Властелин Времени - Одом Мэл - Страница 42

— Туда, — кивнул Краф и повернулся к присутствующим. В окно за его спиной лился яркий солнечный свет, так что тень от полей широкополой шляпы скрывала лицо волшебника. — Вик отправился за четвертой частью Книги Времени.

— Думаете, он догадался, где она? — спросил Рейшо.

— В руках гоблинов, — раздраженно отозвался волшебник. — Он же сказал об этом. Вик отправился в Скалистые горы, чтобы попытаться сбежать с четвертой частью книги. Альдхран Кемпус слишком много болтает и наверняка проговорился, что она находится в их руках.

— Это все-таки просто предположение… — заметила Джессалин.

— Да неужели? — отозвался Краф.

Он раздраженно ударил посохом об пол; вверх взлетел сноп сверкающих зеленых искр.

Нийя ахнула, восхищенная великолепным фейерверком.

— Зачем бы еще Вик позволил тогда врагам себя захватить? Зачем бы он стал строить планы на такой случай?

Кобнер запустил пальцы в густую бороду.

— Это с его стороны было хитро задумано. — Он ухмыльнулся. — Не ведая того, они играют ему на руку, верно?

Джаг заложил то место в своем дневнике, куда он переписал перевод дневника Великого магистра.

— Он не сможет добраться до четвертой части.

Все изумленно воззрились на него.

— Великий магистр сам упоминает об этом, — сказал Двеллер. — Четыре части надо собирать по порядку. Сначала — если она и правда здесь — идет та, что рядом с Имаришем. Потом часть в Дымящихся болотах, затем та, что в Сухих Землях. И только тогда можно присоединить к ним последнюю, четвертую часть.

— Это предположение может оказаться ошибочным.

— Нет, это правда, — сказал Джаг. — Я еще не закончил перевод, но сам дневник уже почти дочитал. Там дальше есть место, где Великий магистр возвращается к истории, рассказанной Коклберру Мефоссом.

Он в упор взглянул на волшебника.

— Все помнят Мефосса? Бородатого хорвума?

Краф ответил двеллеру ледяным молчанием.

— Мефосс пытался заполучить все четыре части Книги Времени. Сначала он попробовал завладеть той, которая была у гоблинов в Скалистых горах, а потом намеревался отправиться в Сухие Земли. И он сообщил, что добрался до места и даже сумел поговорить со Скользом…

— С каким еще Скользом? — спросила Джессалин.

— Очевидно, с тем, кто охраняет все четыре части, — ответил Джаг.

— И кому он служит?

Двеллер покачал головой.

— Великий магистр этого не знал. Мефосс же сказал, что Скольз ему помешал добиться своего…

— Он ничего не говорил о природе этого хранителя?

— Нет. Либо Мефосс, либо Коклберр не спешили поделиться этим. Может, они и сами не знали. А может, Коклберр решил, что это просто затейливые россказни хорвума, и не проявил к его словам особого доверия.

Джаг глубоко вздохнул.

— Суть дела в том, что, по убеждению Великого магистра, начинать следовало с Имариша и лишь потом отправляться к Дымящимся болотам и Сухим Землям.

— Оставив Скалистые горы напоследок? — поинтересовался гном.

— Да. Когда в чьи-либо руки попадает очередная часть Книги Времени, она отпирает остальные.

— Как это? — удивился Рейшо.

— Не знаю. Согласно записям Великого магистра, первая часть предназначена для людей.

— Почему?

— Не знаю. Эту часть головоломки он еще только собирался разгадать.

— Может, он уже это сделал, — сказал Кобнер, — только не успел ни с кем поделиться. Или это знание находится в одной из книг, погребенных под развалинами Хранилища Всех Известных Знаний.

— Почему же он не оставил тебе первую часть книги? — осведомился Краф.

— Он не мог до нее добраться.

— Где же это она? — спросила эльфийка.

— В Затонувшем городе, — сказал Джаг. — На дне канала Черепов.

Никто не плавал по ночам по каналу Черепов, если мог этого избежать. Даже ветерок старался пролететь над темной водой как можно тише, не привлекая к себе внимания.

Назвали так канал потому, что много лет подряд каждый рыбак, закидывая в этом месте сети, обязательно вытаскивал со дна череп или какую-нибудь кость, а чаще всего так и несколько. Кроме того, в Затонувшем городе слишком многое мешало рыболовству, да и длинные лодки, какими обычно пользовались лодочники Имариша, поворачивались здесь с трудом.

Двеллер сидел на носу лодки. Джессалин в кожаных латах пристроилась рядом; лук ее лежал неподалеку. Драконетка летала в воздухе над ними, стреляя длинным щелкающим языком по подвернувшимся комарам. Краф разместился за их спинами. Рейшо и Кобнер налегали на весла, которые несли лодку по гладкой воде.

По берегам на каменистых хребтах скалистой почвы, переживших много лет назад воздействие шквала, виднелись руины, и можно было только предполагать, сколь страшные разрушения были скрыты под водой. По земле шныряли пожиратели падали и крысы, ползали мерзкого вида огромные жуки размером с руку Джага. В воздухе летали странные крылатые твари, которых драконетка провожала раздраженным шипением.

Одежный район находился в трех милях, за лабиринтом каналов, причудливое переплетение которых тянулось сквозь острова к центру города. Фонари на носу и корме лодки качались в такт движениям гребцов. В призрачном свете лун вода казалась черной и безжизненной. Время от времени на поверхность всплывали рыбы и черепахи, и каждый раз Джаг вздрагивал от испуга.

— Впереди мост, — сказал Кобнер.

Двеллер вгляделся в темноту и заметил разрушенный мост. Возможно, когда-то его перекинули над широким каналом, связывая два острова. Теперь сооружение скорее напоминало формой сломанный сапог, носок которого торчал вверх там, где мост надломился под острым углом.

— Это здесь? — осведомился волшебник.

Они все разговаривали вполголоса, прекрасно понимая, как далеко по поверхности воды могут разноситься звуки.

Джаг заглянул в записи Великого магистра. Он еще не успел перенести карты в свой дневник, хотя и оставил для этой цели несколько свободных страниц. Подвинув рукопись так, чтобы на страницу падал свет от фонаря на носу, он принялся изучать карту.

— Думаю, да.

Двеллер огляделся, ища другие приметы. Неподалеку торчала верхушка огромного купола, большая часть которого была скрыта под водой.

— На карте у нужного нам моста как раз обозначен купол.

Канал пересекали и другие мосты. Когда Насест Морского Дьявола подвергся воздействию разрушительного шквала, правители города, по словам Шарца, в первую очередь пытались спасти дворец и здания гильдий. Ремесленники-гномы, которых призвали, чтобы спасти хотя бы некоторые из частично затопленных зданий, сделали что возможно. Какое-то время их усилия давали результат. Здания осушали и надстраивали, между ними над водой были перекинуты мосты. Но вскоре морское дно снова разверзлось, и вся проделанная работа пошла насмарку.

— Тогда нам сюда, — сказал Краф. — Ищите, где можно пристать.

Возле лодки на поверхность выпрыгнула рыбка, обдав холодными брызгами лицо Джага. Он тут же с тревогой взглянул, не пострадал ли дневник Великого магистра, памятуя, как хрупка была бумага и ненадежны чернила. Закрыв тетрадь, двеллер бережно завернул ее в непромокаемую ткань и сунул обратно в карман.

Гном и Рейшо, ловко управляя лодкой, подвели ее к грязевой отмели у основания разрушенного моста. Кобнер перебросил молодому матросу кормовой линь, и тот закрепил его на толстой ржавой цепи, свисающей с моста.

Эльфийка легко выпрыгнула из лодки с луком в руке и устроилась у вершины небольшого холмика, держась в тени моста. Лук она положила на колени, одну стрелу наложила на тетиву, а еще три держала в руке наготове.

— Я тут поговорил с одним человеком, когда лодку доставал, — прошептал Рейшо, — так он сказал, сюда больше не ходит никто, потому что за этим местом мертвые следят. Мол, иногда зайдешь сюда и видишь, как они ходят.

— И ты в это веришь? — фыркнул гном.

— Я всего месяц назад видел в Рассветных Пустошах порчекостников, — заявил молодой матрос, доставая саблю. — А один раз был свидетелем, как мимо нас в тумане Кровавого моря прошел корабль, на борту которого были только мертвецы. — Он недоверчиво посмотрел на гнома. — Ты что, никогда не видел, как мертвые ходят?