Гарри Поттер и методы рационального мышления - Юдковский Элиезер - Страница 143

— Но ведь это хорошо, когда ученики сильные и смелые, — сказала Гермиона. — Вы же поэтому звали меня в Гриффиндор, разве нет?

Профессор МакГонагалл криво улыбнулась.

— Возможно, я просто эгоистично хотела, чтобы вы были на моем факультете. Предлагала ли Распределяющая Шляпа... нет, я не должна спрашивать.

— Шляпа сказала, что я могу попасть куда угодно, кроме Слизерина, — сказала Гермиона. Она тогда чуть не спросила, чем она не хороша для Слизерина, но сумела сдержаться. — Так что у меня есть смелость, профессор!

Профессор МакГонагалл облокотилась на стол. Тревога отчётливее проступила у неё на лице.

— Мисс Грейнджер, речь не о смелости, речь о том, что нормально для юных девочек! Директор втягивает вас в свои интриги, Гарри Поттер доверяет вам свои секреты, а теперь вы заключаете союз с Драко Малфоем! А ведь я обещала вашей матери, что в Хогвартсе вы будете в безопасности!

Гермиона просто не знала, что на такое ответить. Но ей пришло на ум, что профессор МакГонагалл вряд ли предупреждала бы её, будь она мальчиком с Гриффиндора, а не девочкой с Когтеврана, и это было, ну...

— Я постараюсь быть хорошей, — ответила она, — и я никому не позволю мне помешать.

Профессор МакГонагалл прижала ладони к глазам. Когда она отняла их, её покрытое морщинами лицо выглядело гораздо старше.

— Да, — прошептала она, — мой факультет прекрасно бы вам подошёл. Будьте осторожнее, мисс Грейнджер, и внимательнее. И если вас что-то тревожит, пожалуйста, приходите сразу ко мне. Не стану вас больше задерживать.

* * *

Послесловие: Драко Малфой.

В эту субботу, после битвы, им обоим не хотелось заниматься чем-то сложным. Поэтому Драко просто сидел в заброшенном классе и пытался читать книгу под названием «Думай, как физик». Это было одно из самых занимательных произведений, которые Драко доводилось читать в своей жизни. По крайней мере те места, которые Драко мог понять. По крайней мере, когда этот чёртов идиот, который отказывался выпускать свои книги из поля зрения, затыкался и позволял Драко сосредоточиться...

— Гермиона Грейнджер — грязнокро-о-о-овка, — пропел Гарри Поттер, который сидел за соседней партой и читал гораздо более продвинутую книгу.

— Я знаю, что ты пытаешься сделать, — спокойно ответил Драко, не отрывая взгляда от страниц. — Ничего не выйдет. Мы всё равно объединимся и раздавим тебя.

— Ма-а-а-алфой заодно с грязнокро-о-о-овкой, что скажут друзья твоего отца-а-а-а-а...

— Они скажут, что манипулировать Малфоями не так легко, как ты думаешь, Поттер!

Профессор Защиты безумнее Дамблдора. Будущий спаситель мира никак не может вести себя так недостойно и по-детски, сколько бы лет ему ни было.

— Эй, Драко, а знаешь, что тебя больше всего бесит? То, что у Гермионы Грейнджер есть два магических аллеля, точно так же как у тебя и у меня, но твои однокурсники в Слизерине этого не знают, а ты-ы-ы не можешь им это объясни-и-ить...

Пальцы Драко, сжимавшие книгу, побелели. Наверное, будь он даже избит и оплёван, держать себя в руках было бы проще. И если он не отплатит Гарри тем же, то не удержится и совершит что-нибудь преступное...

— Так каким было твоё первое желание? — спросил Драко.

Тот не ответил. Драко оторвался от книги и почувствовал злорадное удовлетворение, увидев печаль на лице Гарри.

— М-м, — произнёс Гарри. — Многие меня уже спрашивали, но не думаю, что профессор Квиррелл хотел бы, чтобы об этом болтали.

Драко сделал серьёзное лицо.

— Уж мне-то можешь рассказать. Это, наверное, не такая уж большая тайна по сравнению с другими секретами, о которых ты мне уже рассказывал. Ведь для этого и существуют друзья?

Вот так, я — твой друг. Почувствуй себя виноватым!

— На самом деле, это не очень интересно, — сказал Гарри с очевидно наигранной лёгкостью. — Просто... «Я хочу, чтобы профессор Квиррелл вёл Боевую магию и в следующем году».

Гарри вздохнул и опустил глаза к своей книге.

И через несколько секунд произнёс:

— Твой отец, наверное, будет весьма недоволен тобой на это Рождество. Но если ты пообещаешь ему, что предашь грязнокровку и уничтожишь её армию, всё вернётся на свои места, и ты всё же получишь рождественские подарки.

Может быть, если Драко и Грейнджер потратят некоторое количество баллов Квиррелла и очень-очень вежливо попросят профессора Защиты, то он разрешит не просто усыпить генерала Хаоса, а сделать с ним что-нибудь поинтереснее.

От переводчиков:

Книга «Думай, как физик» в оригинале называется «Thinking Physics»*. К сожалению, на русский она не переводилась, и нам пришлось перевести название самим.

Глава 36. Различия в статусах

Мучительная дезориентация сопровождала переход с платформы Девять и три четверти в мир, который Гарри раньше считал единственно реальным. Люди в простой одежде, а не в изысканных мантиях волшебников и волшебниц. Разбросанный мусор вокруг скамеек. Остро ощущаемый, давно забытый запах выхлопных газов. Атмосфера вокзала Кингс Кросс была менее светлой и радостной, чем в Хогвартсе или в Косом переулке. Люди вокруг казались мельче, испуганней, и, судя по всему, охотно бы обменяли свои проблемы на битву с тёмным волшебником. Гарри хотелось применить Скорджифай на грязь, Эверто на мусор и, хоть он его ещё не знал, Пузыреголовое заклинание, чтобы не дышать этим воздухом. Но здесь ему нельзя пользоваться палочкой...

Вот так, понял Гарри, должно быть, чувствуют себя люди, прибывая из страны первого мира в страну третьего мира.

Но он прибыл из мира нулевого — волшебного мира чистящих заклинаний и домовых эльфов, где благодаря искусству целителей и собственной магии можно дожить до ста семидесяти лет, прежде чем старость начнёт брать своё.

А третьим миром оказался немагический Лондон, магловская Земля, на которую он временно вернулся. И где его мама и папа доживут остаток своих дней, если только наука, шагнув вперёд, не обеспечит уровень жизни выше, чем у волшебников, или что-то очень серьёзно не изменится в мироустройстве.

Гарри машинально обернулся, убеждаясь, что его невидимый для маглов сундук следует за ним. Когтистые щупальца подтвердили ему, что, да, всё случившееся ему не привиделось...

Были и другие причины для щемящего чувства в груди.

Его родители не знали.

Они не знали ничего.

Они не знали...

— Гарри? — окликнула его стройная, светловолосая женщина, которая благодаря идеально гладкой, безупречной коже выглядела много моложе тридцати трёх лет. И до Гарри вдруг дошло — это тоже магия, раньше понять это было невозможно, но теперь он ясно видел её признаки. И каким бы ни было зелье, эффект которого длится так долго, оно наверняка крайне опасно, раз большинство волшебниц не решалось его использовать. Не нуждалось в нём столь отчаянно...

На глазах Гарри выступили слёзы.

— Гарри? — крикнул мужчина средних лет с небольшим брюшком, одетый с показной академической небрежностью — чёрный жилет был накинут на тёмную серо-зелёную рубашку. Мужчина, который оставался профессором всегда и везде и который наверняка стал бы самым выдающимся волшебником своего поколения, если бы ему посчастливилось иметь две копии магического гена, а не ноль...

Гарри поднял руку и помахал им. От волнения он не мог вымолвить ни слова. Ни единого.

Они подошли без спешки, уверенной, полной достоинства походкой. Именно так обычно ходит профессор Майкл Веррес-Эванс, и миссис Петуния Эванс-Веррес не собиралась его обгонять.

Улыбку на лице отца едва ли можно было назвать широкой, отец никогда широко не улыбался. Но впервые в жизни Гарри видел, чтобы отец улыбался так, как сейчас. Когда отец получал новый грант или кого-то из его студентов приглашали на хорошую должность, он улыбался гораздо сдержанней. Поэтому просто нельзя было ожидать улыбку шире этой.