое сыновей.

— Стоит ли доверять сыновьям мятежников?

Артур ответил хрипло и после паузы — лекарь пытался снять повязку.

— Я обдумаю это.

— Полагаю, — продолжал Магистр, — владения Ольшеза следует передать человеку, доказавшему преданность вашему величеству.

— У вас, конечно, есть на примете такой человек? — насмешливо осведомился Артур.

— Разумеется. — Магистр скупо улыбнулся. — Мне кажется, пришла пора наградить усердие господина Драйма.

Артур удивился до такой степени, что перестал ощущать боль. Он-то полагал — Магистр хлопочет за себя. Драйм во все глаза смотрел на Магистра. Вот уж от кого не ждал услуг!

Артур улыбнулся белыми губами. Сделать сына своей кормилицы лордом Ольшеза? Что ж, разве не для этого завоевал он власть? Король может поступать как ему заблагорассудится.

— Что скажешь, Драйм?

Кончиками пальцев побратим дотронулся до изуродованной огнем щеки. Стать лордом Ольшеза! Об этом он и мечтать не смел. Сияющая картина развернулась перед его взором: лесные угодья, пастбища, тучные стада, замок на скале, о подножие которой разбиваются морские волны. Имело бы для некоей девушки это хоть какое-то значение? Артур не может, а он мог бы жениться, передать сыну титул…

Драйм оборвал себя: «Посмотрись в зеркало». А потом вспомнил, что ни зеленых пастбищ, ни тучных стад нет — по земле только что прошлись огнем и мечом. Подумал: а зачем это понадобилось Магистру? Подкупает? И все же Драйм не в силах был расстаться с мечтой о твердыне, вознесшейся над морем.

Магистр согнулся в поклоне и удалился. В дверь просунул голову паж:

— Леди Амелия просит допустить…

— Не сейчас, — зашипел Артур. — Драйм, прогони… Не до нее…

Ему и впрямь было не до нее — лекарь добрался до раны.

Леди Амелия ждала в галерее. Голубое одеяние оторочено мехом чернобурки, нить крупного жемчуга обвивает точеную шею, кожа сияет белизной, в глазах гневные блики.

— Почему меня не пускают? — вскричала она пылко. — Я хочу видеть его величество!

— Король позовет вас… чуть позже.

Амелия топнула ногой:

— Господина Магистра он призвал сейчас!

Драйм удивился. Прежде Амелия не позволяла себе подобной дерзости.

— Полагаю, господин Магистр имел право первым узнать о событиях на севере.

— Вот как?! — вспыхнула Амелия.

Обычно она не смела грубить Драйму, не желая ссориться с Артуром. Однако сейчас была вне себя.

— Его величество охотно беседует с Магистром, охотно отправляет письмо королеве, лишь для меня…

— Его величество ни разу не писал королеве, — перебил Драйм.

Амелия рассмеялась ему в лицо:

— Королева приняла гонца.

Драйм нахмурился, не зная, верить или нет.

— Его величество пришлет за вами, — пообещал он по размышлении.

Леди Амелия, сразу поняв, что это не отговорка, отступила.

…Лекарь закончил перевязку. Артур, полуодетый, лежал на высокой королевской кровати. На фоне лазурных покрывал лицо его казалось совсем желтым. От головы по подушке расплывалось пятно пота.

— Не надо никого звать, — проговорил Артур, заметив движение Драйма.

Голос его, хотя и звучал тихо, уже обрел прежнюю твердость.

Лекарь налил вина в нефритовый кубок, разбавил до половины водой, подал королю. Артур выпил жадно и торопливо, вновь бессильно откинулся на подушки. Лекарь и Драйм сумрачно смотрели на него. Наконец целитель откланялся. Артур мрачно заметил:

— Когда я поправлюсь, Драйм, позаботься отослать Либурне из замка. Не следует ему попадаться на глаза Магистру.

Драйм хотел спросить: неужто король уже не в силах защитить своих людей? Не спросил — пощадил побратима.

— Леди Амелия… — начал он.

Артур отмахнулся:

— Не сегодня.

Протянул руку, и Драйм подал кисть винограда на серебряном блюде. Артур отщипнул черную, словно подернутую инеем, ягоду.