Обвенчанные дважды - О'Бэньон Констанс - Страница 18

9

Записку от лорда Майкла Мэллори разорвала на мелкие кусочки. Есть ли предел наглости этого человека? Как он смеет извиняться за господина Шемсу? Он не упускает ни единой возможности позлить ее, постоянно доказывая, что он всегда прав, а она — нет.

— Невыносимо, — произнесла она, с силой нажимая на крышку своего чемодана. Ну ладно, в конце концов, сегодня они сойдут на берег.

Чуть позже, стоя на палубе позади госпожи Уикетт, Мэллори наблюдала вместе с ней, как, заглушив двигатели, «Иберия» на парусах заходила в глубокие воды Абукирского залива.

— Бесцветная страна, — заметила госпожа Уикетт, махнув рукой в направлении маленькой рыбацкой деревушки, приютившейся под боком города Александрия. — Всюду — только коричневое, коричневое и коричневое. Никаких других цветов, никаких ярких красок.

Мэллори была с этим не согласна. Она удивленно смотрела на высокие минареты и здания под куполами, жалея, что не успеет осмотреть древнюю столицу Египта. Вместо этого она сразу же сядет в другую лодку, которая поднимется вверх по Нилу и доставит ее в Каир.

— Вы не можете не признать, что вода в Средиземном море удивительно синяя, — сказала она, затаив дыхание. — Так и тянет искупаться.

Госпожа Уикетт посмотрела на Мэллори так, будто та сморозила глупость.

— Об этом и речи быть не может! Немыслимо: хорошо воспитанная английская девушка, — и такие поступки! Купаться в Средиземном море… Ни в коем случае!

Два матроса начали спускать паруса, и это позволило Мэллори не отвечать. Капитан Барим, наконец, привел «Иберию» в порт. С облегчением девушка услышала грохот якорной цепи, ей уже не терпелось ступить на твердую землю.

Мэллори испытывала возбуждение, смешанное со страхом перед неизвестностью. Трап уже был спущен, и матросы заканчивали последние дела перед тем, как сойти на берег. Из трюма был поднят груз, и теперь его катили к вагонам, которые должны доставить его по назначению.

— Смотрите, вон стоит мой муж, — просияла госпожа Уикетт. — Смешной, он отрастил бороду! — И она отчаянно замахала руками. — Он выглядит очень важным, правда?

— Действительно, — согласилась Мэллори, пытаясь взглянуть на сержанта Уикетта глазами его жены, поскольку постороннему глазу он представлялся обыкновенным грузным мужчиной в мундире красного цвета.

— Пойдемте, милочка, он уже заждался. Не будем терять время.

Шагнув вперед, Мэллори наткнулась на неподвижно стоявшего человека и, пошатнувшись, была подхвачена лордом Майклом.

— Прошу прощения, леди Мэллори.

Она взглянула в его зеленые глаза и поняла, что он думает сейчас вовсе не о ней, а о делах, приведших его в Египет. В этом человеке было нечто таинственное, нечто такое, что притягивало девушку и от чего ее бросало в дрожь. Сделав шаг назад, Мэллори подумала, что ей не суждено разгадать загадку этих выразительных глаз. Хотя он и предсказал, что им суждено встретиться в Каире, она сомневалась в том, что еще когда-либо увидит его. Но, как бы там ни было, она забудет его еще очень не скоро.

— Надеюсь, пребывание в Египте не разочарует вас, милорд, — сказала госпожа Уикетт, а затем, схватив Мэллори за руку, потянула ее к трапу. — Если бы вы не были так молоды, милочка, он стал бы прекрасной парой для вас. — Она говорила это от чистого сердца. — Вы выглядите прекрасно, и я готова поспорить, что, если бы вы встретились в Лондоне, вам было бы проще сойтись.

Ступив на землю, Мэллори какое-то время чувствовала себя скованно. Она так долго пробыла на корабельной палубе, что теперь ноги отказывались слушаться ее. Увидев это, госпожа Уикетт понимающе улыбнулась.

— Скоро ваши ноги привыкнут к земле, и это пройдет. В первый раз это всегда оказывается потрясением.

Они приблизились к сержанту Уикетту, и муж с женой обменялись короткими поцелуями. Мэллори могла бы подумать, что они равнодушны друг к другу, если бы не нежность, светившаяся в глазах обоих.

Затем Мэллори представили сержанту Уикетту, и она нашла, что он не менее обаятелен, чем его жена. Решив хотя бы ненадолго оставить супругов наедине, Мэллори отошла в сторону, созерцая толчею, царившую на пристани.

Солнце так ярко отражалось в синих водах Средиземного моря, что девушке поневоле пришлось прищурить глаза. Издалека до нее доносился голос муэдзина, призывавшего мусульман на утреннюю молитву. Внезапно она почувствовала какое-то движение слева от себя и, обернувшись, успела заметить Халдуна Шемсу, в тот же миг метнувшегося за повозку. Он вел себя странно, почти таинственно. Когда она подошла к повозке, он уже исчез. Неужели все в Египте — такие чудные?

Тут же забыв о странном поведении араба, Мэллори стала разглядывать окрестности. В отдалении она видела оживленную улицу, забитую толпами людей. Тут же были верблюды, овцы, катились двухколесные повозки, запряженные ослами. Ничего подобного она и представить себе не могла. Девушка рассматривала женщин в бесформенных черных одеждах, с закрытыми наполовину лицами, на которых были видны лишь глаза. Кем были эти несчастные, прятавшиеся под покрывалами, державшие свою жизнь в секрете от всех и открывавшие лица только в стенах своих домов? Хорошо бы узнать о них побольше.

Скоро Мэллори уже сидела в экипаже рядом с госпожой Уикетт в то время, как сержант Уикетт наставлял грузчиков, укладывавших сзади багаж. Наконец они тронулись. Возница вилял из стороны в сторону, прокладывая путь в густой толпе.

Нил открылся взору Мэллори неожиданно. Экипаж завернул за угол, и — вот она, грязная неспокойная река — ее воды раскинулись перед ними, тускло поблескивая на солнце.

Сержант Уикетт помог девушке выбраться из коляски, и скоро все трое уже были на борту маленького баркаса, который должен был довезти их до Каира. Баркас тоже был битком набит народом, а в специальной загородке даже блеяли козы и овцы. Запах тут стоял ужасный, поэтому Мэллори отвернулась и подставила лицо ветру, убеждая себя в том, что ее ни в коем случае не затошнит.

Судно уже плыло по широкой реке, как вдруг Мэллори почувствовала слабость. Ее внутренности словно сдавила чья-то тяжелая рука — в сочетании с мерзким запахом животных это привело к тому, что желудок девушки взбунтовался…

— Это самая тяжелая часть пути, — сказал сержант Уикетт, заметив, что происходит с Мэллори. — Увы, я боюсь, вам еще предстоит в этом убедиться. Спать нам придется на палубе, но я сделаю все возможное, чтобы вы устроились как можно удобнее. Я захватил с собой еду и постельные принадлежности.

— Мне уже лучше, — улыбнулась ему Мэллори. — Это все из-за жары.

— Здешний климат не очень подходит для девушки, выросшей в Англии, — фыркнула госпожа Уикетт. — Разве я не предупреждала вас, милочка?

После полудня побережье рыбацкого поселка осталось уже далеко позади. Началось путешествие, маршрут которого проходил мимо плодородных пашен в самую глубь Египта. Впереди была встреча с родителями, и Мэллори могла только догадываться, какой она будет.

Девушке хотелось думать, что мать считает часы, оставшиеся до ее приезда. Она отчасти надеялась на то, что родители встретят ее возле трапа «Иберии», но, конечно, они были слишком заняты, чтобы выкроить время для поездки в Абукир. Однако это вовсе не значит, что они не будут рады видеть ее.

Майкл стоял на другом конце палубы. Он бросил на них взгляд и вежливо поклонился. Вдруг порыв ветра сорвал шляпку с головы леди Мэллори и, словно чудом, бросил ее возле его ног. Подняв шляпку, Майкл подошел к Мэллори и протянул ее на кончиках пальцев.

— Покрепче завязывайте ленту под подбородком, иначе следующий раз ее сдует за борт — посоветовал он.

— Благодарю вас, — ответила Мэллори, боясь, как бы Майкл не подумал, что она специально потеряла шляпку, чтобы привлечь его внимание. — Я так и сделаю.

На какое-то мгновение он залюбовался солнечными бликами, игравшими в ее огненных волосах, струящихся по спине девушки почти до самой талии. Как же он не заметил раньше, до чего она хорошенькая? Забавная россыпь веснушек на носу словно говорила, что эту задумчивую особу мало заботит то, как она выглядит со стороны. Как сильно отличалась она от холеной леди Саманты!