Еретики Аквасильвы - Одли Ансельм - Страница 89

– Возможно, хэйлеттиты надеялись, что фетийцы обвинят в убийстве Форита и в гневе нападут на Танет?

– Оросий не так глуп, – ответил я.

– Он из семейства Тар'конантуров, – взмахнув руками, возразил Гамилькар. – Когда они в деле, результат непредсказуем.

– Не все из нас сумасшедшие.

Я с опозданием понял, что впервые связал себя с Тар'конантурами.

– Не все! – согласился торговец. – Но многие! И не спешите причислять себя к ним. Лично я относился бы к такому родству скептически.

– Спроси у Танаиса, – сказала Палатина. – Он подтвердит.

– Ему я поверю меньше всего! Лишь Элементы знают, кто он такой. Как часто ты встречала людей, проживших два с половиной века?

– Это не важно, – ответила кузина. – Лучше скажи, каким, по-твоему, будет следующий ход Форита?

Гамилькар нахмурился.

– Уж он не стал бы травить графа без веской причины. Но какую выгоду принесла бы такая смерть? Я подозреваю, Катан, что он рассчитывает на твою неопытность. Через несколько дней или недель в Лепидоре произойдет что-то важное. Кто бы ни стоял за этими атаками, их совпадение по времени не случайно. В следующие несколько дней, через неделю или две, ваш таинственный враг откроется. Я думаю, на этот раз он сделает все возможное, чтобы нанести решающий удар.

Глава 28

Утро принесло мне новые неприятности.

Я вынырнул из беспокойного сна, наполненного кошмарами, и вспомнил о том, что произошло прошлым вечером. К сожалению, мы не могли узнать, доплыл ли «Мардук» до Кулы и был ли ещё жив мой отец.

Отказавшись от завтрака, я сбегал на пляж и искупался. Это не помогло. Воспоминания о предыдущем дне неотступно мне преследовали меня, и, ныряя под воду, я снова и снова вспоминал ужасы пережитого.

Возвращаясь в свои апартаменты, я встретил в коридоре Летиена. Он спешил в порт, чтобы успеть на «Пэрасур», отплывавший в Фарассу.

– Вы уже уезжаете? – спросил я его.

– Мне нельзя оставаться здесь после того, что я наговорил Мидию. Зачем ты использовал магию? Я бы сам справился с пожаром, и у нас не было бы сейчас этих проблем.

– Вы не маг. Что вы могли сделать?

Он как будто не замечал моего сердитого тона. Его терпение злило меня еще больше.

– Перед смертью Кэросий зарядил мой медальон магией Воды. Сейчас ее осталось не так много. Тем не менее я справился бы с огнем. Поскольку магия исходит из медальона, маг ума был бы не в состоянии зафиксировать ее.

– Откуда мне было знать об этом?

– Я же кричал тебе! И ты видел меня, перед тем как заняться этим странным ритуалом с Равенной. Мог бы догадаться. Кстати, что вы с ней делали?

– Когда в Лепидоре появился маг ума, мы заперли магию друг друга в сфере души. Это не позволяло жрецу определить ее. Но прошлым вечером Равенна решила освободить нашу магию.

– Тем самым она, как бы случайно, поставила тебя в опасное положение. Даже Мидий не мог бы сделать худшего. Думаю, у тебя в запасе не больше недели. Затем аварх все поймет, и тебе придется либо уехать, либо нейтрализовать его.

– Спасибо за совет, – со злостью ответил я. Еще один просчет. Что будет дальше? – Когда вы вернетесь? Допустим, мы выкрутимся из этой ситуации, и нас не арестуют инквизиторы.

– Я вернусь в течение месяца. Береги себя и помни, что никто здесь не является тем, кем кажется.

Он повернулся и направился к двери. Я не стал провожать его и только крикнул вслед:

– Что вы имеете в виду?

Ответа не последовало.

Итак, благодаря Равенне и моей собственной глупости жрецы могли узнать о том, что я был магом. Ужасный смысл этой печальной перспективы дошел до меня, когда я вспомнил совет Танаиса. А вдруг мне действительно придется покинуть город? Уплыть из Лепидора на несколько лет? Но я не мог спасаться бегством. Я знал, что мой младший брат не справится с обязанностями графа. И куда мне бежать? Обвинив меня в ереси, жрецы будут охотиться за мной и в океане, и на суше. Единственной безопасной гаванью был Калатар – если только армии хэйлеттитов не согласятся продолжить Поход, начавшийся двести три года назад. Ах, Равенна, Равенна!

В этот час я встретил в коридорах лишь нескольких слуг. Отсутствие отца накрыло дворец тревожной тенью. Прежде он всегда был здесь, рядом с нами. Даже когда он уезжал на Конференцию в Танет, я чувствовал его незримое присутствие, знал, что с ним все в порядке. А теперь меня терзали опасения, что он больше не вернется в город. Я стал единственной преградой между Лепидором и лордом Форитом.

Пройдя в кабинет отца, я закрыл дверь, сел в кресло и рассеянно полистал документы, лежавшие на столе. Граф, не надеясь на память, оставил для себя записку: решить имущественный спор между двумя семействами. Теперь мне придется взять это дело на себя. Чтобы избавиться от печальных дум, я занялся просмотром смет. Эта утомительная и скучная работа заставила мой ум забыть о бедах и проблемах. Внезапно послышался стук в дверь. Мне не хотелось отзываться. Я знал, кто стоял за порогом, и появление этой персоны было очень некстати. Однако я не мог отделаться от нее.

– Входи.

– Солдаты обыскали дом предателя, – сказала Равенна, – но ничего подозрительного не нашли.

– Этого следовало ожидать.

После напряженной паузы она закрыла дверь и села в кресло.

– Танаис уплыл?

– Да, полчаса назад. Он сказал, что у нас в запасе есть неделя. Затем Мидий поймет, кто использовал магию. Если он пролистает копию «Истории», то узнает, что Танаис Летиен никогда не обладал магическими способностями.

– Кажется, ты злишься на меня. Но что еще мне оставалось делать? Ждать, пока зажарюсь в огне?

– Мы должны были довериться Танаису. Я заметил его жест, но ты схватила меня за руки и не дала мне все обдумать как следует.

– А что он мог сделать? У него же нет магии!

– Он обладал ею! Она сконцентрирована в медальоне!

– Катан, не обвиняй меня в том, что случилось. Я думала, что только ты во всем Лепидоре мог потушить тот огонь. Ведь это было не обыкновенное пламя. Надеюсь, ты почувствовал.

– Да я почувствовал. Но через неделю мне придется уехать отсюда – если только мы не разберемся с Мидием.

– Значит, это я во всем виновата?

– Если б ты не захотела освободить нашу магию, ничего подобного не произошло бы! А теперь мы оба в опасности!

– Нет. Под подозрением только ты. Я использовала свою магию в малых дозах, так что они не заметили ее.

Зачем она говорила об этом? Неужели, втянув меня в проблему, Равенна хотела разорвать наш союз?

– Допустим, тебе действительно ничего не угрожает. Но разве ты не окажешь мне помощь? Я не могу бросить клан. До возвращения отца я взял на себя графские полномочия, и мой младший брат слишком мал, чтобы заменить меня в такое смутное время. Если я уплыву, мое семейство потеряет власть. Договор с Гамилькаром будет разорван. Форит одержит победу, и никто тогда не удержит Мидия от массовых казней.

– Почему ты решил, что я не буду помогать тебе?

– Ты намекнула на это. Лучше скажи, что мне делать? Как, по-твоему, я должен поступить?

– Тебе нужно покончить с Мидием. Это единственный выход. Вряд ли мы сможем шантажировать его – у нас нет времени на сбор компрометирующих материалов. Кроме того, я не уверена, что шторм удержит его в храме на целую неделю. Поэтому не медли. Убей жреца, или он доберется до нас!

– Это дружеский совет или крик отчаяния?

Ее глаза сверкнули.

– О, Фетида! Если ты хочешь разработать план действий, то обратись к Палатине. Она ведь мастер стратегии.

– В отличие от тебя Палатина не обладает магией.

– У тебя она тоже имеется – хотя ты получил ее без всякого труда. Стоит тебе щелкнуть пальцами, и в твоем распоряжении будет сила, о которой другие люди могут только мечтать.

– При чем тут это? – возмутился я. – Вопрос не в том, откуда мы получили магию, а в том, что нам делать со Сферой!

Она встала с кресла и подошла к столу. Ее лицо казалось бледной маской.