Работа для рыжих - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 110

Но главное, Силы готовы мне помочь выручить друга, а значит, общий язык найден!

— Спасибо, — я поблагодарила могущественных и незримых собеседников.

— Отныне Киз свободен, Служительница, — теплым дуновением прошелестело гордое объявление.

И я увидела, как вздрогнул киллер, рванул на руке рубашку, всмотрелся, будто рассчитывал найти черную метку а-ля темный лорд, и потер запястье. Лицо у мужчины было таким обалдевшим, просто загляденье. Он что-то там себе видел весьма отчетливо, верил и одновременно почему-то не верил собственным глазам.

— Уже? — Я удивилась оперативности решения вопроса. Или они все сделали заранее и теперь мне макаронные изделия на уши наматывали, заставляя просить за друга, а может, ничего не делали, но были твердо уверены, что все выйдет так, как они решили?

— Для нас пространство миров, в коих желаем присутствовать, — едино, — запросто дали справку Силы, как я сказала бы любому сомневающемуся, что яйца всмятку варят две минуты, а не десять.

— Выходит, вы говорили со мной и Тэдра Номус одновременно?

— Воистину, — кротко согласились могущественные спасители желающих перепрофилироваться киллеров, не распространяясь, впрочем, о подробностях ритуала переубеждения. — Знак братства снят с того, за кого ты просила. В нашем присутствии более нет нужды. Мы поняли, ты сама выбираешь путь, и этот путь наилучший, назначенный судьбой. Мы не будем пытаться указывать иные дороги. Нужная сама ложится под ноги истинной Служительнице. Печать наша охранит тебя и зов твой будет услышан. Прости того, что не постигли мы этого сразу. Ступай туда, куда ведут сердце, душа, интуиция. Ты та, кто всегда окажется там, где необходимо.

— Спасибо вам. И вы тоже простите меня за то, что не потрудилась понять вас прежде, чем злиться, — согласилась я, озадаченная их трактовкой сумасбродных приключений.

Сердце, душа, интуиция… ну надо же, а я всегда считала, что несусь сломя голову туда, куда черти несут, без всякого плана, просто потому, что мне так хочется или так получилось. Или в сумме «хочется» и «получилось» дают по неведомым мне математическим законам магической вселенной то самое загадочное «необходимо», которое нужно Силам. И ради этой забавной закономерности, выгодной им, они готовы терпеть все мои фортели и даже оказывать всяческую помощь и поддержку? Да-а, бедненькие, тогда их действительно шибко припекло. Неужто других ненормальных той же категории во множестве миров дефицит?

— Ненормальных полно, таких, для которых личное «необходимо» совпадает с нашим — нет, — скорбно вставили Силы, позабыв извиниться за очередное чтение мыслей. — Мы рады твоей заботе, Служительница.

И они исчезли, оставляя стойкое ощущение того, что, стоит мне позвать их не то что шепотом, мыслью, — вернутся. А пока считают свое присутствие неуместным.

Наша беседа заняла какой-то миг, Киз все еще продолжал тереть запястье и обалдело таращиться в пространство, когда я ему брякнула:

— Дырку протрешь. Все, исключили тебя из штатного расписания Тэдра Номус и обратно не примут, даже если на коленях просить будешь. Кстати, а чего ты трешь, вас там что, как скот клеймят? Это же такая улика!

— Просить? Никогда, — скривился Киз, словно от уксуса, приправленного уколом иголками дикобраза, хлебнул и продолжил медленно, осторожно, будто бы ступал по первому ненадежному ледку: — Клеймо ставят не на коже, на кости. Его не увидеть глазами, не почувствовать никакой магией никому, кто не принадлежит Тэдра Номус.

Ух ты, оказывается, киллеров клеймят похлеще быков, да еще и в таких труднодоступных местах, которые самым продвинутым зубным щеткам не снились. Еще небось процедура таврирования и обставляется торжественно до не могу, как великое и ужасное посвящение в братство убийц с настойчивым внушением вторым слоем нижеследующего: «Назад дороги нет, не было и быть не может». То-то Киз сейчас такой чудаковатый. Не думал не гадал, что освободиться удастся, и одним махом привыкнуть к новому положению вещей не получается.

— Говорила же, отмажем, — поддакнула я мыслям уже-не-киллера.

Гиз сжал его плечо, поздравляя. Хорошо еще, возлюбленный у меня сильный, но легкий, как бы ни радовался, ничего жертве не сломает ненароком, а если сломает, лишь специально и лишь то, что намеревался.

Я затараторила, давая Кизу возможность восстановить душевное равновесие:

— Теперь ты всего себя сможешь посвятить заботам государственным, не отвлекаясь на спецзадания. Хотя наверное, это было бы недурным способом пополнения бюджета Артаксара. Мне друзья говорили еще в пору первого покушения на Вальдине, что нанять кого-то из Тэдра Номус, даже при наличии канала связи, не просто дорого, а очень-очень дорого. С другой стороны, времени даже на сверхдоходные развлечения у тебя точно не будет. Науку управления и хозяйствования экстерном осваивать придется. Или тебя этому как особо ценного кадра заранее учили?

— Учили, — невозмутимо согласился универсальный специалист, скрывая радость и нечеловеческое облегчение за прежней философско-созерцательной миной, а я всплеснула руками:

— Нет, ну так нечестно, все-то ты знаешь, все-то ты умеешь, везде-то ты был. Готовишь и то как шеф-повар лучшего ресторана. У меня сейчас гигантский комплекс неполноценности разовьется и придется психоаналитика искать!

Вообразив себя на мягкой кушеточке в позе «ручки на животе, глазки в потолок», с речью в стиле: «Доктор, я Служительница Сил и носитель их печати, очень переживаю из-за сравнения своих кулинарных талантов с гением бывшего киллера, а ныне короля Артаксара…» — невольно прыснула. Особо ярко почему-то представились всепонимающее выражение на лице доктора и его подрагивающая рука, тайком тянущаяся к тревожной кнопочке под креслом.

— Учили, только я не давал тебе клятвы занять трон, — не поддержал шутки Киз. Говорил без враждебности, голос звучал строго, задумчиво, с отчетливой примесью сомнений. Всплеск радости как корова языком слизала. — Силы поставили это условием моего выхода из братства?

— Нет, они говорили о твоем восшествии на трон Артаксара как о наилучшем варианте развития событий для мира Нертаран, и вашей с Гизом родины в частности. Не думаю, что в случае твоего отказа занять ответственный пост монарха они решат мелко отомстить и вернут клеймо убийцы назад. Ты немало сделал на ниве реанимации отдающей концы отчизны и всяко заслуживаешь элементарной благодарности. Только скажи откровенно, с чего на дыбы-то встал? Не хочешь править, считаешь себя недостойным трона или боишься, что, не успев выпрячься из одной кабальной телеги, окажешься в другой?

— Все просчитала… — как-то грустно усмехнулся Киз, в упор глядя на свои руки, словно взял и нежданно-негаданно резко увлекся хиромантией. — А что, если второе?

— Никогда не слышала о реально существующем государстве-утопии, где политику делают в белых перчатках и царит сплошная благость и всеобщее умиротворение, — пожала я плечами, сравнивая опыт наблюдения за политикой разных стран.

Печальные попытки установления равенства, братства и гармонии, исторически кончавшиеся массовым гильотинированием/расстрелами (нужное подчеркнуть) в моем мире и коварство, предательство, разрушения даже у идеальных с виду красавцев-эльфов на Вальдине явственно выявляли неприглядную закономерность.

— Власть всегда была тяжелым и грязным бременем, я вот так сразу и не скажу, чище ли твоя прежняя работа или нет. Но, став королем Артаксара, ты получишь реальную возможность опробовать себя не только в разрушении и устранении проблемы вместе с лицами, ее создающими, но и в сфере глобального созидания. Может, и к лучшему, что такой, как ты, займет трон — Артаксар за последние века подрастерял вес на политической арене, надо это выправлять. Ну а если сомневаешься в собственной компетентности, так магия артефактов — символов Изначального Договора — тебе порукой, надо только правильно расставить профессионалов.

Я говорила, но лицо Киза не светлело. Как закрылось тучкой мрачных дум, омрачающих чело, так никакого намека на солнышко не являлось. Типично октябрьское состояние, когда хмарь, сырость и безнадежное ожидание холодов здорово портят настроение.