Пятая волшебница - Ньюкомб Роберт - Страница 97

Совершенно ошеломленный, принц откинулся в кресле. «Они пытают Шайлиху, — билось в его сознании. — А я теряю время, рассиживая здесь за трапезой в обществе старого безумного мага».

Эта мысль незамедлительно отразилась в его действиях. Взмах рукой за спину, и в руке Тристана оказался один из метательных ножей. Вскочив, он схватил Фегана за одежду и рывком притянул к себе.

— Откуда тебе это известно? — прохрипел принц. — И с какой стати им применять к ней пытки? В тот день они обращались с Шайлихой с невероятным почтением! Сакку называла ее сестрой! Я видел это собственными глазами! Говори, откуда ты об этом узнал! — Он нацелил острое лезвие в лицо мага.

Феган спокойно погрузил взгляд в темно-синие глаза Избранного. Уголок рта у него дрогнул в легкой улыбке.

— Ты что, в самом деле воображаешь, будто можешь причинить мне вред этой игрушкой? — спросил он.

На Тристана, однако, его слова не произвели никакого впечатления, и маг-отступник перевел взгляд на Вига.

— Убери нож, Тристан, — вздохнув, велел старик. — Пока у нас нет оснований не доверять Фегану. Дай ему высказаться. — Принц как будто не услышал его слов, и Виг заломил бровь. — Ты не считаешь, что от тебя будет больше толку, если останешься в живых?

Злясь на самого себя, Тристан неохотно отпустил мага и спрятал нож в колчан.

— Думаю, сейчас самое время рассказать о том, где моя сестра и что с ней произошло, — сквозь зубы процедил он. — Мне надоело ждать.

Феган вздохнул и начал свое повествование.

— Шайлиха в Пазалоне, стране на другом берегу моря Шорохов, где теперь правит Шабаш. В обеих странах сходный язык, одни и те же обычаи, но судьба у них разная. Волшебницы увезли туда твою сестру и Парагон, дабы осуществить свой грандиозный план, задуманный ими на основании тех знаний, что удалось вытянуть из меня Фейли. Им нужна пятая волшебница, а в Пазалоне нет людей с «одаренной» кровью. Получается, что от союза волшебницы с любым из местных жителей может родиться ребенок с «одаренной» кровью, но качество ее не будет высоким. Вот зачем они вернулись сюда — им нужны Камень и Шайлиха. С помощью заклинания «фантомных страданий» они добьются того, что она станет пятой волшебницей.

«А те, что выступают под знаком Пентангля, будут искать Избранную женщину и, найдя ее, подчинят своей воле». — Благодаря своей превосходной памяти, Феган с легкостью вспомнил цитату из Манускрипта, прочитанного свыше трехсот лет назад.

— Они превратят твою сестру в пятую волшебницу, и она станет вместо Фейли первой госпожой Шабаша.

Принц и Виг, словно потеряв дар речи, обменялись взглядами. В столовой повисло напряженное молчание, которое в конце концов прервал Верховный маг.

Значит, за морем Шорохов есть какая-то страна? Вообще-то мы давно подозревали это. И даже посылали туда множество экспедиций, но ни один корабль не вернулся обратно. Но откуда тебе все это известно? Ты вступил в контакт с волшебницами, когда они явились сюда, напав на Евтракию?

— Все гораздо проще. В Пазалоне есть преданный мне человек, и я получаю от него сообщения.

— И каким же образом ты их получаешь? — спросил Тристан недоверчиво. — Может, ты способен связываться с ним мысленно, как это делают волшебницы? И откуда твоему сообщнику известны подробности их жизни?

— Нет, мысленная связь такой протяженности мне недоступна, — вздохнув, отозвался Феган. — Кое-какими способностями для этого я, конечно, обладаю, но они не распространяются на неподготовленных и, тем более, на тех, с кем я никогда не встречался. И все же, думаю, при желании я сумел бы овладеть этим искусством, хотя отдельные его аспекты практикуются лишь приверженцами Каприза. Между прочим, я не давал клятвы магов и не подвергался воздействию «заклинания смерти». Фейли захватила меня до того, как это стало обязательным для всех магов. Следовательно, ничто не мешает мне освоить любое направление Каприза. — На губах мага-отступника мелькнула мимолетная улыбка. — Но я никогда не делал этого и не собираюсь, из-за тех нежелательных эффектов, которыми неизбежно сопровождается практика Каприза… Нет, Тристан. Все действительно гораздо проще. Мой друг на той стороне моря пишет сообщение, привязывает его к лапке голубя и посылает сюда. Эти птицы на редкость выносливы и быстры. Они, не делая передышки, способны пересечь море Шорохов за несколько дней. Прочитав сообщение, я отвечаю на него и отправляю голубя обратно, дав ему, конечно, возможность как следует отдохнуть.

— Не понимаю, — произнес принц; недоверие в его голосе не исчезло. — Как можно за несколько дней преодолеть такое огромное расстояние?

— В самом деле, — сухо добавил Виг.

— Я около трехсот лет бился над тем, чтобы мои ноги снова могли ходить, но тщетно, — ответил маг-отступник. — В конце концов я сдался и пришел к выводу, что до конца моих дней передвигаться самостоятельно не смогу. Предвидя, что волшебницы выживут и когда-нибудь смогут вернуться в Евтракию, я пришел к выводу, что следует каким-то образом постараться узнать как можно больше об их жизни и планах. Так и родилась эта идея. Я попросил гномов наловить мне голубей и принести их сюда, в мой дом.

— Ты воздействовал на птиц заклинаниями? — поинтересовался Верховный маг, иронически вскинув бровь.

— Угадал. — Феган расплылся в улыбке. — В результате скорость птиц неимоверно возросла, и теперь им хватает нескольких дней для того, чтобы пересечь море Шорохов. На пределе сил, конечно. Случается, что сердце у голубя не выдерживает. Сначала я просто внушал им лететь на восток, пока они не доберутся до суши или не умрут, пытаясь сделать это. Они должны были возвращаться только в том случае, если сумели пересечь море. Птицы улетали и пропадали, я совершенствовал заклинания… В конце концов первый голубь вернулся, принеся мне доказательства того, что достиг земли. Начиная с этого момента я стал привязывать к лапкам записки, естественно, приняв все меры предосторожности, чтобы нельзя было догадаться, от кого они исходят, — на случай, если бы какая-нибудь из записок попала в недобрые руки. По счастью, этого не произошло. Можете представить мою радость, когда наконец голубь принес ответ из-за моря — и притом от врага волшебниц! С тех пор мы постоянно обмениваемся посланиями.

— Надо полагать, у этого «врага волшебниц» есть имя? — осведомился Виг.

— Его зовут Гелдоном. Несмотря на риск, этот человек продолжает переписываться со мной. По его словам, он так сильно ненавидит волшебниц, что готов умереть, если это поможет одолеть их.

И какое же положение в Пазалоне занимает этот Гелдон, если он столь хорошо информирован?

— Это горбатый карлик, раб Сакку, на которого волшебница наложила «чары времени», так что он примерно наших с тобой лет. Сакку надела на него железный ошейник, к которому пристегнута цепь, и он вынужден помогать в осуществлении ее извращенных прихотей. Вторая госпожа Шабаша повсюду таскает его за собой, вот откуда ему так много известно. Гелдон ненавидит волшебниц и поначалу тоже наобум рассылал голубей с сообщениями, надеясь найти родственную душу, с кем можно было бы поделиться своими мыслями. Естественно, он даже не подозревал о существовании страны под названием Евтракия. Каковы же было его изумление и радость, когда в один прекрасный день птица с посланием опустилась в голубятне его друга! С тех пор наше с ним общение стало постоянным.

— Поначалу я, разумеется, не доверял ему полностью. До недавнего нападения на Евтракию я выражался в самом общем смысле, не сообщая Гелдону ни о чем существенном. Но когда Сакку со своими Фаворитами нагрянула сюда, я решил, что должен рискнуть и всерьез довериться ему. Я понимал, конечно, что могу и промахнуться. Кто знает, может, он вводил меня в заблуждение? «Но чем мне грозит моя откровенность?» — подумал я. И в то же время, если этот человек искренен, я смогу узнать очень много важного. Авантюра в некотором роде. По правде говоря, я и сейчас не до конца уверен, что ему можно доверять. Но, с другой стороны, какой у нас выбор, в особенности с учетом того, что произошло в Евтракии? Я, разумеется, стараюсь проверять каждое его слово. — Феган помолчал в задумчивости. — Даже огромное колесо не сможет вращаться без маленькой втулки.