Пой, Менестрель! - Огнев Максим - Страница 100

— Не веришь в мою силу? — проговорил он с угрозой.

Стражники вновь придвинулись. Опасливо покосившись на них, Плут ответил:

— Ты сильнее мага.

— Это что-то новенькое, — успокаиваясь, промолвил Магистр. — Кто может быть сильнее мага?

— Ловкий человек. — И тут Плут дал волю красноречию: — Подумай, какой легкий хлеб у магов. Знай себе бормочи заклинания. Пожелай — дивные яства перед тобой появятся, прекрасные женщины будут у твоих ног, королевский венец сам опустится на голову. А простому человеку какую ловкость, смекалку надо проявить, чтобы заполучить все это. Там дерзнуть, тут солгать, того перехитрить, жизнью рискнуть. Ты сумел добиться того, чего маг может достигнуть одним словом. Вот я и говорю, что ты сильнее мага.

Плут замолчал. Магистр с улыбкой глядел на него.

— Пожалуй, ты не так глуп… — Внезапно глаза его сузились. — Что там еще?

Плут замер. Потом перевел дыхание, сообразив, что речь не о нем. Расталкивая стражников, в зал ворвался жилистый черноволосый мужчина, с белым шрамом в уголке губ.

— В чем дело, Кривая улыбка?

Человек попытался что-то сказать, закашлялся, вытер рукавом потное лицо. Сапоги его были в грязи, на плаще повисли репьи.

— Магистр! Они прорвались. Смели заставу и ушли в сторону Луна.

— Вы не преследовали их? — взревел Магистр.

— Пока мы сцепились с отрядом прикрытия, дружинники перешли реку и сожгли мост.

Плут едва удержался от того, чтобы не пройтись по комнате колесом.

— Ты! — Магистр задохнулся. — У тебя было четыре тысячи воинов, и ты их упустил!

— К дружинникам подоспела помощь. Тарон не отправил ко мне ни одного гонца. Сам он исчез бесследно. Верно, был подкуплен. Этим и объясняется их легкая победа…

— По-твоему, к Тургу подошло войско королевы? Как это могло случиться? Им прежде надо было штурмовать Лун либо Борч.

Лурх бросил на Магистра странный взгляд. Продолжал после паузы, уже спокойнее:

— Не войско. Небольшой отряд. Его хватило, чтобы снять заставу…

Лицо Магистра искажал уже не гнев, а страх. Если четыре тысячи воинов Лурха оказались бессильны, то разве сумеет вдвое меньший отряд охранить его замок?!

Во взгляде Лурха мелькнуло презрение. Стараясь унять тревогу Магистра, он промолвил:

— В Турге их ждали и распахнули ворота. Ваш замок придется штурмовать. Маленьким отрядом тут не обойтись.

Магистр не мог успокоиться:

— Ты уверял, будто у дружинников нет ни одной лазейки. Всегда сыщется предатель…

— Если найдется предатель, он благополучно зарежет вас в постели.

— У дверей моей спальни стоит караул, а кушанья отведывают, — огрызнулся Магистр. — Надо стянуть сюда войска.

— У нас нет ни одного лишнего человека!

— Прикажи оставить Милип и Лун.

— Что? — Лурх не поверил собственным ушам. — Да ведь эти крепости прикрывают дороги на запад! Половина королевства в руках ваших врагов, хотите отдать еще треть?!

— Каралдорцы на подходе, пусть побеспокоятся… Я сохраню для них столицу.

Лурх стиснул зубы.

— Ступай, — махнул рукой Магистр. — Делай, что приказано. Через неделю войско из Луна должно быть здесь. А пока распорядись передвинуть сюда отряд из-под Турга. И еще… Сотню Тарона… Точнее, тех, кто уцелел из его сотни…

— Да?

— Повесить. В назидание остальным.

Лурх опешил:

— Но…

— Исполняй. Или хочешь оказаться в их числе?

Круто повернувшись, Лурх вышел. Плут отвел взгляд от лица Магистра. Скосил глаза на Алба. Тот плеснул вино в кубок, осушил одним махом.

Магистр повернулся. Только теперь он вспомнил о Плуте, а Плут — о своей роли. Сокрушенно пробормотал:

— Это что ж получается? В Лун теперь ни ногой? А я-то собирался… В столице примелькаться успел.

— Я найду тебе занятие, — пообещал Магистр.

Плут оживился:

— О! Служить тебе, значит, прибрать к рукам все королевство.

— Не заносись, — угрюмо процедил Магистр. Кивнул Албу: — Позаботься о нем… — и, с угрозой, Плуту: — Ремесло свое позабудь. Здесь кормятся от щедрости моей руки, а не от ловкости своей.

Внизу Лурха ожидали капитан Долон и сотник Рут. Долон кинулся с вопросами:

— Выслушал? В гневе? Какой карой грозит?

Лурх, не отвечая, вскочил в седло, знаком велел сотнику его сопровождать.

— Я получил приказ и возвращаюсь в лагерь.

Долон, так ничего и не добившись, остался терзаться страхами.

Сотник исподволь наблюдал за Лурхом. Не похоже было, чтобы тот торопился. Выехав из ворот замка, они, правда, взяли в галоп, но за ближайшим поворотом Лурх пустил коня рысью, а потом и вовсе позволил ему перейти на шаг.

— Странную оговорку допустил нынче Магистр, — проговорил Лурх как бы про себя. — Сказал: «К Тургу подошло войско королевы». Но королева мертва…

Сотник вопросительно поглядел на него. Лурх продолжать не стал. С каждой минутой сотник чувствовал себя все более неловко. Начал ерзать в седле, теребить поводья. Не выдержал, проговорил с запинкой:

— Думаете, королева жива? А может… и король?

— Может, и король… — с расстановкой отвечал Лурх. — Кого ночью приветствовали в Турге?

Сотник молча приоткрыл рот.

Лурх натянул поводья. Рут тоже остановил коня. Занимался рассвет. Черным контуром на розовеющем небе вырисовывались башни столицы.

Теперь Лурх заговорил об ином:

— Застава под Тургом… То, что от нее осталось… Я не успел перевести их в основной лагерь. Командование после Тарона принял Нойд. Так вот… — Выдержал паузу. Рут напряженно ждал. — Так вот. Передай Нойду, чтобы вместе с отрядом возвращался в основной лагерь. Палачи ждут.

Глаза Рута расширились. Он глотнул воздуха, помолчал, соображая, затем, просияв, ответил:

— Передам. Нойд — верный слуга Магистра и поспешит явиться.

Лурх усмехнулся:

— Не сомневаюсь.

Сотник помолчал, потом, осмелев, спросил:

— Кому доложить об исполнении приказа?

Лурх испытующе взглянул на него. Чуть улыбнувшись, ответил:

— В полдень я остановлюсь в трактире в селе Долгом. Это по дороге на Тарн.

Сотник энергично кивнул:

— Я догоню вас.

Они понимающе переглянулись и разъехались.

— Доверяй я всем своим воинам, как этому, — пробормотал Лурх, — нынче вечером был бы в замке Магистра, а Магистр — в темнице. — Он пришпорил коня. — От Тарна до Бархазы две недели пути. Там наймемся на службу к тем, кто умеет воевать. Если же вернется король… Поглядим, может, и мы сумеем вернуться.

За время путешествия леди Дарль почувствовала себя хуже, так что на пристань ее вынесли на носилках. В предрассветный час пристань пустовала. Лишь рыбаки, возвращавшиеся с ночного лова, да торговки, спешившие купить у них рыбу, оглядывались на странную процессию, направлявшуюся к замку.

Дорога поднималась меж двух рядов сосен, невысоких, с широко разбросанными ветвями, густой хвоей. Леди Дарль вдыхала памятный с детства запах смолы и моря, глядела на кружившихся в небе чаек.

Впереди бежали скороходы, спеша известить обитателей замка. Распахнулись ворота, украшенные богатыми рельефами, прославлявшими победы королей Лильтере. Седой человек на огнегривом коне, в окружении юных воинов, выехал навстречу процессии. Голову его охватывал золотой обруч. Такой же блеснул в волосах леди Дарль, когда она приподняла голову.

Король Лильтере спешился, поцеловал руку леди Дарль:

— Здравствуйте, сестра.

Леди Дарль опустила ресницы, стараясь скрыть слезы.

…Серебряный трон повелителей Лильтере сделан был в виде витой раковины, украшен крупным жемчугом и перламутром. Волнистые края раковины подхватывали, усиливали звук, и каждое слово властителя достигало дальнего конца зала. Нынче король Лильтере презрел серебряный трон. Как простой воин присел на скамью подле золотых носилок, поставленных по просьбе леди Дарль возле открытого окна.