Гарри Поттер и методы рационального мышления - Юдковский Элиезер - Страница 333

— Фоукс? — произнёс мальчик дрожащим голосом. — Почему ты не смотришь на меня, Фоукс?

Фоукс вытянул шею, с любопытством взглянул на мальчика, а потом снова повернулся к своему хозяину.

— Видишь? — спросил старый волшебник. — Он не отвергает тебя. Фоукс, возможно, теперь не столь заинтересован в тебе, и он знает, — волшебник криво усмехнулся, — что ты не вполне верен его избраннику. Но тот, к кому однажды прилетел феникс, не может быть неприятен ни одному из них, — голос волшебника снова снизился до шёпота. — На плече Годрика Гриффиндора никогда не было феникса. И хотя этого нет даже в его тайных записях, думаю, ему пришлось отказаться от своего феникса ещё до того, как он избрал своими цветами красный и золотой. Быть может, именно чувство вины за свой выбор гнало его вперёд, может, он не отважился бы зайти так далеко в противном случае. А, возможно, это научило его смирению, и снисхождению к человеческим слабостям и ошибкам — волшебник склонил голову. — Я действительно не знаю, был ли твой выбор мудр. Не знаю, прав ты был или ошибся. Если бы я знал, Гарри, я бы сказал. Но я… — голос Дамблдора оборвался. — Я всего лишь глупый мальчишка, который стал глупым стариком, и у меня нет мудрости.

Гарри задыхался, к горлу подступала тошнота, а желудок свело. Его охватила внезапная и ужасная уверенность, что он проиграл, в каком-то смысле проиграл всё в эту самую ночь…

Мальчик развернулся и бросился к краю крыши башни Когтеврана.

— Вернись! — его голос сломался и превратился в пронзительный крик. — Вернись!

* * *

Заключительное послесловие:

Она проснулась, задыхаясь от ужаса. Она проснулась с беззвучным криком на губах, но слов не было. Она не понимала, что она увидела. Она не понимала, что она увидела...

— Который час? — прошептала она.

Её золотой будильник, украшенный драгоценными камнями, прошептал в ответ:

— Почти одиннадцать ночи. Спи дальше.

Её постель промокла от пота, пижама промокла от пота. Она взяла палочку, лежавшую рядом с подушкой, и убрала пот. Она попыталась снова заснуть, и в конце концов ей это удалось.

Сибилла Трелони снова уснула.

В Запретном Лесу кентавра разбудила безымянная тревога. Фиренце осмотрел ночное небо, но обнаружил там лишь вопросы и ни одного ответа. Он сложил свои многочисленные ноги и снова уснул.

В далекой магической Азии старая ведьма по имени Фан Тонг, от слабости спящая целыми днями напролёт, сказала своему обеспокоенному пра-пра-правнуку, что с ней всё в порядке, ей просто приснился страшный сон, и снова уснула.

В стране, где маглорожденные не получают никаких писем, девочку, слишком юную, чтобы иметь собственное имя, крепко обняла её усталая, но любящая мать и держала в объятиях до тех пор, пока та не перестала плакать и не уснула снова.

Никто из них не спал спокойно.

Глава 86. Проверка многомерной гипотезы

(Заголовки международных газет 7 апреля 1992 г.)

«Волшебный Вестник Торонто»:

БРИТАНСКИЙ ВИЗЕНГАМОТ В ПОЛНОМ СОСТАВЕ СООБЩАЕТ:

МАЛЬЧИК-КОТОРЫЙ-ВЫЖИЛ ЗАПУГАЛ ДЕМЕНТОРА.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА ПО ВОЛШЕБНЫМ СУЩЕСТВАМ:

«ДА ВЫ ПРОСТО ЛЖЁТЕ!»

ФРАНЦИЯ И ГЕРМАНИЯ ОБВИНЯЮТ БРИТАНИЮ

В ТОМ, ЧТО ВСЁ БЫЛО ПОДСТРОЕНО.

«Новозеландские Ежедневные Чародейские Известия»:

ЧТО СВЕЛО С УМА БРИТАНСКИХ ЗАКОНОДАТЕЛЕЙ?

НАШЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО НА ОЧЕРЕДИ?

ЭКСПЕРТЫ ПРИВЕЛИ ТОП-28 ПРИЧИН СЧИТАТЬ,

ЧТО ЭТО УЖЕ ПРОИЗОШЛО

«Американский Маг»:

КЛАН ВЕРВОЛЬФОВ

СТАЛ ПЕРВЫМИ ОБИТАТЕЛЯМИ ВАЙОМИНГА

«Придира»:

МАЛФОЙ СБЕГАЕТ ИЗ ХОГВАРТСА

СИЛА ВЕЙЛ ПРОБУДИЛАСЬ

«Ежедневный Пророк»:

«БЕЗУМНАЯ МАГЛОРОЖДЁННАЯ» ОСВОБОЖДЕНА

ИЗ-ЗА ЮРИДИЧЕСКОЙ УЛОВКИ.

ПОТТЕР УГРОЖАЕТ МИНИСТЕРСТВУ

НАПАДЕНИЕМ НА АЗКАБАН

* * *

Гипотеза: Волдеморт

(8 апреля 1992 года, 19:22)

И снова они вчетвером собрались вокруг древнего стола директора Хогвартса — стола, выдвижные ящики которого содержали другие ящики, а в тех были свои ящики, и именно в этих ящиках и хранились все старые документы школы Хогвартс. Согласно легенде, когда-то в этом столе потерялась директриса Шейла, и пребывает там до сих пор, и выберется наружу, лишь когда приведёт в порядок свои бумаги. У Минервы не вызывала особого восторга мысль, что когда-нибудь вместе со столом она унаследует все эти ящики. Но до этого надо было ещё дожить.

За столом с серьёзным и сосредоточенным видом сидел Альбус Дамблдор.

Рядом с холодным, засыпанным пеплом камином зловеще замер Северус Снейп, словно вампир, изображать которого, если верить заявлениям учеников, профессор очень любил.

Предполагалось, что к ним присоединится Шизоглаз Хмури, но он пока не появился.

А Гарри...

Маленькая, худенькая фигурка примостилась на подлокотнике кресла, словно энергия переполняла Гарри настолько, что он не мог сидеть нормально, как все люди. Неподвижное лицо, слипшиеся волосы, пристальный взгляд зелёных глаз, и в центре всего этого — зигзаг молнии его незаживающего шрама. Всего за одну неделю мальчик стал гораздо мрачнее.

На мгновение Минерва вспомнила, как они с Гарри гуляли в Косом переулке — казалось, это было много-много лет назад. В том мальчике уже тогда, так или иначе, скрывалась эта угрюмость. За появление этой угрюмости нельзя винить только её или Альбуса. И всё же было невыносимо печально сравнивать того мальчика, с которым она когда-то познакомилась, и то, во что превратила его магическая Британия. Она знала, что Гарри всегда отличался от обычных детей. Приёмные родители Гарри рассказывали, что он мало разговаривал и ещё меньше играл с детьми маглов. Минерва с болью в сердце подумала, что, возможно, на игры с другими детьми в Хогвартсе у Гарри были только эти месяцы, а теперь война лишила его и этого. Быть может, дети его возраста не видели Гарри таким, каким он стоял перед Визенгамотом. Но Минерва не могла не представлять детство Гарри Поттера чем-то вроде охапки хвороста, которую она и Альбус ветка за веткой бросали в огонь.

— Пророчества всегда сложно понять, — Альбус Дамблдор наполовину прикрыл глаза, будто от усталости. — Смутные, расплывчатые, их смысл ускользает словно вода сквозь пальцы. Пророчество — это всегда бремя, ибо в нём нет ответов, лишь одни вопросы.

Гарри Поттер источал напряжение.

— Директор Дамблдор, — сказал он с лёгким нажимом, — мои друзья стали мишенью. Гермиона Грейнджер чуть не попала в Азкабан. Вы сами сказали: началась война. Пророчество профессора Трелони — ключевая информация, она мне нужна, чтобы оценивать мои гипотезы о том, что происходит. Я уже не говорю о том, как глупо — и опасно — то, что Тёмный Лорд знает пророчество, а я — нет.

Альбус мрачно посмотрел на Минерву. В ответ на его невысказанный вопрос она покачала головой — каким бы невообразимым способом Гарри ни догадался, что именно Трелони сделала то пророчество и что Тёмный Лорд знает, о чём в нём говорится, он узнал это не от неё.

— В попытках предотвратить именно это пророчество Волдеморт направился навстречу своей гибели от твоих рук, — сказал тогда старый волшебник. — Это знание принесло ему один лишь вред. Обдумай это как следует, Гарри Поттер.

— Да, директор, я понимаю. В моей родной культуре тоже есть литературные произведения о самоисполняющихся и неверно понятых пророчествах. Не сомневайтесь, я буду осторожен с интерпретациями. Но о каких-то деталях я уже догадался. Неужели неполные догадки будут для меня безопаснее?

Альбус помедлил.

— Минерва, — наконец произнёс он. — Будьте любезны.

— Грядёт... — начала Минерва. Слова давались с трудом: она не была актрисой. Ей не удавалось изобразить гулкий, леденящий тон исходного пророчества, а этот тон казался крайне важным, словно без него нельзя будет передать весь смысл. — Грядёт тот, кто наделён могуществом победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца...