Сказки далеких островов и стран - Мараховска Ванда - Страница 47

— Дорогая черепаха, нам скоро придется лететь к себе на родину. Она лежит далеко в горах. Это самая красивая в мире страна и самая богатая пищей. Нам бы хотелось взять тебя с собой.

— Я с удовольствием отправилась бы с вами, — ответила черепаха, — но как мне туда добраться? Как вам известно, я существо довольно медлительное, ползающее по земле и плавающее по воде.

— Это зависит только от тебя, — воскликнули гусыни. — Если ты поклянешься, что ни одного слова не проронишь за время нашего путешествия, все пойдет, как надо.

— Я клянусь вам, что ни слова не произнесу за все это время, — заверила их черепаха.

— Ну, вот и хорошо, — обрадовались гуси. — Ты видишь этот бамбуковый шест? Мы возьмем его в клювы с двух концов, а ты ухватись зубами за самую его середину и крепко держись за него.

— Только-то всего? — обрадовалась черепаха. Она схватилась зубами за шест, и гуси вместе с ней поднялись на воздух.

Летели они долго — над землей, над полями, лесами и селениями. Однажды пролетали они низко над деревней. Дети увидели, как летят два гуся с черепахой посредине, и принялись изо всех сил кричать, размахивая руками:

— Смотрите, смотрите, черепаха вместе с гусями летит! Черепаха на палке!

Вся деревня сбежалась на поле посмотреть на это удивительное зрелище. Гуси летели очень быстро. Деревня вскоре исчезла у них из глаз, и уже показались башни королевского города Бенареса. Но черепаха, которая думала так же медленно, как и ходила, теперь лишь, не в силах сдержать свое волнение, решила ответить детям: «Глупые вы, дети, не все ли вам равно, как я лечу!» Черепаха хотела еще добавить: «Это мои подружки несут меня в свою прекрасную страну». Но так и не успела произнести этих слов и со всего размаха упала вниз, тут же разбившись на плитах царского дворца в Бенаресе.

— Черепаха с неба упала! Черепаха с неба упала! — раздались возгласы со всех сторон. В это самое время проходил по своим владениям сам царь Брахмадатта вместе со своим министром, мудрым Бодхисаттой.

— Откуда здесь взялась черепаха? — спрашивает царь. — Как же она могла упасть с неба?

Мудрый Бодхисатта отвечает ему:

— Государь! У этой черепахи были две подружки, дикие гусыни. Возвращаясь весной к себе на родину, они решили взять ее с собой. Они взялись клювами за шест, а черепаха ухватилась зубами за его середину. Так они и полетели. Но на свое горе черепаха была страшной болтуньей. Видно она, не выдержав долгого молчания, что-то кому-то решила высказать. Выпустив из зубов шест, она сразу же упала на землю и разбилась насмерть. Вот тебе, царь, и вся история. Да, да, болтливость нередко приносит несчастье, — закончил мудрец.

Царь Брахмадатта, до этого известный своей говорливостью, с этих пор начал придерживать свой язык, что и ему, и всему его царству пошло на пользу.

Об Ахмеде, который язык зверей понимал (Суданская сказка)

Давным-давно жил один шейх по имени Хассан.

Почувствовав приближение смерти, он призвал в свой шатер единственного своего сына, Ахмеда, и так ему сказал:

— Сын мой! Я уже стар и мне пора уйти на покой. Оставляю тебе все свое богатство, шелковые шатры и сундуки с драгоценностями и дорогими коврами, красивых коней, многочисленные стада ослов и верблюдов. Помни лишь об одном: по пятницам приготовляй в мою память сладкий пирожок-фатир с медом и изюмом и бросай его в Нил. Не забывай также ежедневно рассыпать зерна пшеницы для птиц.

После смерти старого шейха Ахмед велел каждую пятницу приготовлять сладкий фатир из муки, масла, меда и изюма и бросал его в Нил. Так и жил он — тихо и спокойно, пока не пришли для него плохие времена. Начался падеж верблюдов, лошадей его украли воры, ослы взбесились и убежали в пустыню, ковры поистрепались, а в сундуках с драгоценностями уже показалось дно.

Приближалась как раз пятница, а у Ахмеда впервые за эти годы не нашлось из чего приготовить фатир. Сел он на берегу Нила и принялся громко жаловаться на звезды, неблагосклонные к нему, сделавшие его таким бедняком, что даже фатир для отца ему сделать не из чего, и не знает он сам, чем завтра утолит голод.

Когда стемнело, Ахмед поднялся и хотел было уж возвращаться домой. В это время он увидел какую-то фигуру, медленно приближающуюся к нему. Это был Альдин, сын Альдиана, духа Нила, высокий, как горный кедр, с зелеными волосами, которые спадали с его головы волнами, подобными волнам Нила.

— Я слышал твои жалобы, Ахмед, сын Хассана. Чем я могу тебе помочь? — обратился он к Ахмеду.

— Каждую пятницу с тех пор, как умер мой отец Хассан, сын Абдула, великого шейха бедуинов, я бросал в Нил сладкий фатир. Сегодня я впервые не выполнил отцовского завещания, так как попал в большую беду, — ответил Ахмед.

— А известно ли тебе, что это я, — сказал на это Альдин, сын Альдиана, — съедал все твои фатиры, которые ты бросал в реку? На самом дне Нила, в зеленом дворце, живет мой отец, могучий Альдиан. Однажды я очень прогневал его тем, что, забавляясь, перевернул лодку с рыбаками. Он изгнал меня из своего замка и велел жить на маленьком каменистом острове. Вот тогда-то твои сладкие лепешки и спасли меня от голодной смерти — ведь всем нам, представителям рода Альдианов, запрещено употреблять в пищу живущие в воде существа. Сейчас мой отец уже простил меня, но я не забыл о тебе и хочу тебя отблагодарить. Идем со мной, мы поплывем вглубь Нила к моему отцу.

— Но как же мне, человеку, опуститься на дно Нила? Ведь я сразу захлебнусь и утону.

В ответ на это Альдин засмеялся:

— Не бойся, со мной ты не пропадешь. В воде ты только поворачивай на безымянном пальце это кольцо и будешь в безопасности под волнами так же, как и на суше.

Так сказав, он снял со своей руки перстень и отдал его Ахмеду.

— Доверяю тебе мое счастье и жизнь мою я вверяю тебе, — произнес Ахмед, сын Хассана и, зажмурившись, нырнул вслед за Альдином в воды Нила. Вначале он даже не почувствовал ничего, кроме холода, но вдруг какая-то могучая сила толкнула его вниз. Сердце его замерло от испуга, вода заполнила его уши и рот, но он тут же повернул на пальце кольцо и сразу услышал голос Альдина, сына Альдиана:

— Не бойся, Ахмед, мы уже на месте.

Ахмед открыл глаза и онемел от восторга. Они находились на изумрудно-зеленой лужайке у ворот из зеленого нефрита. Вокруг росли удивительные кустарники и цветы невиданных на земле форм и оттенков. Рыбы всех озер и рек плавали среди них, весело плескаясь. Огромные раки с выпученными глазами ползали среди водорослей. Крокодилы лежали тут неподвижно на подводных скалах, словно сваленные на землю стволы деревьев. При виде Ахмеда они подняли свои головы и страшно защелкали зубами, но Альдин подал им знак, и они послушно улеглись снова.

Альдин открыл ворота дворца, и они с Ахмедом оказались в огромном зале, выдолбленном водами Нила в скале. На каменном троне сидел Альдиан, дух Нила. Это был старик с длинной, до самого пояса, зеленой бородой.

— Приветствую тебя, Ахмед, сын Хассана. Так это ты каждую пятницу бросал сладкий пирог в мои воды?

— Да, господин мой.

— Сын мой Альдин очень хвалил твои фатиры, — прогудел старый царь Нила, поглаживая бороду. — Говори, какие будут у тебя желания, и я их исполню.

Ахмед уже хотел было попросить у духа Нила золота, денег, драгоценных камней, как вдруг ему показалось, что он слышит голос своего отца Хассана:

— Сын мой, попроси наделить тебя даром понимать язык птиц и зверей.

Старый Альдиан кивнул сыну, и тот подал ему хрустальный бокал с вырезанными на нем чудесными цветами, листьями и райскими птицами. Старик наполнил бокал пурпурным соком и приказал Ахмеду:

— Выпей, мой сын, залпом этот бокал.

А когда Ахмед осушил бокал до самого дна, Альдиан сказал ему:

— С этих пор ты, один-единственный на земле, будешь понимать язык зверей. Береги эту тайну, как зеницу ока, и не выдавай ее никому. Если кто-нибудь узнает ее, ты безвозвратно утратишь этот дар. А сейчас, сын мой, — обратился владыка Нила к Альдину, — проводи этого юношу обратно на землю, к людям.