Соловьиная ночь - О'Бэньон Констанс - Страница 41

— Дорогая, мы с тобой подруги, — пробормотала она, — и я готова сделать для тебя все что угодно. За исключением одного. Я не могу позволить тебе находиться здесь, когда приедет герцогиня Равенуорт. Пойми, это будет настоящий скандал. Можно представить, как разозлится его светлость, когда узнает об этой встрече! Это погубит мое заведение!

— Эстелла, жена Рейли даже не будет знать, кто я такая, — заверила подругу Габриэлла. — Я просто хочу разок на нее взглянуть, а потом незаметно уйду. Никто, даже Рейли, не узнает, что я была здесь.

Мадам Эстелле слишком хорошо был известен бурный темперамент Габриэллы, чтобы поверить в то, что все обойдется без скандала. Однако они были подругами, и Эстелла неохотно согласилась.

— Герцог поступил дурно, не сообщив тебе о своей женитьбе, — сказала она. — В общем, если ты обещаешь, что не попытаешься заговорить с герцогиней, я позволю тебе прийти…

В глазах Габриэллы промелькнул странный огонек.

— Даю тебе честное слово, что не скажу ей ни слова! — поклялась она.

Кэссид выглянула из окна тетушкиной кареты и увидела, что погода начала портиться.

— На обратном пути мы попадем под дождь, тетушка Мэри, — сказала она.

— Да, пожалуй, — согласилась тетушка, окидывая племянницу придирчивым взглядом.

За тот месяц, который успел минуть после свадьбы, Кэссиди необыкновенно похорошела. Когда-то мертвенно-бледные, ее щеки теперь цвели, как розы. Ее зеленые глаза жизнерадостно сверкали, а волосы начали виться и блестеть, как настоящее золото. Конечно, она все еще была слишком хрупкой, но тетушка прониклась уверенностью, что скоро Кэссиди наберет вес и приобретет прежние округлые формы.

— Ты выглядишь счастливой, дорогая! — заметила леди Мэри.

— Так оно и есть, тетушка. Ведь теперь я с вами и дядей Джорджем, и у меня есть Арриан. Чего же мне еще желать?

Леди Мэри подумала, что Кэссиди всем сердцем привязалась к маленькой племяннице. Однако теперь у нее был муж и должны были появиться собственные дети. Глядя на Кэссиди, леди Мэри видела, что перед ней цветущая девушка, которую отличала не только внешняя красота, но и красота души. Временами тетушка видела, что в глазах Кэссиди появляется мечтательное выражение, и понимала, что ее мысли устремлены к Рейли Винтеру.

— Разве тебя не радует, что мы едем сегодня за новыми платьями, Кэссиди? — спросила леди Мэри. — Видит Бог, ты в них очень нуждаешься!

— По правде сказать, меня смущает то, что я позволила Рейли оплачивать счета за мой гардероб, — ответила Кэссиди. — Конечно, я его жена. Я знаю это, но до сих пор мне в это не верится. С тех пор, как мы поженились, я ни разу не видела его и даже ничего о нем не слышала…

— Кэссиди, — вот уже в третий раз повторила тетушка, — Рейли твой муж, и он должен быть уверен, что ты ни в чем не нуждаешься. Уезжая, он поручил мне следить, чтобы у тебя было все необходимое. Во время своей болезни ты никуда не выезжала, но, сделавшись герцогиней, ты должна знать, что теперь на тебе лежат определенные обязанности. Я уже получила массу приглашений на ужины, которые устраиваются в твою честь.

Кэссиди взглянула на свое желтое платье, которое было перешито для нее из старого платья тетушки.

— Пожалуй, мне действительно нужно обновить гардероб, — согласилась она.

— Вот именно, — подхватила леди Мэри. — Кроме того, ты должна помнить, что ты теперь жена герцога и должна соответственно одеваться — чтобы не опозорить мужа и его титул.

— Ты права, тетушка. Но все же к этому так трудно привыкнуть…

Леди Мэри улыбнулась и похлопала Кэссиди по руке.

— Мы приехали, моя дорогая, — сказала она. — Я уверена, что мадам Эстелла приготовила для нас великолепные наряды. Конечно, это не слишком патриотично заказывать платья у француженки, но у нее превосходный вкус, и она чрезвычайно внимательна к своим клиентам!

Но Кэссиди по-прежнему беспокоили деньги.

— У нее все так дорого! — воскликнула она.

— Это правда, — кивнула тетя Мэри. — Но, если бы она брала дешевле, нас бы здесь не было.

Кэссиди нахмурилась. Еще никогда она не тратила столько денег на наряды. Она и вообразить себе не могла, что гардероб будет стоить таких денег, но тетушка сказала, что это только начало.

Слуга открыл дверь, и леди Мэри сделала знак Кэссиди следовать за ней.

— Это настоящее приключение — поход к портнихе. Будь готова к сюрпризам! — предупредила она племянницу.

В качестве наблюдательного пункта Габриэлла Канде выбрала розовый диван. Оттуда она увидела, как в магазин вошли две женщины. Одну из них она сразу узнала. Это была леди Риндхолд. Габриэлла не сразу рассмотрела другую женщину, которая зашла с леди Мэри.

У двери зазвенел колокольчик, и Габриэлла подалась вперед, чтобы получше рассмотреть жену Рейли. Когда она увидела это прелестное создание, то даже растерялась. Перед ней была совсем юная девушка.

Габриэлла яростно скрипнула зубами. Ей никогда не нравились блондинки, но золотистые волосы этой девушки показались ей изумительной королевской короной. Она с завистью взглянула в ее зеленые обрамленные длинными ресницами глаза, которые сверкали, как два изумруда. Все в девушке было совершенно и прекрасно. Тонкое платье на ней хорошо подчеркивало стройную фигурку. Рейли променял Габриэллу на невинную и чистую девушку!

Ее охватило бешенство. У молоденькой герцогини было все, о чем сама Габриэлла могла лишь мечтать: молодость, красота и Рейли Винтер в качестве супруга. Задыхаясь от ярости, Габриэлла почувствовала, что с радостью уничтожила бы прелестную соперницу.

Эстелла уже спешила навстречу новым посетителям. Она задержалась лишь на секунду, чтобы шепнуть Габриэлле:

— Ты должна немедленно уйти! — затем она подошла к гостям и воскликнула: — Леди Мэри, как я рада снова вас видеть!

— Взаимно, мадам, — ответила леди Мэри. — Позвольте представить вам мою племянницу, ее светлость герцогиню Равенуорт.

Эстелла смотрела на молоденькую девушку и понимала, какие чувства овладели Габриэллой, когда она увидела, что жена Рейли так умопомрачительно хороша.

— Это настоящее счастье наряжать такую очаровательную особу, как ваша честь! — сказала она.

Габриэлла выскочила вперед и, натягивая перчатки, взглянула прямо в глаза той, что стала причиной ее бешеной ревности.

— Мадам Эстелла, — пропела она медовым голосом, — будьте так добры отправить мой заказ ко мне домой, а счет за него как обычно — герцогу Равенуорту! Вы ведь знаете, что он необыкновенно щедр.

Она даже приподняла руку, чтобы продемонстрировать великолепный бриллиантовый браслет, и бросила в сторону Кэссиди ненавидящий взгляд.

— Прелестная вещица, не правда ли? — усмехнулась она. — Эта безделушка — последний подарок Рейли.

Кэссиди сразу узнала женщину, которую впервые увидела в ту ночь, когда пришла к Рейли просить помощи в возвращении Арриан. Она беспомощно посмотрела на тетушку.

Леди Мэри заслонила собой Кэссиди, а актриса, словно разъяренная фурия, пронеслась мимо них к выходу.

— Что это значит, мадам Эстелла? — сурово спросила леди Мэри. — Кто эта грубиянка и как она посмела говорить гнусности моей племяннице?

Мадам Эстелла заломила руки.

— Я потрясена тем, что случилось в моем заведении, леди Мэри! — пробормотала она. — Я не подозревала, что Габриэлла способна так презреть правила приличий! Как я могу загладить мою вину?

Кэссиди закрыла ладонями пылающие щеки. Только теперь до нее дошел смысл того, что говорила актриса.

— Так значит… — пролепетала Кэссиди, — она все еще с Рейли!

На лице леди Мэри отразился гнев.

— Если вы и эта женщина задумали посмеяться над нами, то, уверяю вас, смеяться вам недолго, мадам Эстелла! — сказала она.

— Но, леди Мэри! Ваша светлость! Габриэлла хотела лишь взглянуть… Она дала мне честное слово, что не будет…

Разъяренная леди Мэри схватила Кэссиди под руку и потащила из магазина. Кэссиди села в карету. Она все еще находилась в шоке от случившегося.