Рыцарь Золотого Сокола - О'Бэньон Констанс - Страница 76

— Нет, — Мелесант медленно отступила к дверям, не сводя с него глаз. — Ты не можешь поступить так с собственной матерью!

— Может быть, все еще обойдется, — решил он подарить ей последнюю надежду. — Вдруг Генрих окажется настроен благодушно.

— Ты же прекрасно знаешь, что он потребует моей смерти! Нет, нет, я не тронусь с места!

Райен пожал плечами.

— Оставайся, если угодно, но я бы на твоем месте выбрал Англию. Обнаружив тебя на острове, Джиллиана, которая скоро прибудет сюда, может расправиться с тобой куда безжалостней Генриха.

Плечи Мелесант поникли.

— Ты победил, Райен.

Пока она тяжело шла к двери, Райен смотрел ей вслед и знал, что видит свою мать в последний раз. Несмотря на все ее преступления, ему все-таки было жаль ее. В Англии ее ждал гнев Генриха — и смерть.

Райен оперся руками о стол и долго стоял неподвижно, опустив голову. Никто не видел его сейчас, и никто не знал, какие муки он терпел, отправляя мать на верную гибель.

Когда Райен наконец вошел в детскую, Кассандра стояла к нему спиной, склонившись над колыбелью. Дверь скрипнула, и она обернулась, сжимая рукоять ножа, — но, едва узнала Райена, нож выпал у нее из рук, и она бросилась в объятия брата.

— О Райен, скажи, война кончилась? Фалькон-Бруин свободен? Ты — король?!

Он отклонился, чтобы получше ее рассмотреть.

За год принцесса Кассандра вполне оформилась, и теперь она выросла в замечательную красавицу.

— Если хочешь, можешь пойти проститься с матерью. Я отправляю ее в Англию.

Они долго без слов смотрели друг на друга. Оба знали, что ожидает в Англии королеву Мелесант.

— Не вини себя ни в чем, Райен. Это единственно верное решение.

— Ты знаешь, что теперь нам придется воевать еще и с кастильцами?

— Да, я слышала, что их корабли уже показались на горизонте. Войны не избежать, Райен, но я знаю, что мы в ней победим.

Обойдя Кассандру, он взглянул на спящую дочь. У нее была нежно-розовая кожа и золотые кудряшки, как у спящего ангела. Не удержавшись, он потрогал детскую ручку, и на него вдруг нахлынула горячая волна нежности, а неизвестно откуда взявшийся ком в горле не дал произнести ни слова.

Кассандра дотронулась до его рукава.

— Райен, я должна тебе рассказать: чтобы спасти свою дочь, Джиллиана подписала указ, по которому женщины не имеют больше права восходить на талшамарский престол. Она будет последней королевой Талшамара.

Райен закрыл глаза.

— Мать говорила именно об этом, но я тогда не понял. Джиллиане, вероятно, нелегко было принять такое решение: ведь она лишила прав свою единственную наследницу… Кроме того, возможны осложнения в отношениях с Францией, да и ее собственная жизнь в опасности. — Он задумчиво взглянул на сестру. — Раньше я считал, что все женщины похожи на нашу мать, но вы с Джиллианой снова и снова доказываете мне, что я заблуждался.

— Ты любишь ее, — сказала Кассандра.

— Даже если это так, у нас с Джиллианой все равно нет будущего. Нас слишком многое разделяет.

— Что ты теперь будешь делать?

— Готовиться к битве с кастильцами. Не сегодня, так завтра они высадятся на острове. — Он приподнял подбородок Кассандры и заглянул ей в глаза. — Если я не вернусь, проследи, чтобы девочка дождалась Джиллиану живой и невредимой.

Кассандра уверенно пообещала:

— Не бойся, с нею ничего не случится.

Ноги у Джиллианы подкосились, и она опустилась на скамью. Известие застало ее врасплох.

— Но я же сама видела, как его убили, — растерянно произнесла она. — Умирая, он держал меня за руку.

Кардинал Фейлшем подошел к ней поближе.

— Его сестра сказала мне, что он жив, и у меня нет оснований ей не верить. Повлияет ли это на принятое ранее решение, Ваше Величество?

Она ответила не сразу.

— Нет. Мое решение остается неизменным: войне быть. У нас все уже готово, и в конце недели мы отплываем. Сядьте, ваше преосвященство. — Она указала ему на соседнюю скамью. — Вы останетесь в Талшамаре: вы нужны мне здесь.

— Вы говорите так потому, что я стар и немощен?

Джиллиана положила ладонь на его руку.

— Нет. Я говорю так потому, что если со мной что-то случится, ваши мудрые советы будут особенно нужны моему народу. — Она встала. — А теперь, если вы меня извините, я хочу видеть сэра Хэмфри и остальных.

Джиллиана поспешила из библиотеки в приемную залу, где ее ждали освобожденные Райеном рыцари, приплывшие вместе с кардиналом. При виде их лицо ее прояснилось, она шагнула к сэру Хэмфри и сжала его руки.

— Друг мой, для меня счастье видеть вас дома. После того как королева приветствовала своего палатина, она поговорила с каждым рыцарем по очереди.

— Я приказала, чтобы на кухне приготовили для каждого из вас самые любимые блюда, а гонцы уже выехали за вашими родными.

Сэр Хэмфри не мог насмотреться на свою королеву.

— Если надо, мы можем хоть сейчас плыть с вами обратно на Фалькон-Бруин, — сказал он.

— Ваша помощь мне понадобится позже, а пока отдыхайте и набирайтесь сил. Вы, разумеется, расскажете мне о том, как вы выбрались на свободу. — Говоря все это, она озадаченно оглядывала комнату. — А где же Нетта? Уже уехала в деревню, к мужу?

Хэмфри опустил глаза.

— Нетта не вынесла испытаний. Мелесант была с ней особенно жестока — ведь она помогла вам бежать. Но ее последние слова были о вас, Ваше Величество.

Джиллиана печально отвернулась. Вот и еще одна жертва Мелесант. Милая, преданная Нетта — неужели ее больше нет?

— Пошлите человека к ее родным, пусть сообщит им печальную весть. Они должны знать: Нетта умерла достойно.

Вернувшись в спальню, Джиллиана долго сидела у окна, погруженная в невеселые раздумья. Ей предстояло сделать нелегкий шаг. Она не желала войны, войну ей навязали, и теперь она должна была победить в ней любой ценой.

И все же сердце ее пело: Райен жив. Он жив! Мысль о предстоящем сражении мешала ей в полной мере ощутить радость. Скоро ей придется вести свое войско по острову Райена, убивать его людей. Если бы всего этого можно было избежать!.. Но Мелесант не оставила ей выбора.

Джиллиана должна вернуть свою дочь, чего бы ей это ни стоило.

35

Когда утренний туман рассеялся, фалькон-бруинские рыбаки первыми разглядели красные паруса талшамарцев на горизонте. Гонец тотчас поскакал в замок, чтобы предупредить короля Райена и укрывшихся в замке жителей острова.

Войско было вооружено и стояло наготове у ворот замка, но Райен не спешил посылать его наперехват талшамарцам, и все пятьдесят кораблей беспрепятственно подошли к берегу.

Лорд Маркем ожидал, что им будет оказано сопротивление во время высадки на берег, однако и тут им никто не помешал. Когда наконец разгрузка судов была закончена, войско начало выстраиваться в боевой порядок: впереди рыцари, за ними пешие воины.

Лишь во второй половине дня последнее оружие и боевое снаряжение было вынесено на землю и грозное талшамарское войско двинулось к замку.

Джиллиана ехала между Хэмфри и лордом Маркемом. В деревне тоже никто не пытался препятствовать их продвижению. Всюду были видны следы совсем недавнего сражения. Многие дома были сожжены дотла, тут и там еще дымились пепелища.

— Лорд Маркем, — Джиллиана обернулась к своему полководцу. — Как вы думаете, что здесь произошло?

— Могу только сказать, что тут была жестокая битва, притом совсем недавно.

— Но с кем? — обеспокоенно спросила она. Открывшаяся им картина вполне могла означать, что сторонники Райена потерпели поражение.

— Вероятно, это следы внутренней войны, — отвечал лорд Маркем. — Думаю, что в ней полегло немало людей.

Деревня осталась позади, но ни один человек все еще не встретился на их пути. Когда впереди выросли башни замка, лорд Маркем приказал разбить лагерь. Часовые, расставленные через каждые пять шагов, зорко вглядывались в сгущающуюся тьму.