Обвенчанные дважды - О'Бэньон Констанс - Страница 34

— И вы не будете скучать по своей кочевой жизни?

— С тех пор как мне исполнилось семь лет, мать не переставала повторять мне, что я стану женой великого принца, и я мечтала о том времени, когда это случится. Я счастлива быть здесь.

— У вас передо мной преимущество, Ясмин. Вы знаете, как я выгляжу.

— Значит, настало время, чтобы и вы увидели мое лицо. Я тоже боялась этой минуты, боялась, что не понравлюсь вам.

Она подняла руки, сняла с головы золотые обручи и медленно подняла блестящую ткань покрывала. Халдун стоял, замерев на месте.

Первое, что он увидел, были полные губы и точеный носик. Он перевел дыхание и заглянул в глубокие карие глаза — блестящие и нежные, смотревшие на него из-под изящных бровей. Халдун, не говоря ни слова, рассматривал ее.

— Я боялась, что покажусь вам уродиной, — потупилась Ясмин. — Сегодня я поняла, что вы не любите меня так, как я люблю вас.

Протянув руку, он взял девушку за подбородок и приподнял ее голову кверху, сердце его наполнялось гордостью за ее красоту. Она была поистине прекрасна!

— Ты любишь меня? — спросил он удивленно.

— Я не могу припомнить время, когда бы не любила вас, — застенчиво призналась она. — Сначала я любила вас так, как ребенок любит старшего брата, а потом — полюбила как женщина. Пожалуйста, скажите, что вы не разочарованы мной.

— Нет, Ясмин, ты не разочаровала меня. По-моему, я очень счастливый человек, если мне досталась такая жена, как ты.

Глаза девушки наполнились слезами радости.

— Вы не обманываете меня, ведь правда? Халдун взял ее лицо в руки.

— Обещаю тебе, что между нами не будет места лжи.

Нежным поцелуем он осушил ее заплаканные глаза и почувствовал, как дрожит ее маленькое тело. Сердце Халдуна пело: неужели возможно, чтобы любовь пришла так быстро, с удивлением думал он. И вот уже образ огненно-волосой Мэллори стал медленно таять в памяти.

Свадьба проходила в узком кругу — на ней присутствовали лишь близкие друзья и родственники.

— Наконец объединились два великих семейства! — с гордостью провозгласил Хаким.

— Наша дружба скреплена на вечные времена! — сказал король. — Если на саварков когда-либо нападут враги или им будет угрожать любая другая опасность, на их защиту немедленно встанут джебалия.

— Так же поступим и мы, если в беде окажетесь вы. Пусть эта клятва объединяет нас, поскольку в жилах наших внуков, которые родятся от этого союза, будет течь одна кровь.

Принцесса Ясмин пришла к своему мужу, лежавшему на затянутой блестящим шелком кровати. Взяв ее за руку, он нежно притянул ее к себе.

— Я дрожу от мысли, что смогу держать тебя в объятиях, — сказал он, зарываясь лицом в ее душистые волосы.

Ясмин мечтала об этой ночи так давно, и вот — она настала, бесследно стерев стыдливость девушки. Она отодвинулась от мужа и медленно сняла золотистое платье, уронив его с кончиков пальцев.

Халдун смотрел на нее, не в силах произнести ни слова, а Ясмин, взяв его руку, положила ее себе на лицо.

— Мое тело и моя душа — для тебя, для твоего наслаждения. Я никогда не отвернусь от тебя, и мое сердце всегда будет принадлежать тебе.

Нежность переполняла мужчину. Его рука медленно двигалась по ее нежной, цвета золотого меда, коже.

— Ясмин, я никогда не думал, что ты можешь быть так прекрасна.

— Я всегда мечтала понравиться тебе. Все, что я учила, предназначалось для тебя. — Она сняла его руку со своей шеи и положила ее себе на грудь. — Я нравлюсь тебе?

Он закрыл глаза. Чувства переполняли его, он не мог говорить.

— Ты чувствуешь, как бьется мое сердце? — прошептала она, пытаясь не заплакать. — Оно бьется так сильно, что я едва могу дышать.

Рука его стала гладить ее грудь, но девушка спустила ее еще ниже — на свой мягкий живот.

— Я создана для того, чтобы принять тебя и выносить твоих детей.

Халдун почувствовал в себе такую любовь к этой женщине, что ему стало страшно. Он нежно прижал ее к своему телу, и она отдалась его объятиям.

— Твои губы созданы для моих поцелуев, — прошептал он.

18

Находясь в загоне для верховых животных, Майкл и Хаким строили планы относительно отъезда первого в Калдою. Ехать предстояло через неделю. Майкл должен был выдать себя за сирийского купца и путешествовать в сопровождении людей Хакима.

— Ты должен въехать в город на верблюде, — наставлял его шейх, выводя одно из животных из-за ограды. — Если ты представляешься купцом, то и выглядеть тебе нужно соответственно.

— Мне несколько раз приходилось ездить на верблюде, но такой способ передвижения кажется мне крайне неудобным, — ответил Майкл, с неприязнью глядя на животное. — Они мне не нравятся.

— Ты тоже не нравишься ему, друг мой, но пусть тебя это не тревожит — к тому времени, когда ты достигнешь Калдои, твой зад и верблюжий горб успеют крепко подружиться. — Глаза Хакима вдруг посерьезнели. — Не могу дождаться дня, когда мы скинем Сиди.

— Если он держит моего отца в плену, ему от меня не уйти. Еще не знаю как, но я его отыщу.

— Прошу тебя, мой юный друг, будь терпелив. Мы, противники Сиди, становимся сильнее с каждым днем. У нас будет мало времени на поиски твоего отца, потому что скоро разразится война. И мы должны найти его до того, как грянет битва, иначе его наверняка убьют. Сиди постарается уничтожить любые доказательства того, что он держал герцога в плену.

Майкл задумался о почти невыполнимой задаче, которую ему предстояло решить.

— Мы даже не знаем, где его держат.

— Разве ваша религия не утверждает, что мир был создан за одну неделю? Уж наверное, на освобождение своего отца ты можешь потратить хотя бы в два раза больше времени. Будем молиться, чтобы нам помог Аллах.

Хаким переключил свое внимание на спешившего в их сторону Халдуна.

— Наконец-то мой зять выбрался из спальни, а то я уже начал бояться, что никогда больше не увижу его. Моей маленькой Ясмин наверняка удалось с ним поладить, благословение Аллаху.

Увидев встревоженное лицо Халдуна, Майкл нахмурился. Он понял: что-то случилось.

Подбежав к Майклу, Халдун схватил его за одежду.

— У меня ужасные новости, Майкл.

— Что-то с отцом?

— Нет, с леди Мэллори.

Майкл во все глаза уставился на своего друга.

— Что с ней?

— Когда мои люди наблюдали за тобой, двое из них следили одновременно за леди Мэллори, поскольку я опасался, что твои враги захотят добраться и до нее. Оказалось, я был прав.

— Да скажи же, наконец, что произошло, — поторопил его Майкл. — Где она?

— Ее захватили люди моего дяди.

— Но почему?

— Эти вопросы мы зададим, когда доберемся до них. Али и Фейсал следили за ними в пустыне до тех пор, пока не стало ясно, куда они ее везут. Фейсал до сих пор держится неподалеку от них, Али прискакал сюда, чтобы рассказать об этом мне.

— Куда они увезли ее?

— Они ехали в направлении Калдои. Сам понимаешь, что ей грозит, если она попадет в лапы моего дядюшки. Она очень красива, и ее ждет иная участь, нежели твоего отца.

— Ей не причинили вреда?

— Али утверждает, что нет. Но эти люди так же отвратительны, как песчаные блохи, и они наверняка сделали бы с ней что-нибудь, если бы не боялись гнева моего дяди. Я уверен, что они получили приказ доставить ему девушку невредимой. По словам Али, они редко кормят ее и почти не дают воды.

Кулаки Майкла сжались. Мысль о том, что Мэллори находится в руках этих гнусных разбойников, была для него невыносима.

— Мы должны немедленно броситься в погоню за ними.

— Да, — согласился Халдун, — если мы поторопимся, то сумеем перехватить их раньше, чем они достигнут города. Я знаю короткий путь через горы, который позволит нам сэкономить два дня.

— Отправляемся сию же минуту, — подвел черту Майкл.

— Сначала надо отобрать людей, которые поедут с нами. Кроме того, нам необходимы припасы. Им не уйти от нас, — заверил Халдун, — но неподготовленными в пустыню уходить нельзя.