Оскал Фортуны. Трилогия (СИ) - Анфимова Анастасия Владимировна - Страница 591

Во двор вошел один из охранников Джедефмоота.

– Где чужаки Алекс и Гернос? – надменно спросил он, с презрением глянув на пыльное платье Мерисид.

– Здесь, – выступила вперед Анукрис.

– Почетный носитель золотого трона владыки Рек и берегов, верховный жрец храма Птаха в Амошкеле, мудрейший господин Джедефмоот немедленно требует их в Дом людей!

– Сейчас прикажу позвать, – поклонилась молодая госпожа.

– Я здесь! – сказал появившийся изза угла кладовой юноша.

– Позвольте только привести себя в порядок? – он показал грязные ладони. – Это не займет много времени.

– А ты, Мерисид, найди Герноса.

– Да, госпожа, – кивнула старшая служанка. – Он, наверное, в саду.

– Пройдемте в дом, – любезно пригласила посланника Анукрис.

– Благодарю, – чуть склонился тот. – Но нам надо торопиться.

Появился Алекс с мечом за поясом и сумкой на плече, а чуть позже евнух, вытиравший на ходу руки.

– Что это было, госпожа? – спросила Мерисид, когда разочарованная хозяйка поднялась на веранду. – Там, в кладовке?

– Ты слышала когданибудь о "дыхании богов"? – спросила та.

– Только в сказках, – пожала плечами бывшая танцовщица. – Это такая ткань, невесомая как пух, прочная как канат и блестящая как вода. Её привозят далеко изза моря, и она стоит в сто раз дороже золота.

– Это не сказка, – покачала головой госпожа, откидываясь на спинку кресла. – Я сама держала его в руках.

Она мечтательно вздохнула.

– На острове, где Тусет нашел священную книгу. Помнишь, я рассказывала?

– Ты говорила, что там жили гедане.

– Энохсет отказался от еретического учения, – строго нахмурилась Анукрис. – Он хотел вернуться домой.

– А "дыхание богов", госпожа? – Мерисид вернула её воспоминания в нужное русло.

– Его нашли на корабле, который давнымдавно разбился у того острова.

– Какое оно?

– Как небо в месяцы разлива, – улыбнулась приятным воспоминаниям молодая женщина. – Блестящее, расшитое тончайшими золотыми и серебряными нитями, сплетавшимися в узор, похожий на волшебные цветы.

– И много его было?

– Пятнадцать или двадцать локтей, – пожала плечами Анукрис. – Алекс и Энохсет разрезали пополам и спрятали в два тайника. Когда мы приплыли в Нидос, Алекс рассказал о нем Тусету. Господин продал один кусок Сентору Кассу.

– За сколько? – деловито осведомилась старшая служанка.

– Сто дебенов золота.

– Великие боги! – вскричала пораженная Мерисид.

Хозяйка с ленивым злорадством наблюдала, как меняется выражение её лица. "Такие деньги лежали в двух шагах, а ты и не знала!"

Старшая служанка быстро овладела собой.

– Это же куча золота! Куда оно делось, госпожа?

– Тусет должен был получить его у казначея живого бога по расписке Сентора Касса. Куда она делась после его смерти, я не знаю. Наверное, он её сжег или разорвал, чтобы не досталось Сетиеру.

Молодая женщина пожала плечами.

– Госпожа, а может быть, Алекс все же открыл не тот тайник? – многозначительно прищурилась бывшая танцовщица.

– Пойдем, посмотрим! – Анукрис с готовностью встала.

Они долго возились, пытаясь поддеть тонким ножом деревянные клепки. А когда смогли, то выяснилось, что и этот тайник пуст. С трудом вставив на место панель, разочарованные женщины вышли из кладовой.

– Прости, госпожа, – извинилась Мерисид. – Алекс тебя не обманывал.

– Я знаю, – грустно улыбнулась хозяйка. – Просто хотелось себя чемнибудь занять. Неизвестно еще, что им скажет Джедефмоот?

Старшая служанка стала уверять, что ничего плохого с чужаками не случится. Анукрис благодарно улыбнулась, и тут же напустив на себя строгий вид, отправилась проверять кухонный двор. Потом посетила птичник, зашла в сад. Но беспокойство только нарастало. Солнце както особенно торопливо взбиралось на небо, а Алекс все не возвращался.

– Может быть, послать мальчишку в Дом людей? – предложила Мерисид. – Я оставила Тумина помогать кухарке.

– Нет, – покачала головой госпожа. – Ничего уже не изменишь. Будем ждать.

Видя мрачное настроение молодой хозяйки, служанка решила её немного развлечь.

– Ты слышала, что Алекса объявляли мертвым?

– Да, – кивнула та. – Повелитель смерти говорил об этом.

– Вчера приходил Карахафр, передать, что нас с Самхией и Гибдснором убрали из списка слуг Дома людей, и рассказывал, что никак не могут отыскать, кто сообщил о его гибели!

– Как это? – удивилась хозяйка.

Бывшая танцовщица торопливо зашептала, насмешливо улыбаясь:

– Пропал папирус с письмом из лагеря Абаз, где было написано, что он встретился с солдатами и утонул в реке!

Она захихикала и продолжила тихим шепотом:

– Седак говорит, что, скорее всего, Раату сам все придумал, чтобы успокоить горожан! А никакого папируса никто не присылал.

– И это Судья людей! – презрительно фыркнула Анукрис.

Она немного повеселела и отправилась в свою спальню, где стала разбирать подарки от "благодарных горожан" первому пророку храма Сета. Горшочки и пузырьки с разными красками и благовониями, куски ткани разного качества, красиво расписанная посуда, различные корзиночки.

Анукрис едва не выронила из рук маленькое серебряное зеркальце, когда послышался громкий стук в ворота и веселый голос Алекса. С трудом сдерживаясь, она приказала Самхии сложить все обратно и только после этого поспешила на двор.

Юноша довольно улыбался. За его спиной сияла, как начищенный медный кувшин, физиономия евнуха и хмурое лицо одного из слуг.

– Госпожа! – парень поклонился. – Мерисид!

Тут только Анукрис заметила рядом старшую служанку.

– У меня к вам большая просьба! – он еще шире улыбнулся. – Одолжите лодку?

– Зачем? – удивилась бывшая танцовщица.

– Гернос, – Алекс хлопнул рукой по плечу евнуха, – хочет прокатиться по реке. А Друг ему поможет. Так?

Немой слуга энергично закивал головой.

– Но разве вы не поплывете с нами? – робко проблеял Гернос.

– Вы справитесь! – отмахнулся юноша. – Я в тебя верю.

– Пусть забирают! – раздраженно поморщилась Анукрис. – Что тебе сказал Джедефмоот?

Молодой человек вытащил из сумки свернутый папирус и протянул Мерисид.

– Читай!

– Я, Джедефмоот почетный носитель золотого трона Владыки реки и берегов, верховный жрец храма Птаха в Амошкеле по велению великого визиря и воле Живого бога, государя КеллНомарха Гебхотепа III, жизнь, здоровье, сила, разрешаю Алексу и другим чужакам беспрепятственно выехать из Келлуана вместе с их вещами. Капитан или хозяин любого корабля, направляющегося в Нидос, обязаны взять их на борт и доставить в город, не требуя оплаты. Ну и так далее.

– Всетаки уезжаешь? – тихо всхлипнула Анукрис.

– Да! – кивнул Алекс. – Завтра праздник жертвоприношения. Твой супруг уже договорился с верховным жрецом храма Себера о покупке двух быков.

Он пожал плечами.

– Вот выполню последнюю клятву Энохсету, и послезавтра с утра мы с Герносом покинем ваш город навсегда!

Молодая женщина почувствовала, что вотвот разревется. Скривив губы в подобии улыбки, она развернулась и быстро пошла в дом. Добежав до дверей, Анукрис на миг остановилась. Возвращаться в свою комнату не хотелось. Вдруг Самхия еще не все убрала.

Всхлипнув, молодая хозяйка стала подниматься на крышу. Там под навесом стоит её любимое кресло, где ей никто не помешает плакать. Молодая женщина забралась на него с ногами, стащила с головы парик и приготовилась зарыдать, как вдруг услышала чьито шаги. Ктото медленно поднимался вверх по лестнице.

Сердце сжалось в недобром предчувствии.

– Алекс! – прошептала она одними губами, быстро спустила ноги и надела парик.

Теребя пояс на юбке, юноша смотрел на неё с непривычной робостью.

– Чего тебе? – резко спросила она.

– Поговорить, – тихо ответил молодой человек. – Однажды мне уже приходилось расставаться с дорогим человеком. И я до сих пор жалею, что не смог попрощаться понастоящему и сказать все, что было нужно.