Исцеление Перекрестка - О'Донохью Ник - Страница 76

В отдалении Фрида слышала шелест травы — это взлетали в поисках укрытия молчуны. Ветер свистел в приземистых кедрах, росших на скалах вокруг гостиницы, и откуда-то доносился мелодичный щебет птиц, которых Бидж называла огнепоклонниками.

Фрида погладила хищный клюв. — Глядя на твои ужасные когти и клюв, я должна была бы испытывать страх, — сказала она HP колеблясь, — но бояться тебя я никогда не смогла бы.

Роланд отвернулся, взлетел и растворился в ночи. Фрида непонимающе смотрела ему вслед — Что случилось?

Неслышно подошедший Оливер тоже смотрел в темноту, в которой скрылся его друг — Это единственный раз, когда я видел его побежденным в битве, — в битве с собой.

Фрида, чувствовавшая во время танцев такую радость, отвернулась.

— Мне так жаль. Я хотела подружиться с ним, и все, что сумела, — это причинить ему боль. Мне кажется, — добавила она, хотя ненавидела себя за плаксивые нотки в голосе, — что я никогда не буду ни доброй, ни умной, — навсегда останусь недогадливой, неуклюжей, противной тварью…

Она закрыла лицо руками. Только через несколько секунд до нее дошло, что твердый предмет, касающийся ее руки, — вовсе не скала.

— Не для него, — прошептал Оливер ей в ухо. — Ох, госпожа, для него — никогда.

Его острый клюв соскользнул с ее руки. Фрида пораженно смотрела, как сильные крылья уносят Оливера прочь — прочь от того, что в его возрасте могло вызвать только ужас.

Этой ночью Бидж приснился удивительно подробный сон. Она направлялась в Виргинию; начертила на земле отходящую в сторону тропу и услышала, как Политу приветствует ее сын Конли и как оба они удаляются галопом. Потом сон стал еще более странным:

Стефан танцевал с ней и, как фокусник, вытаскивал из ее живота одну куклу за другой и бросал их через плечо; когда же появилась последняя, он заплакал.

Она проснулась и села в постели.

— Нужно запомнить. — Она оделась за несколько секунд и почти всю дорогу до «Кружек» бежала, вспугивая молчунов, к радости двух-трех грим, сопровождавших ее.

Распахнув дверь, она крикнула:

— Кружка, мне нужно поговорить с Диведдом. Есть какой-нибудь способ дать ему знать?.. — Она остановилась, увидев поднятую бровь трактирщика. — Ох, нет…

— Я постучу.

Диведд вышел из комнаты Фионы, затягивая пояс на брюках и поспешно приглаживая волосы.

— Кружка говорит, я тебе нужен.

— У меня есть еще работа для тебя, если ты согласен. — Она вытащила одну из Книг Странных Путей и показала на новый набросок.

Диведд бросил на него внимательный взгляд.

— Он выглядит таким же старым, как и остальные.

— Чертеж новый, а сама дорога более древняя, чем многие другие. — Во сне она тревожилась, пытаясь вспомнить дорогу, проложенную Филдсом для кентавров, покидавших Перекресток. Бидж совсем забыла о том повороте, который сама же создала для Политы.

Проснувшись, она сосредоточилась, как советовал ей Диведд во время их первого совместного путешествия; результатом этого и стал новый рисунок в книге.

— Не особенно дальняя дорога, — пожал плечами Диведд и ухмыльнулся. — Если ты собираешься избавиться от меня, то лучше выбрала бы что-нибудь другое.

— Ни с кем из нас ничего не случится. Я беру тебя с собой просто ради предосторожности.

— Для кого? — Он неожиданно протянул руку и коснулся ее живота. — Для маленького?

Бидж сказала громче, чем было необходимо:

— Мне не нравится, когда ты касаешься меня. Диведд отдернул руку.

— Тогда я не буду больше так делать. Когда Бидж выходила, Кружка посмотрел на нее, подняв брови.

— Для меня это было неожиданным, — резко сказала она. — Вот и все.

Бидж оставила записку для Фриды — когда она проснется, девушка должна была проверить, все ли в порядке с пациентом-грим. Потом она заглянула к Фионе — та уже проснулась, но была еще в постели.

— С тобой все в порядке?

— Да. Ожидаются важные события?

— Нет. Просто я отправляюсь на поиски Политы. — Бидж добавила, не удержавшись: — Ну и как, знает он магию? — Фиона ответила ей сонной улыбкой. Бидж вспыхнула: — Я совсем не то имела в виду!

От двери раздался свист: Диведд с мешком на плече был уже готов. Бидж поспешила наружу.

Диведд оглянулся, когда Бидж приостановилась.

— Что не так?

— Разве тебе… Ну, не нужно попрощаться? Его улыбка стала шире.

— Если бы я снова разбудил ее, дело прощанием не ограничилось бы.

По пути к реке Диведд поинтересовался:

— Ты приведешь сюда своих друзей?

— Кентавров. Некоторые из них мои друзья. Они свернули там, где показала Бидж. Гостиница за ними словно растворилась в воздухе.

— На кого они похожи?

— Кентавры очень горды. Они добрый народ, но руководствуются суровыми законами. Это, — добавила Бидж, — полулюди, полукони.

— В зависимости от того, какая половина главная, это может выглядеть довольно глупо. — Диведд оглядел разворачивающийся перед ними ландшафт и неожиданно спросил: — Сколько тебе лет?

— Сколько бы ты мне дал?

— Змея похожа на веревку, пока ты не попробуешь завязать ее узлом. Так сколько тебе лет?

— За двадцать. Ты удовлетворен? Диведд облегченно перевел дух.

— Это хорошо. Прости меня. Просто сегодня… Я что-то не так чувствую внутри. Вот и все.

Однако теперь он шел медленнее, внимательно осматривая окрестности тропы, и его рука никогда не покидала рукояти Танцора.

Бидж не колеблясь свернула на пыльную дорогу. На ней отпечатались крупные круглые следы. Диведд опустился на колено, чтобы рассмотреть их получше.

— Ты можешь отличить отпечатки копыт кентавров от лошадиных?

— Я надеялась, что это сумеешь сделать ты. — Но все же Бидж показала на обочину дороги. — Это, похоже, чьи-то вьючные лошади. Кентавры не пользуются повозками.

Диведд бросил на нее странный взгляд, но ничего не сказал.

Скоро они дошли до низкой каменной стены: она огораживала чье-то поле, чтобы туда не забрел скот. К ограде оказалась прислонена борона Диведд оглядел поле, борону и перестал насвистывать. Бидж показалось, что все его тело напряглось.

— Ты уверена, что именно здесь найдешь своих друзей?