Карибский реквием - Обер Брижит - Страница 54

Телефонный звонок избавил Дага от необходимости отвечать.

Отец Леже с обреченным видом поднял трубку, но, когда он начал говорить, стало видно, что он старается держать себя в руках:

– Нет, к сожалению, мы ее не видели. Похоже, она покинула больницу в сопровождении какого-то белого… Да, знаю… Я понимаю… Вы совершенно правы, нужно предупредить полицию, так будет лучше. Судя по всему, это обычное бегство. Тайный любовник и все такое… Молодые женщины, сами понимаете… Да, до свидания.

– Это мать Луизы?

– Именно. Несчастная вне себя от беспокойства. Ее сын позвонил в Гран-Бург, чтобы сообщить об исчезновении.

Телефон зазвонил снова, и на этот раз трубку поднял Даг.

– Говорит Дюбуа, вы мне звонили?

– Вам что-нибудь говорит имя Фрэнки Вурт?

– Да, а в чем дело? – осторожно произнес Дюбуа.

– Это он разделался с Хуарес, – бросил Даг, суеверно скрещивая пальцы.

– Дерьмо!

– Совершенно с вами согласен. Вчера вечером он пришел в больницу Вье-Фор и вышел оттуда вместе с некой Луизой Родригес.

– Именно так, ее брат только что нам звонил, он сходит с ума от тревоги. Вурт с Луизой Родригес… Я не вижу связи…

– Я тоже, но зато я вижу, что это опасный маньяк, а Луиза сейчас у него в руках.

– Что бы там ни было, уже выписан ордер на его арест. Одному из слуг старого Мораса удалось избежать общей участи, он спрятался в холодильнике. Он утверждает, что последним посетителем в тот день был именно Вурт. Леруа, этот тип хладнокровно застрелил весь персонал, девять человек, из них три женщины и один ребенок. Так что относительно судьбы Луизы Родригес я бы не стал делать оптимистических прогнозов. Разве что она ему для чего-то нужна. Но возможно, на этот счет у вас больше информации, чем у меня, – предположил Дюбуа.

– Я в полной неизвестности, инспектор, поверьте. Как только у меня будут новости, я вам позвоню.

– Очень на это рассчитываю.

Дюбуа, не попрощавшись, повесил трубку. Глядя на телефонный аппарат, Даг вздохнул, затем медленно положил трубку тоже. Если Вурт примется за Луизу… Он почувствовал, что при одной этой мысли у него сводит желудок.

Го с любопытством смотрел, как Камиль кладет трубку.

– Он утверждает, что Аниту Хуарес прикончил именно Вурт. И что он сбежал с Луизой Родригес.

Го выругался сквозь зубы. Ситуация осложнялась. Несколько мгновений он задумчиво барабанил по деревянному столу, затем решился:

– Подай эту девушку в розыск.

Го озабоченно глядел, как Камиль выходит из кабинета. Что еще задумал Инициатор? Он явно недооценил Леруа. А теперь положение было дерьмовое.

Камиль закрыл за собой дверь. Он все думал о том, что вчера обнаружил в архиве: дело Лоран Дюма исчезло. Дело Дженифер Джонсон тоже. А в голове все вертелись слова Леруа: в 1976 году Родригес рассказал о своих подозрениях инспектору Го. Камиль почувствовал настоятельную потребность хорошенько порыться в прошлом своего любезного начальника. Возможно, ему мог бы в этом помочь главный компьютер…

Он отправился в отдел документации, где на специальной подставке царил огромный компьютер IBM, этакий футуристический идол. Но ему не удалось узнать ничего нового: бегство с Гаити, получение гражданства, получение статуса, соответствующего тому, что был у него на Гаити. Политический беженец, все оформлено безукоризненно. Он просмотрел его послужной список: на хорошем счету, начальство уважает, быстрое продвижение по службе. Дюбуа посмотрел дела, по которым Го вел следствие, но не нашел ничего относительно таинственных смертей молодых женщин. Разочарованный в своих ожиданиях, он покинул отдел.

Го улыбался, сидя в своем кабинете. За поисками Дюбуа он следил по собственному монитору. Дюбуа задался вполне уместными вопросами, вот только ответы ничего не могли прояснить. И слава богу, со вздохом подумал Го, потому что убийство офицера полиции именно в этот момент было бы совершенно некстати.

Глава 15

Луиза лежала в крохотной круглой комнате, освещенной подвешенной на гвозде ветроустойчивой лампой. Стены, сложенные из крупных камней, были абсолютно голыми, если не считать ржавой лестницы, что оставляла совсем немного места для продавленного матраса, к которому ее привязали ремнями. Окна не было. Не было и двери, внезапно осознала она, не в силах сдержать трепет, двери не было! Она посмотрела наверх, но темная масса круглого деревянного потолка казалась монолитной. Неужели ее похоронили заживо? И она обречена умереть от голода в этом каменном мешке? Она попыталась выпрямиться, но ремни оказались слишком короткими, она повалилась на матрас и закричала от боли, когда сломанная лопатка ударилась о твердое дерево.

Она внезапно вспомнила, что ей доводилось читать о нехватке воздуха. Сколько времени можно продержаться в лишенном вентиляции пространстве два метра на два? Дышать надо медленно. Экономить кислород. Легко сказать, если пульс сто двадцать ударов в минуту. Она вновь увидела лицо человека, склонившегося над ней, его слащавую улыбку, толстый язык, раздвигающий ее губы, и кровь опять ударила ей в голову.

К счастью, пришел другой человек. Тот, на котором был белый медицинский халат. Он оставался в тени и не сказал ни слова за то время, пока похититель заканчивал привязывать ее, лаская мимоходом грудь, свинья! А потом он сделал ей этот укол, и…

Когда он пришел в больницу, ей ни в коем случае нельзя было следовать за ним.

– Здравствуйте, Луиза, я напарник Дага, вам нужно немедленно идти со мной. Даг ранен, кто-то проник к отцу Леже и выстрелил в него. Здесь вам угрожает опасность.

Полностью сбитая с толку, она смотрела, как он собирает ее вещи, бросает их в чемоданчик, отсоединяет капельницу. Даг говорил ей о своем напарнике, но ни разу не упомянул о том, что он так уродлив, один этот острый нос чего стоит… Мужчина торопил ее, без конца повторяя, что Даг серьезно ранен, что надо спешить, он, возможно, умрет; и она, идиотка несчастная, наспех оделась, дала в регистратуре расписку, села в машину и только потом вспомнила, как однажды ее уже выманили ложным призывом о помощи и она чуть было не поплатилась за это жизнью, но было уже поздно: дверцы машины оказались блокированы, стекла подняты, а этот тип достал пистолет явно новейшего образца, как в американских сериалах, и направил оружие прямо на нее. Она громко выругалась, потом отругала его, он поднял пистолет и, улыбаясь, дважды ударил ее по голове.

Она очнулась в этом склепе, и первое, что увидела перед собой, была эта омерзительная физиономия. Как она могла поступить так глупо? Луиза опять яростно потянула ремни. Бесполезно, почувствовала только жгучую боль. Кроме того, ей нестерпимо хотелось в туалет, потребность была такой сильной, что она поняла: терпеть уже не может. Подумав о том, что ей придется мочиться под себя, она не сдержала слезы. Но мысль, что мужчины вскоре вернутся и тот, кто выдал себя за Мак-Грегора, станет ее трогать, была еще невыносимей.

Она лежала, кусая губы. Оставаться спокойной, не поддаваться панике, считать, просто считать, ни о чем не думая. Раз, два, три, четыре. Дагобер найдет ее, пять, шесть, полиция найдет ее, на дворе двадцатый век, нельзя просто так похищать людей, семь, восемь, девять, но почему похитили именно ее? Почему? Она вновь подумала об убитых женщинах, о которых ей рассказывал Дагобер. Нет. Считать. Просто считать.

– О Луизе говорили по телевизору, – произнес, задыхаясь, отец Леже, – мне бакалейщица сказала. Они разослали ее фотографии и фотографии Вурта, вот увидите, их скоро найдут.

Даг скептически кивнул. Вурту, безусловно, кто-то помогал. Он похитил Луизу не просто так. Или он и был тем самым убийцей, которого разыскивал Даг, или подчинялся его приказам. Но какова их цель? Если Луизу просто хотели убрать, почему нельзя было сделать это прямо в больнице, без всякого шума? Достаточно укола, вызывающего остановку сердца. Зачем же похищать? Чтобы Даг покрылся холодным потом при мысли о том, что с ней сейчас делают? Чтобы заставить его прекратить поиски? Нет, это глупо: «тот» должен был догадаться, что теперь он станет преследовать убийцу еще настойчивей. Тогда что? Ему не удавалось постичь ход мыслей «того». Он явно не относился к людям трезвомыслящим и разумным. И в то же время совершенно очевидно, что это расчетливый убийца. И что дальше?