Врата рассвета - Ньюкомб Роберт - Страница 75

— Я облегчу тебе задачу, мой старый друг, — заявил Тристан, не дав магу продолжить. И наклонился вперед, упираясь руками в колени. — Вы собираетесь покинуть Редут, забрав с собой всех, в том числе, и Шайлиху.

— Верно, — вздохнул Феган. — Как ты догадался?

— Особой пользы от вас тут теперь нет, — ответил принц. — И я всегда полагал, что, в конце концов, вы захотите взять Парагон, Манускрипт, мою сестру и уйти подальше от опасности. — Он бросил взгляд на свою руку и помолчал, собираясь с мыслями. — Моя смерть, по-видимому, предрешена. Учитывая это, вашей первой заботой должно стать спасение магии. И это единственно правильный выход. Однако уверен, — резко добавил Тристан, — что у вас имеются и другие причины покинуть Редут. Хотелось бы знать, какие именно.

У принца не было особого желания перечить магам, но в последнее время у него создалось впечатление, будто те постоянно о чем-то умалчивают. И если это так, он был полон решимости выяснить, почему они так поступают.

— Нет, никаких других причин у нас нет, — отозвался Феган и хрипло закашлялся. — Первая и самая главная — необходимость сохранить магию, если это вообще еще возможно. Ты должен выделить для этого гондолы и отряд Фаворитов в сопровождение.

Тристан задумался.

— Жаль, что больше нет возможности держать портал открытым. В Пазалоне вы были бы, как мне кажется, в большей безопасности. — Он помолчал, мрачно глядя на устрашающую паутину вен, опутавшую его руку, а потом спросил, хотя заранее знал ответ: — Противоядия, как я полагаю, по-прежнему нет?

— Нет, — с болью ответил увечный маг. — Мне очень жаль, Тристан…

Он отвел взгляд, не в силах продолжать. Виг в отчаянии наклонился вперед и оперся лбом в сцепленные ладони.

— Я даже доволен, что ослеп, как ни дико это звучит, — сказал он с болью. — Не хочу своими глазами увидеть смерть Парагона.

Принц откинулся в кресле и посмотрел на своих старых друзей, совсем недавно — могущественнейших магов. Они изменились столь сильно, что стали почти неузнаваемы.

— Надо полагать, вы отправляетесь в Призрачный лес?

— Да, — ответил старик. — В Древесный Город. Куда же еще? — Как трудно было произносить ему эти слова последнего прощания! И все же Виг превозмог себя. — Мы хотим попрощаться с тобой прямо сейчас, поскольку уходить нужно как можно скорее. После нас с тобой хотят увидеться Шайлиха и Селеста. Мы уверены — ты сделаешь все, что в твоих силах, чтобы как можно дольше сдерживать Николаса и его войско. Прощай, Избранный… И помни — ты навсегда останешься в моем сердце.

Старый маг поманил принца к себе.

Тристан встал, но не успел сделать и шага, как почувствовал невыносимую дурноту.

Он рухнул на пол, содрогаясь в конвульсиях и разбрызгивая изо рта пену.

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

Утро выдалось ясное и холодное. Николас в развевающихся белых одеждах парил над Вратами Рассвета, наслаждаясь зрелищем их несравненной красоты. Массивная арка была закончена только вчера вечером. Теперь осталось еще совсем немного усилий, и небесные родители Николаса смогут вернуться. Настроение юноши все же портила одна небольшая деталь: его земной отец пока так и не явился к нему. Но он придет — Николас знал это совершенно точно, — ведь хочет же он выжить.

В сознании юноши снова зазвучал хор далеких голосов. «Ты славно потрудился. Но подожди еще два дня; не исключено, что человек с лазурной кровью все же склонится перед тобой. Либо он придет к нам по доброй воле, либо умрет в страшных мучениях, причем вместе с ним погибнет все, что ему дорого. Только после этого мы сможем снова воцариться на земле».

Удовлетворенный осмотром, Николас посмотрел на кружащих в небе Птиц. Они охраняли Врата Рассвета с воздуха, а внизу, насколько хватало взгляда, кишмя кишели Жуки, защищая подступы к ним с земли.

Юноша прижался щекой к Вратам, и мрамор, казалось, радостно отозвался на его прикосновение, словно заключенная в нем кровь Еретиков чувствовала силу Николаса. Возникло ощущение, будто гигантская арка взывает к нему, умоляя сотворить заклинание немедленно. Понимая, что следует подождать, юноша испустил тяжкий вздох и произнес:

— Мои небесные родители, сейчас для меня наступает самое сложное — время тягостного ожидания момента «слияния». Я должен приложить все силы, чтобы сдерживать себя в течение еще двух рассветов. В своей бесконечной мудрости вы не поведали мне, что преодолеть это искушение будет так невыносимо трудно. Но не сомневайтесь — я выстою и сделаю все именно так, как вы велели. — Николас снова нежно прижался к холодному мрамору. — Вся моя преданность отдана вам, а не человеку с лазурной кровью, вся роль которого свелась к тому, что я был зачат им, да и то против его воли.

Он с сожалением оторвался от Врат и подлетел к карьеру, где его ожидали Рагнар и сотни «магов резерва» из числа тех, кто сопротивлялся Николасу, но чья воля была сломлена его невероятной мощью. В серо-голубых, ныне грязных и изорванных одеждах, бездумно вперив взор в пространство, они ожидали нового приказа того, кто подчинил себе их сознание.

— Врата закончены, мой господин? — спросил Рагнар, зябко кутаясь в меховую накидку.

— Закончены. Осталось лишь дождаться, чтобы Избранный взялся, наконец, за ум и пришел ко мне. Если до завтрашнего рассвета он не одумается, я пошлю Птиц, и они без труда расправятся с этими его Фаворитами. А следующим утром открою Врата Рассвета.

— А что будет с остальными «магами резерва»? — поинтересовался охотник за кровью. — Теми, кто пришел к нам по доброй воле.

— Они в надежном месте ожидают возвращения Еретиков. По приказу своих небесных родителей я проверил искренность их намерений и с удовлетворением убедился, что они мои — мои телом и душой. Так что как опасаться их, так и беспокоиться об их судьбе излишне.

Николас подлетел поближе к людям в изодранных серо-голубых одеяниях и подал знак Скрунджу. Тотчас же для страшной расправы вниз устремилась группа Птиц. Свежевыпавший снег обильно окрасился «одаренной» кровью. Очень скоро все «маги резерва», которые остались верны Закону и Синклиту, были мертвы.

— Твое приказание выполнено, господин, — доложил наемный убийца.

Юноша кивнул, и Скрундж дал знак Птицам отнести останки «магов резерва» к Вратам Рассвета и бросить их в гущу находящихся там Жуков.

— На сегодня достаточно, — одобрительно произнес Николас. — Возвращайся в Замок и хорошенько отдохни — завтра утром, если Избранный так и не явится ко мне, ты бросишь Птиц на его крылатых воинов. Подробные указания я дам тебе сегодня вечером.

— Слушаюсь, мой господин.

— Джошуа мертв, — сообщил Николас охотнику за кровью, когда Птица со Скрунджем взмыла вверх.

Рагнар замер, с трудом веря в услышанное.

— Как это произошло? — смог, наконец, выдавить он.

— С помощью того оружия, которым ты по доброте душевной его снабдил, — ответил юноша.

— Но как маги смогли его разоблачить? — Нервничая, Рагнар жадно слизал с пальцев густую желтую жидкость.

— Не следует забывать, что Виг и Феган исключительно проницательны. Я не знаю, как они разгадали подлинные намерения Джошуа, да это и не имеет особого значения. Теперь нас ничто не остановит. То, к чему мы так долго стремились, произойдет на следующем рассвете. А что касается тебя, друг мой, то твое время настало сейчас.

Рагнар с трудом воспринимал слова своего господина; он думал не столько о том, что ему предстоит, сколько о скорой возможности вернуть себе Селесту.

— И куда господин пошлет меня на этот раз?

Николас сделал глубокий вздох и прищурился.

— В Вечность.

Охотник за кровью отшатнулся от него так резко, что выронил из рук заветный сосуд.

— Почему? — охрипшим голосом едва выговорил он. — Ты говорил, что в награду за мою преданность я буду служить тебе вечно!

Дыхание Рагнара участилось, колени начали предательски подрагивать.

Порыв ветра взметнул длинные шелковистые волосы Николаса.