Обвенчанные дважды - О'Бэньон Констанс - Страница 43

Цепким взглядом старый Хаким окинул сидевших рядом. План был хорош, но шейхи пойдут за лордом Майклом лишь в том случае, если его поддержат все без исключения. Хаким понимал, что ему придется манипулировать собственными друзьями. Но ведь для их же блага!

— Мне это нравится, честное слово! — воскликнул он. — Этот план достоин великого генерала… Или Зеленоглазого Скорпиона.

Остальные принялись вполголоса совещаться, а принц Халдун с понимающей улыбкой поглядывал на тестя.

— К северу от того места живет племя хакаш, они — союзники Сиди. Мы можем разыграть великолепное представление, если двинемся на них, — подсказал принц.

— План неплох. Но не опасно ли дробить наши силы? — позволил себе усомниться один из менее знатных шейхов.

— Такая опасность действительно существует, — согласился Майкл, — и мы не застрахованы от всех неудач.

Хаким раздраженно вздохнул. Зеленоглазый терял доверие людей.

— Не вижу иного способа выманить верблюда из его навозной кучи, — запальчиво произнес он. — А ты, Ахдар Акраба, расскажи нам подробнее об этом хитроумном плане.

Майкл взглянул на Хакима и обнаружил, что бедуин красноречиво смотрит на него широко открытыми невинными глазами. Тут он понял, куда клонит старый лис.

— Ну что ж, шейх Хаким, я полагаю, нам следует поступить так, — сказал Майкл, проведя саблей черту на песке. — Мы направим один отряд на племя хакаш, чтобы вытащить Сиди из Калдои, а остальные войска укроются здесь.

— Точно! — воскликнул Хаким, заражая своим энтузиазмом других шейхов.

— Где-то поблизости пролегает караванная тропа, не так ли? — спросил Майкл.

— В одном дне пути на север, — ответил Халдун.

— Хорошо, — сказал англичанин. — Значит, когда отряду придет пора воссоединиться с основными силами и шпионы Сиди заметят поднявшуюся пыль, они, вероятно подумают, что идет караван.

Хаким одобрительно кивнул. Он знал, что Зеленоглазый может предложить хороший план, — его нужно было только чуть-чуть раззадорить.

— Все получится, — сказал Халдун. — На мой взгляд, идея настолько необычна, что Сиди ни за что в жизни не заподозрит ловушки, а когда догадается, будет уже поздно.

В темных глазах Хакима зажегся огонек.

— Направлю в город Абу. Его там знают и ему доверяют. Пусть распускает ложные слухи о том, что мы готовимся напасть на племя хакаш.

— А ты уверен, что мы сами можем довериться ему? — Майкл обязательно должен был услышать ответ на этот вопрос, поскольку теперь от Абу зависела судьба отца и его самого.

— Я бы доверил ему жизнь, — сказал Хаким и, пожав плечами, добавил: — Даже если его схватят, и будут пытать, он нас не выдаст. Абу скорее умрет, чем предаст меня.

— Этот замысел удастся, он просто неподражаем! И почему эта идея не пришла в голову мне первому? — восклицал старый шейх, сияя от восторга.

— Не торопитесь радоваться, — покачал головой Халдун. — Стены Калдои высоки, стража сильна, а в самом городе — большая армия.

— Если Абу выполнит свой долг, то сможет открыть перед нами ворота. Но если ему этого не удастся, весь план рухнет, — предупредил один из шейхов.

— Я пойду вместе с ним, — вызвался Майкл. — Мне нужно освободить отца до того, как вы начнете штурм.

— Не буду отговаривать тебя, — кивнул в ответ Халдун. — Если бы там был мой отец, я поступил бы точно так же. Но должен предупредить: будь осторожен. Тебя тут же выдадут твои глаза. К тому же враги знают, что ты попытаешься освободить отца.

Майкл вытащил нож и отрезал от одежды кусок ткани. Затем, стиснув зубы, он полоснул лезвием по руке и вымочил тряпицу в крови. Окружающие застыли в немом удивлении.

— Перед тем как войти в город, скрою глаза под этой повязкой, и Абу станет говорить всем встречным, что я ранен в голову, — пояснил Майкл, подняв взгляд на Хакима. — По крайней мере, теперь мне не придется трястись верхом на вашем треклятом верблюде.

— Может, все и обойдется, — сказал Халдун, со страхом думая, что может произойти с Майклом, если тот будет разоблачен. — Но будь начеку, мой друг. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— Если через три дня я не приду к вам, значит, меня постигла неудача. В таком случае идите на приступ, — условился Майкл с друзьями.

— Не забудь, Абу должен открыть ворота, — напомнил ему Хаким.

Майкл посмотрел на двух своих друзей, а затем окинул взглядом сотни их товарищей, готовых к битве. Многих он никогда раньше не встречал, но был обязан им больше, чем жизнью.

— Молю Бога, чтобы вскоре мы вновь собрались втроем, — сказал он.

— Да будет на то воля Аллаха, — откликнулся Хаким.

— И пусть с нами будет твой отец, — добавил Халдун.

Мэллори проснулась поздним утром. Майкла рядом не было. Выскользнув из постели, она побежала в сад, надеясь застать его там, но надежды ее не оправдались. Обойдя весь дом, она поняла, что Майкл уехал, даже не разбудив ее и не попрощавшись.

Зато, войдя в гостиную, Мэллори нашла его письмо. По размашистому почерку можно было догадаться, что оно было написано в спешке.

«Дорогая Мэллори!

Мне трудно покидать тебя сразу после нашей свадьбы, но ты знаешь, как важно для меня найти отца. В соответствии с моими распоряжениями тебя доставят в Каир. Принц Халдун оставил тебе в провожатые одного из своих самых надежных людей, который благополучно проводит тебя к твоим родителям. Ты встретишься с ним в северном дворике после завтрака. Умоляю тебя не откладывать отъезд. Я хочу, чтобы ты покинула Камар-Гинину, прежде чем здесь начнет бушевать война».

Как мог Майкл быть столь холодным и деловитым после того, что произошло между ними прошлой ночью? Разве могла теперь Мэллори возвратиться в отчий дом как ни в чем не бывало? Если бы она осталась здесь, то, по крайней мере, могла бы получать вести с войны.

С тяжелым сердцем Мэллори принялась упаковывать вещи, пытаясь подавить поднимавшийся в душе страх. А вдруг с Майклом что-то случится? Могут пройти недели, прежде чем она получит весточку в Каире.

Служанка внесла поднос с завтраком.

— Где здесь северный дворик? — быстро спросила Мэллори.

Женщина, не поняв ни слова, покачала головой и ушла, а Мэллори отправилась на поиски провожатого. Она должна была хоть чем-то помочь Майклу.

Расспросив нескольких слуг, Мэллори в конце концов смогла найти своего провожатого. Человек как раз навьючивал на коня торбы с припасами.

— Госпожа, мое имя Фейсал. Я должен быть вашим провожатым. Готовы ли вы к отъезду?

— Фейсал, неужели мы поедем в Каир вдвоем?

— Да, госпожа. Но со мной вы будете в безопасности. За вас я отдам свою жизнь.

— Насколько хорошо ты знаешь город Калдою?

— Очень хорошо. У меня там много друзей. Мой двоюродный брат Габль охраняет по ночам городскую башню.

— Рассказывал ли ты принцу Халдуну или моему мужу о своем двоюродном брате? — спросила Мэллори.

Человек отрицательно мотнул головой.

— Я лишь скромный слуга, мне не позволено говорить с великими без их позволения, — молвил он.

— Ты можешь отвезти меня в Калдою? Лицо провожатого побелело.

— О нет, госпожа! Сделав это, я распрощался бы с собственной жизнью. Мне было сказано отвезти вас в Каир, и именно это я должен сделать.

— Ты должен помочь мне, Фейсал. Мой муж в смертельной опасности. Он хочет прорваться в тюрьму, чтобы освободить своего отца.

Провожатый вновь покачал головой.

— Он не может проникнуть к своему отцу, госпожа. Стражники пристрелят любого, кто приблизится к тюрьме.

— Способен ли твой двоюродный брат предать тебя?

— Нет, госпожа. Мы с ним одной крови.

— Тогда ты отвезешь меня туда и убедишь своего двоюродного брата помочь нам.

— Нет, госпожа, я не могу отвезти вас туда. Это плохое место. Для английской женщины там опасно.

— Я оденусь как служанка и скрою свое лицо. Мы должны поторопиться, Фейсал.