Соловьиная ночь - О'Бэньон Констанс - Страница 46

— Неужели ты думала, что сделаешь честь моей семьи объектом глупой болтовни, а я не приму никаких мер? — язвительно спросил Рейли. — Ты вела себя непозволительно, Кэссиди! — добавил он резко.

Кэссиди принялась было оправдываться:

— Но это чепуха! Уверяю тебя, что я не сделала ничего такого, что могло бросить тень на честь семьи — твоей или моей… Если уж говорить по правде, то это именно ты опозорил меня, драгоценный супруг! — прибавила она не менее резко.

За окном мелькали тусклые фонари. Кэссиди не могла рассмотреть выражения лица Рейли, но чувствовала, что он пристально смотрит на нее.

— И чем же я тебя опозорил? — поинтересовался Рейли. — Что ты имеешь в виду?

Кэссиди плотней закуталась в накидку.

— Я говорю об этой актрисе, мисс Габриэлле — твоей любовнице!

Рейли слегка откинулся на сиденье.

— Откуда тебе о ней известно? Полагаю, от Джастина?

— Джастин — настоящий джентльмен. Он никогда не рассказывал мне о твоих женщинах! О твоих отношениях с мисс Канде я узнала из ее собственных уст. Насколько я понимаю, в тот вечер в твоем доме она как раз заняла место твоей официальной пассии!

Рейли почувствовал, что загнан в угол. Как муж может оправдаться перед женой в том, что у него есть любовница? Он пошел на попятный.

— Я не намерен обсуждать это с тобой, — пробормотал он.

— Мне хорошо известно, что женам не полагается знать о таких вещах. Если же они узнают об этом, то должны делать вид, что ничего не замечают. Однако мы оба знаем, что я не совсем обычная жена, — заявила Кэссиди, — и я не собираюсь мириться с подобным положением!

Рейли смутился. Ни перед одной женщиной он еще не чувствовал себя виноватым. Он уже начал жалеть, что вообще приехал в Лондон.

— Чепуха какая-то! — снова пробормотал он.

— Я так не считаю, Рейли, — твердо сказала Кэссиди. — Припомни наш разговор перед женитьбой, Ты, кажется, заверял меня, что у нас нет взаимных обязанностей. Мы не клялись друг другу в верности.

Рейли потрясло то, что она сумела использовать его собственные слова против него самого. Он допустил непоправимую ошибку, когда принялся объяснять Кэссиди, какими желает видеть их супружеские отношения.

— Я вовсе не хочу заставить тебя признаться, что ты была мне неверна, Кэссиди, — сказал он.

— Не пугай меня, Рейли! — парировала она. — В отличие от тебя я не выставляла перед тобой своего любовника!

— Давай не будем говорить сегодня об этом, — предложил он. — Почему бы тебе не поучиться в этом смысле у своей тетушки и не проявить мягкость, свойственную женщинам?

— Я люблю свою тетушку и готова брать с нее пример. Однако ее брак с дядей Джорджем — это совсем не то, что наше супружество! — заявила Кэссиди. — Тетушка Мэри любит своего мужа. Она отнюдь не глупая женщина, но я часто замечала, что, желая угодить дяде Джорджу, притворяется, что вся инициатива исходит исключительно от него. Что касается меня, то я не желаю подчиняться ни одному мужчине. Человек, который меня полюбит, должен принять меня такой, какая я есть, и его не должно уязвлять то, что я привыкла мыслить и действовать самостоятельно!

— Осмелюсь предположить, что именно поэтому ты до сих пор не выходила замуж, — заметил Рейли.

— Ты не ошибся, — признала Кэссиди.

— Хоть в чем-то мы соглашаемся, — усмехнулся Рейли, приподняв черную бровь.

Рейли никак не ожидал, что такая юная хрупкая девушка, как Кэссиди, способна дать подобный отпор взрослому мужчине. Жаль, что он не помнил об их первой встрече!

— Полагаю, ты в курсе сплетен относительно нашей женитьбы, Кэссиди? — поинтересовался он.

— Увы, да, — ответила она. — И не скажу, чтобы мне было приятно ощущать себя в глупой роли брошенной жены! Женщины хихикают за моей спиной, а мужчины позволяют в моем присутствии вольности — ведь рядом со мной нет мужа, который смог бы оградить меня от подобных посягательств!

— А Джастин — он ограждал тебя от посягательств? — осведомился Рейли.

— Он мой друг. Так же, как и твой.

— Насколько я помню, Джастин всегда начинал увиваться за моими женщинами…

Джастин даже пытался отбить у него Габриэллу, однако Рейли предпочел умолчать об этом.

— Джастин спасал меня от одиночества, — сказала Кэссиди.

Ее злило, что она должна оправдываться.

— О да, — саркастически воскликнул Рейли. — Он всегда приходит на помощь дамам!

— Я сумела убедиться в том, что он твой настоящий друг. Он никогда не сказал о тебе ни одного дурного слова — только хорошее, — и я уважаю его за это!

— Ну а меня — меня ты не уважаешь? — спросил Рейли.

— Я еще недостаточно хорошо вас знаю, ваша светлость, — нахмурилась Кэссиди.

— У меня есть имя! — возмутился он. — Называй меня по имени! А кроме того, — добавил Рейли, — смею тебя заверить, Кэссиди, с сегодняшнего дня у тебя будет возможность узнать меня лучше!

Кэссиди задрожала от смутного страха.

— Что ты имеешь в виду? — едва слышно прошептала она.

В этот момент карета остановилась и Рейли спрыгнул на землю.

— Я имею в виду то, мадам, что этой ночью намерен исполнить свой супружеский долг и положить конец досужим сплетням!

Кэссиди отпрянула назад, словно от удара.

— Но ведь ты обещал не делать этого… Рейли взял ее за руку и провел в дом.

— Обстоятельства вынуждают меня нарушить свое обещание! — шепнул он ей на ухо.

Не говоря ни слова, Кэссиди последовала за мужем. Дворецкий шагнул вперед и снял с нее мантилью. Она чуть было не обратилась к нему за помощью, но поняла, что здесь ей никто не сможет помочь…

— Скажи слугам, чтобы нас никто не беспокоил! — приказал Рейли дворецкому.

— Слушаюсь, ваша светлость, — кивнул тот.

Когда Рейли повел Кэссиди по лестнице, она чувствовала себя птицей, пойманной в сеть. В то же время она ощущала неясный и властный зов плоти. Рейли шел рядом, и его рука лежала у нее на талии.

Затем Рейли распахнул дверь и предложил Кэссиди войти. Она быстро прошла к окну, надеясь держаться подальше от мужа. Окно оказалось открытым, и легкий полуночный ветерок повеял на нее прохладой, словно хотел немного ободрить.

Взглянув на Рейли, Кэссиди заметила, что тот задумчиво рассматривает ее.

Кроме знакомых зеленых глаз, Рейли видел перед собой совершенно новую женщину. Она была стройна; ее волосы блестели, словно золотой нимб. Она была так прекрасна, что он не мог отвести от нее взгляда.

Желая избежать неловкой паузы, Рейли подошел к камину, в котором плясали языки пламени.

— Нам предстоит еще очень многое узнать друг о друге, Кэссиди, — проговорил он. — Мы женаты, но пока еще совсем чужие…

— Не уверена, что хотела бы узнать тебя лучше, Рейли, — призналась Кэссиди. — Кажется, я все еще тебя боюсь.

— Прости, если я действительно тебя пугаю… Но я никогда не сделаю тебе больно, Кэссиди, — сказал он, и его глаза потеплели. — Каждый человек — будь то мужчина или женщина — чего-то боится…

Кэссиди вскинула на него глаза, удивленная подобным признанием.

— Трудно поверить, что и тебя может что-то пугать! — вырвалось у нее.

— Увы, это так.

Она сделала шаг в его сторону и спросила с любопытством:

— Что же может испугать такого мужчину, как ты? Его губы тронула улыбка.

— Меня пугаешь ты… Ты кажешься мне необыкновенной девушкой, которую я пустил в свою жизнь, но характера которой я совсем не знаю. Не представляю, что мне с тобой делать, Кэссиди!

Незаметно для себя Кэссиди приблизилась к герцогу совсем близко.

— Вы можете отпустить меня, ваша светлость, — прошептала она. — Никто из нас не желал этого брака. Если вы отпустите меня назад к моей тетушке, то сможете вернуться к своей любовнице.

— Я не могу этого сделать, Кэссиди, — сказал Рейли, трогая локон на ее щеке. — Очень жаль, что ты узнала о мисс Канде, но ты должна поверить, что с тех пор, как мы поженились, я с ней не виделся.

— У меня нет оснований сомневаться в ваших словах… — Кэссиди подняла на него лукавый взгляд. — За исключением того, что вы дали мне год, — напомнила она.