Оскал Фортуны. Трилогия (СИ) - Анфимова Анастасия Владимировна - Страница 522

– Мы пошли охотиться на дроф, – раздался у Александра за спиной прерывистый голос.

Слуга догнал его и торопливо рассказывал, не обращая внимания на кровавые ручейки, сочившиеся из ран.

– Господин подстрелил птицу, а она полетела в кусты. Я полез за ней и наткнулся на зверя… Ой! Великий Амут!

Львице надоели бесполезные прыжки, и она попыталась вскарабкаться на дерево, цепляясь когтями, как кошка… Казалось, еще миг и одним келлуанином на свете станет меньше. Но почти у самой вершины хищница сорвалась и неуклюже упала на землю, подняв облако пыли. Все это могло показаться смешным, если бы не яростный рев зверя.

– Помогите, господин! – завопил слуга, вцепившись в предплечье юноши. – Господин Фиубис – старший писец на Уразских каменоломнях! Он щедро наградит за спасение сына!

"Это я удачно попал! – мысленно усмехнулся Алекс. – Глупо упускать такую возможность. Вот только я никогда не охотился на львов!"

– Но надо же когдато начинать, – пробормотал он.

– Что? – встрепенулся слуга. – Ой! Смотрите, она опять лезет!

Юноша достал бинт и сунул в руку келлуанина.

– Перевязывай свои раны и не мешайся.

– Да, господин.

Александр повесил ему на плечи одеяло, сумку и, прихватив все оружие, побежал к развлекавшейся хищнице.

– Я с вами! – заикнулся было слуга.

– Оставайся здесь! – огрызнулся юноша, не глядя.

Львица предприняла очередную попытку добраться до своей жертвы, но упала еще быстрее чем в прошлый раз. Раамос подобрал ноги и стал похож на карамельку ЧупаЧупс. Этакий краснокоричневый шарик с белым ободком на тонкой палочке, которая вдруг начала подозрительно раскачиваться.

Пробежав метров пятьдесят и убедившись, что верный слуга остался на дороге, хотя и не подумал заняться своими ранами. Так и стоял, вытянув длинную худую шею, глядя на попавшего в беду господина.

– Эеееей! Огого! – закричал Александр, разворачивая импровизированный футляр. – Кошка драная! Тебе еще падать не надоело?!

Хищница, до этого не обращавшая никакого внимания на вопли слуги, вдруг повернула к юноше широкую, озадаченную морду.

– Я к тебе обращаюсь, позор львиного племени! – он надел наконечник на копье и стал привязывать его кожаным ремешком.

Зверюга рявкнула, очевидно, не в силах решить, кого из этих наглых людишек съесть раньше. Того, кто сидит на дереве, либо того, кто ругается на земле.

– Оставь в покое уважаемого человека, ходячая кладовая блох! Или я сделаю из тебя прикроватный коврик!

Наверное, именно последнее замечание позволило львице сделать окончательный выбор. Она направилась к Алексу, постепенно убыстряя бег. Юноша воткнул в землю меч и приготовился к схватке. Самое обидное, что он даже теоретически не знал, как охотятся на львов с помощью копья.

Еще в счастливом детстве Саша Дрейк прочла множество книг, в которых главные герои бесстрашно вступали в поединки с самыми опасными хищниками. Но, как правило, у каждого из них имелся верный мушкетвинчестербластер либо волшебный меч с палочкой от "Семейства Олливандер" (см. "Гарри Поттер и философский камень" – прим. автора), ну или группа поддержки с камнями и крепкими палицами.

К сожалению, в наличии не имелось ни того, ни другого, ни даже третьего. Оставалось надеяться на тренированное тело и полученные по наследству рефлексы. Хорошо еще он догадался надеть сандалии. А то еще в самый ответственный момент воткнется какаянибудь колючка в ногу, и вперед к Осирсу.

Хищник прыгнул рыжей молнией, опалив густым звериным запахом. Александр привычно увернулся, а копье два раза ударило в лохматый бок. Приземлившись, львица в тот же миг ринулась в новую атаку. И тут же получила острой бронзой по морде. Зашипев, огромная рассерженная кошка попыталась лапой сломать крепкое древко. Но юноша всякий раз уводил его изпод удара, и ни на секунду не оставаясь на месте, продолжал втыкать отравленный наконечник в лапы, бок, шею, нос. Вдруг его нога поехала на кучке чьегото помета, и тут же копье разлетелось на две части под мощным ударом. Парень швырнул в львицу бесполезный обломок и, бросившись в сторону, схватился за меч.

– Эй ты, помет павиана! – раздался звонкий юношеский голос. – Я тебя не боюсь, пожирательница падали!

Раамос спрыгнул на землю и старался отвлечь внимание хищницы на себя. Вот только львица не обратила никакого внимания на размахивавшего руками келлуанина. Рявкнув, она вновь бросилась на Алекса. Он отскочил в сторону. Меч распорол шкуру на боку зверя, но она все же достала противника. Руку юноши украсили три неглубокие царапины.

Шипя и ругаясь, он развернулся на пятке и выставил вперед острие клинка. Вдруг передняя лапа львицы подломилась, издав яростный рев, она замотала огромной башкой, словно отгоняя кошмар. Очевидно, яд Энохсета стал действовать. Александр поднял меч и, поймав солнечный свет плоской стороной, направил его прямо в налитые кровью глаза. Она затрясла головой, и тут коротко свистнув, в плечо зверя впилась длинная оперенная стрела. Пока животное зубами вырывало из собственного тела чужеродный предмет, юноша успел подобрать с земли обломок копья с отравленным наконечником.

Вот только львице стало не до него. Еще одна стрела попала в брюхо, а другая в широкую грудь.

Молодой келлуанин, широко расставив ноги, стоял в десяти шагах от дерева, где только что изображал рождественскую звезду, и с эльфийской скоростью выпускал по зверю стрелу за стрелой. "Ну, до Леголаса тебе далеко, лысый", – подумал Алекс, еле увернувшись от противно вжикнувшей возле уха стрелы.

После четвертого попадания хищница решила всетаки с ним разобраться, но, не пробежав и двадцати метров, упала на землю и с жалобным ревом забилась в судорогах. Понимая, что зверь больше не опасен, юноша воткнул обломок копья глубоко в землю и, поднатужившись, сломал. Нечего ему здесь отсвечивать таким оружием. Потом убрал в ножны меч и, чувствуя страшную слабость в ногах, зашагал к издыхающей львице. Раамос тоже бежал к ней, вопя от восторга и помахивая зажатым в руке луком.

– Господин, вы живы! – послышался радостный крик слуги.

Только тут Александр обратил на него внимание. Коекак обмотав себе грудь, мужчина торопливо шел по дороге, одной рукой держась за грудь, второй вытирая глаза.

– Кто ты такой? – спросил молодой келлуанин, когда они встретились у затихающей жертвы. – Кого мне благодарить за свое спасение.

– Я слуга первого пророка храма Сета в Абидосе, – поклонился юноша. – Меня зовут Алекс, я несу письмо в Уразские каменоломни.

– Ты чужак? – дрогнули тонкие брови на красивом смуглом лице.

– Я ольвиец из Нидоса.

– А меня зовут Раамос, – представился келлуанин. – Я тоже еду в каменоломни. Мой отец служит там старшим писцом, а я стану его помощником…

– Хвала всем богам Великой реки! Вы живы, господин!

– Все в порядке, Сирзес, – успокоил слугу хозяин и нахмурился. – Ты ранен?

– Да, зверь немного порвал мне грудь, – мужчина улыбнулся бледными губами и осел в пыль.

Раамос бросился к нему, приподнял за плечи.

– Эй, Сирзес, что с тобой? Очнись.

Но голова с коротко подстриженными волосами безвольно моталась из стороны в сторону.

– Подожди, господин, – мягко отстранил его Александр. Проверив пульс, он убедился, что слуга еще жив.

– У вас есть вода?

– Откуда? – развел руками молодой келлуанин. – Мы и не думали так далеко заходить? Если бы не та птица… Пусть демоны в подземном мире сожрут её вместе с перьями!

– Твоему слуге срочно нужна вода, – покачал головой Алекс. – Да и повязку сменить не помешает.

– Я его понесу! – вдруг сказал Раамос, присаживаясь и собираясь взять бесчувственное тело на руки.

– Подожди, – мягко остановил его Александр. – Далеко до Гивр?

– Четверть арсанга, – чуть помедлив, ответил молодой человек.

"Примерно два километра", – быстро перевел в привычные меры Алекс и возразил.

– Так мы его не донесем.